Моя новая жизнь (СИ) - Девис Лина - Страница 3

То, что они говорили, мне совсем не понравилось. Я понимаю их чувства, и понимаю почему они меня так оскорбляют, но приятней от этого не становилось.

Незаметно по коридору пройтись не удалось. Лёня, главный задира, перегородил мне путь.

— Слышь, Нелюбкина, у тебя уже есть родичи, нехрен шататься по этим коридорам, эта наша территория теперь, — его здоровая рука легла мне на плечо и больно надавила на него, разворачивая меня в противоположную от прачечной сторону. — пошла вон отсюда!

Он толкнул меня так, что я по инерции сделала несколько шагов.

Его компания смеялась. Такое обращение со мной им понравилось. Оксана, одна из этой обозлившейся пятерки, девочка, у которой на меня, похоже, аллергия, — она всегда выказывала ко мне свою неприязнь, — добавляла дровишек в огонь своими словами: «Так эту *запрещенная цензура*, пусть идет *запрещенная цензура*»

Впрочем, она всегда была такой некультурной. Как она меня только не называла за все годы. Далеко ходить не надо, достаточно вспомнить школу. Самое безобидное прозвище: «неудачница». Вообще даже не отрицала этот факт. Было бы глупо, все детдомовцы — неудачники, всем нам не повезло, это же очевидно.

Его поступок меня разозлил. Я ничего плохого не сделала…

Развернувшись, я наклонилась так, чтобы его руки не успели меня схватить и пробежала по коридору до нужной двери. Забежав в нужную комнату, я захлопнула за собой дверь, с силой удерживая ручку, и для полной безопасности, опираясь ногой об стену рядом с дверью.

Я слышала, что он за мной бежал и что кричал: «Стой, сука!». Силы у нас не равны, бороться я с ним не собиралась. Но страшнее было бы, если бы я встретила в коридоре Костю, поэтому мне еще повезло.

— Открывай, тварь! Я ведь все равно тебя достану, долго ты тут не просидишь!

— Так что у нас тут происходит? Чего орем? — послышался голос Светланы Евгеньевны.

Я выдохнула и отпустила ручку двери. Подняла постельное белье и швырнув его в корзину, выбежала из прачечной, чтобы не на кого не натыкаться, решила как можно быстрее добраться до кабинета директора.

Добежав уже до бывшей своей комнаты, я схватила вещи и понеслась вниз, на второй этаж.

Уже у кабинета перед дверью притормозила, не решаясь войти. Около минуты собиралась с духом.

Коленки подкашивались при одной мысли, что мне нужно войти туда. Сердце билось, словно перед смертью и грудной клетке стало немного больно. Я прикусила запястье, чтобы хоть немного умерить нахлынувшее волнение.

Вот и все. Ад позади, а впереди сейчас что-то неизвестное и от того страшное. Как я буду дальше… я ведь шагаю в неизвестность. Кто этот человек, который меня удочеряет? Будет ли с ним лучше? Вдруг случится так, что он захочет вернуть меня обратно? Переживу ли я это?

Нет, одно я знаю точно, я ни за что сюда не вернусь, в худшем случае сбегу и буду жить под мостом, чем снова разлагаться в этом колодце полумертвых душ, где и моя уже не особо живой кажется.

Я стучусь, открываю дверь и замираю на пороге.

За столом сидит Директриса в кресле напротив расположился Дмитрий Алексеевич, мой… отец. Даже в мыслях звучит дико. У меня есть отец…

— Наконец-то, Ариночка, проходи, — наиграно вежливо позвала Ольга Сергеевна. — Дмитрий Алексеевич, вот ваши документы, забирайте, свидетельство об удочерении тоже берите. Что ж, Ариночка, в добрый путь.

Дмитрий Алексеевич поднялся с кресла и направился в мою сторону.

— Позволишь? — он взял у меня сумку с вещами и вышел в коридор. — Пойдем.

— До свидания. — еле слышно пропищала я.

— До свидания, Ариночка, до свидания. — почему-то голос директрисы показался едким и неприятным, будто она на что-то злилась.

Нет, никакого свидания, надеюсь, я вас больше не увижу.

Мы шли молча. Я боялась что-либо спрашивать, а Дмитрий не спешил рассказывать. Я не знаю ничего о нем, о его семье, где он живет, чем занимается. Разве это нормально?

