В итоге (СИ) - Щукина Полина - Страница 21

Обсудив всё с остальными, действовать условились в десять двадцать. Весь вечер следующего дня я сидела дома, чтобы не вызывать никаких подозрений.

Когда папа приехал с работы и засел в кабинете, я зашла к нему.

— Пап, привет.

— Привет, Мин Джи. Что-то срочное? — отец оторвался от компьютера и устало посмотрел на меня.

— Нет, просто зашла. Что-то у тебя душно…

— Разве? Я ничего не чувствую. Может, из-за усталости.

— Сегодня было много дел?

Подхожу к окну и открываю его. С улицы подул холодный осенний воздух, и со стола улетело несколько бумаг.

— Да, как всегда. Забегался с этими инвесторами. — Отец поёжился. — Дочка, не нужно, лучше закрой.

— Хорошо. — Я захлопнула окно, не поворачивая ручки. Если лезть снаружи, то попасть в комнату не составит труда.

Поднимаю с пола улетевшие бумаги с надписью «Договор».

— Пап, что это? Что-то важное?

— Все в этом кабинете важно, даже заметки на стикерах. Дай сюда. — Он взял документы у меня из рук и аккуратно положил их в прозрачный файл на столе. — Если у тебя всё, то иди, пожалуйста. Ты меня отвлекаешь, займись делом.

На часах 22:15, а папа все ещё не вышел из кабинета. На телефон пришло сообщение.

ХХХ: «Мы уже в саду. Почему ещё горит свет, твой отец всё ещё там?! Подай сигнал, когда всё будет чисто».

M.G: «Поняла. Сделайте всё тихо».

Постучав, захожу к отцу. Он опустил голову на стол и тихо сопит. Опять уснул за работой. Видимо, сегодня был особенно тяжкий день. Трогаю его за локоть, и папа подскакивает.

— А, что?.. Я опять уснул?

— Да, пап.

— Сколько времени?.. — Он сонно потёр глаза.

— Почти пол-одиннадцатого.

— Ещё не критично поздно, поработаю немного.

— Нет, пап. Гувернантка уже приготовила ромашковый чай. Пойдём попьём— и спать.

— Ладно, как скажешь. Завтра всё равно выходной.

На выходе из комнаты четыре раза щёлкаю выключателем.

— Не попала с первого раза на кнопку, — объясняю я, запирая дверь.

— Давай сюда. — Папа взял у меня ключ и положил его в карман. Мы шли по коридору, когда мне снова пришло СМС.

ХХХ: «Мы внутри. Что брать?»

M.G: «Что угодно», — отвечаю я и кладу телефон в карман.

Лишь бы эти придурки догадались взять что-нибудь из стеллажей. Будет плохо, если возьмут что- то лежащее на виду: отец всегда помнит, в каком положении он оставляет вещи, когда уходит.

Папа остановился, прислушиваясь поднял указательный палец вверх и, повернувшись, зашагал обратно.

— Ты куда?!

— Телефон забыл, сейчас вернусь.

— Он тебе сейчас так нужен?

— Да.

— Пап, мы идём пить чай, зачем телефон. К тому же уже поздно, точно никто не позвонит! Я побежала за ним и в спальне остановила, схватив за локоть.

— У меня на телефоне фотографии строительства нового здания, я обещал показать их маме. Из кабинета донёсся грохот. Кажется, эти идиоты в спешке уронили монитор со стола. Отец повернул голову в сторону кабинета и притих, прислушиваясь.

— Ты слышала? — шёпотом спросил он и направился к двери, судорожно рыская по карманам в поисках ключа.

— Тебе показалось. Я ничего не слышала. Чай уже остыл, пошли! Я достаю телефон, чтобы написать Сын Хва.

— Нет, не пошли! — громко зашептал он. — Вызывай охрану!

Отец видит мои потупившиеся глаза и выхватывает из рук телефон, набирая код охраны. Из мобильного доносится сигнал, извещающий о скором прибытии охранников. Всё! Это конец! У парней есть минута, чтобы убраться оттуда! Не успеваю и пискнуть, отец распахивает дверь в кабинет, попутно включая свет. На нас уставились шесть пар удивлённых глаз. По полу были разбросаны несколько папок, рядом валялся монитор. Двое парней «для подстраховки» сразу выскользнули в окно, а Сын Хва стоял, как вкопанный, с файлом, в котором лежали документы с надписью «Договор». Отец подбежал к нему и, схватив за шкирку, выхватил из рук документы.

— Ты кто такой, а?! Что ты себе позволяешь, сопляк?!

— Я сын председателя «G&W»! Отпустите!

— Да мне плевать, чей ты сын! Кто ты такой, чтобы забираться в мой дом?!

Дверь открылась, и в кабинет зашли двое охранников, крепко держа сбежавших парней, которые трепыхались, как бабочки в паутине перед пауком, пытаясь снова улизнуть.

— Господин, это всего лишь безобидная шутка, розыгрыш! — пропищал один из парней.

— Да, господин Ли. Мы не хотели ничего плохого. Мин Джи, подтверди! — сказал второй. Сын Хва жалобно посмотрел на меня и одними губами сказал: «Ну же, помоги!»

Отец свирепо посмотрел на меня:

— Мин Джи, опять за своё?! Я тебе говорил: ещё одна выходка — и…

— Пап, я их не знаю!

Парни замолчали и, хлопая ртом, как рыбы, смотрели на меня, широко распахнув глаза. Что, не ожидали? Я тоже. План был идеален. Но вы напортачили, и теперь, когда поймали на горячем, просите меня о помощи. Хотите, чтобы я подставила свою шею под удар? Ну уж нет, я так не играю.

— Точно не знаешь? — переспросил отец, глядя мнев глаза.

— Точно.

— Ну, хоть одна хорошая новость, — тяжело выдохнул он. В комнату вбежали обеспокоенные мать и сестра.

— Дорогой, что происходит? Кто это? Мама подбежала к папе.

— Нас пытались ограбить. Проверь сейф и шкафчики стола. — Отец повернулся к нам. — Девочки, идите в свои комнаты. А с вами разберётся полиция! — сказал он и толкнул Сын Хва к выходу.

Напоследок парни огрели меня холодными взглядами. Сами виноваты.

После того как парней увели в полицию, я ничего не слышала о Сын Хва. Наверное, ещё и потому, что заперлась на некоторое время в своей комнате, как в бункере, полностью абстрагировавшись от внешнего мира. В тёмной тихой комнате, полностью принадлежащей мне, казалось, даже дышать легче. Отключив мобильный, я забыла его в глубине ящика стола.

Я вышла в школу только неделю спустя. Привыкшая к домашнему комфорту, не додумавшись закрасить синяки под глазами и привести волосы в порядок, умылась, расчесалась, оделась и пошла. Из-за моего помятого внешнего вида все смотрели на меня снисходительно, даже с жалостью. Ха, даже так я выгляжу гораздо лучше, чем добрая половина учащихся нашей школы. Пусть смотрят.

После уроков я вышла к школьным воротам, дожидаясь подругу. На моё плечо опустилась тяжёлая рука.

— Ну привет, лиса Ли, — низким голосом произнёс парень.

Это Кан Сон. Спиной чувствуется холод, исходящий от него. Такой же холод, как когда чувствуешь позади себя не человека, а призрака, насмотревшись фильмов ужасов. По лопаткам скатилась капля пота.

— Даже не поздороваешься?

— Привет, — резко поворачиваюсь к нему. — Чего хотел? Я опаздываю.

— Ничего особенного. Слышал, ты потерялась на несколько дней, так что просто покажу тебе кое- что.

Парень сунул мне в руки свой телефон с открытыми вкладками Naver. Вся новостная лента кишела статьями о Сын Хва: «Сын председателя «G&W» — вор?», «Ван Сын Хвас подельниками совершили попытку ограбления дома владельца строительной компании», «Сын — вор: сможем ли мы по-прежнему доверять «G&W»?».

— И что? — я вернула телефон Кан Сону.

— Извиняться не учили?

— Здесь мне извиняться не за что. Делать мне нечего, как каждую шавку прикрывать. Сами напоролись, пусть сами и выгребают, — холодно ответила я.

— Ах, ты!.. — замахнулся он на меня.

Послышались приближающиеся шаги, и между нами встала девушка.

— Прекратите это немедленно! — пропищала Бон А. — Я приношу извинения за мою сестру, — поклонилась она. — Не нужно махать кулаками, зачем поднимать столько лишнего шума из-за дерзости этой девчонки, посмотрите на её вид, она же не в себе!

— Ты чего подошла ко мне?

— Послушай, нам надо поговорить! Прошу, выслушай!

— Не надо нам с тобой разговаривать.

— Мин Джи, кто это?

Лицо Кан Сона переменилось, когда он увидел Бон А. Его глаза, загорелись, как у хищника, увидевшего свою новую жертву.