Уже за калиткой детского дома я заметила, что дышать стало проще. На мгновение я почувствовала себя такой счастливой, какой я себя никогда не ощущала.

Мы подошли к черной дорогой иномарке. Со стороны водителя вылез мужчина, на нем, как и на моем «отце», был деловой костюм.

— Дмитрий Алексеевич? — выжидающе посмотрел на моего родителя этот человек.

Дмитрий открыл багажник, положил туда мою сумку и рюкзак, который я по его просьбе отдала вслед за первой поклажей.

— Знакомься, Арина, мой водитель — Александр. Можешь смело к нему обращаться, если нужно будет куда-нибудь съездить.

Александр улыбнулся мне:

— Приятно познакомится, миледи, — он почтительно открыл передо мной дверь в салон машины.

Мне стало неловко. Я поспешила сесть, забыв ответить на доброжелательный жест. Так разволновалась, что чуть не пережала кожу на руке. Лишь позже подумала, что это как-то неприлично с моей стороны, но мы уже тронулись с места и поднимать тему того, как я нагло уселась в машину, даже не поздоровавшись, не поблагодарив за открытую дверь, мне показалось глупой затеей.

Я посмотрела на скрывающийся за деревьями детский дом. Ко мне снова вернулось беспричинное чувство восторга, пронизывающее все тело. Сердце наполнилось щемящей радостью и мне захотелось улыбаться.

Я не отрывала взгляда от окна, жадно изучая каждую улицу, читала вывески проезжаемых магазинов. Какой красивый город…

Я, все же, большой везунчик. Мне судьба предоставила возможность начать новую, другую жизнь. Это же большая удача. почему осознала это я только сейчас?

Когда мы стали подъезжать к частному сектору, Дмитрий повернулся ко мне:

— Смотри, мне нужно будет сейчас уехать по делам, вернусь только вечером. Я познакомлю тебя с Маргаритой, моей домработницей, она тебе все расскажет и покажет, распоряжения ей даны. А за ужином мы с тобой все обговорим и познакомимся как следует, хорошо?

Я кивнула. Что тут еще скажешь…

Дом оказался большим и очень красивым, как внутри, так и снаружи. Да тут жить — одно удовольствие! Настоящий замок, только современный, в наших реалиях.

На этот раз щипала я себя не от волнения или страха, а от мысли, что все это может оказаться сном. Поверить не могу… я буду здесь жить. Никогда бы не подумала, что могла бы стать золотым ребенком, что родители у меня богатые люди. В детстве, конечно, представляла себя принцессой, фантазировала, что живу в замке и умею колдовать, но ни за что бы не поверила в подобный поворот событий.

Интересно, а в школу я куда буду ходить?

Дмитрий провел меня на кухню. Ее оттенки, как и в гостиной, и в коридоре, через которые мы проходили, находились в одном, аристократичном стиле: белый матовый цвет переливался в серый, а из серого в черный. Я от мраморного пола не отошла, а тут еще кухня, оборудованная по последним канонам, в стиле хай-тек. Я такое только в журналах для интерьера видела. Ничего другого читать уже не оставалось.

По среди кухни, у плиты суетилась женщина лет сорока, светлые волосы были аккуратно убраны в шишку, чуть полноватая, на ушах у нее плотно сидели наушники. Она, совсем не замечая нас пела что-то себе под нос, погруженная в готовку чего-то аппетитного.

Почему аппетитное? Потому что запах стоял волшебный. Это не детдомовская тошнотворная каша на завтрак, обед и ужин.

Заметила нас Маргарита почти сразу, как мы вошли. Она обернулась и стянула наушники на шею.

— Дмитрий Алексеевич, как вы быстро, я ждала вас немного позже, — она посмотрела на меня и радушно заулыбалась. — Матушки, какая очаровательная девочка, Ариночка, меня тетя Ритой зовут. — и уже Дмитрию. — Вы голодные? Обед почти готов.

— Нет, я спешу, у меня дела, — Дмитрий посмотрел на наручные часы. — а очаровательную девочку накорми и покажи дом.

После этих слов он покинул кухню, а я почувствовала жар на щеках.

— Ой, вечно торопится твой папка, даже не сказал во сколько его ждать, — проворчала тетя Рита, помешивая содержимое сковороды.

Я поджала губы, опуская взгляд в пол. Мне все еще не верится в это родство. Каждый раз вспоминая, удивляюсь этому факту, но отчего-то становится даже приятно, что у меня есть отец.