Братство тропы - Михайлов Дем - Страница 6

Проморгавшись, я поднялся и взглянул на залитую «консервантом» щель в полу нашего хранилища и места тайных встреч. Усевшись у стены, потратил еще десяток минут на отдачу приказов, затем пообщался с предводителем опять разросшегося обоза и заодно героя Фургонных Хроник.

Все… можно немного передохнуть…

Достав из инвентаря зеленую бутылку без этикетки, я сделал здоровенный глоток, после чего обновил внутренний зеленый таймер. До прием следующей порции «демонической глушилки» еще час. Но, надеюсь, я последний раз испил этой лютой гадости, что на сорок процентов «гасит» все мои основные характеристики. Сейчас дождусь остальных, и мы, наконец, дадим бой высшей демонической сущности, что уже считает нас своими рабами. Хотя назвать будущее действо «боем» язык не поворачивается…

Приткнувшись спиной к прохладной скале, я перебрал в голове все только что сделанное и признал, что с каждым разом получается все быстрее.

Все приходилось делать в темпе, но, честно говоря, я к этому уже привык.

Хм…

Блуждая по разительно изменившемуся и переполненному предметами, игроками и «местными» кланхоллу, я понял правоту друзей – нам срочно надо перебираться в место понадежней, побольше и… подальше отсюда.

Мелькнула шальная мысль возвести в Тишке огромную белокаменную крепость с гордо реющими флагами – ну, как в книгах и фильмах, где издалека видна неприступная красавица… – но эта мысль быстро исчезла, раздавленная реальностью цифрового мира. Сокрушат. И не такие крепости штурмом брали.

За все время Вальдиры устояла лишь одна клановая цитадель – крепость клана Неспящих. Вот уж точно неприступная твердыня. Но я даже представить не могу, каких трудов это стоило Черной Баронессе и ее верховному окружению.

Верховному окружению… да уж… Я начинаю относиться к ней пусть не с почтением и без особого преклонения, хотя во мне немало к ней уважения, но реально я начинаю ее считать кем-то вроде королевы. Верховной особы, что дружественна к нам, но, сидя на золотом троне, плетет свои тайные интриги – причем теперь плетет на обоих материках Вальдиры и даже до Королевства Мертвых добралась.

И…

Вспоминая про себя все те случаи, когда Черная Баронесса оказалась вдруг рядом и разделила с нами восторги и тяготы очередного приключения… я невольно задумался, было ли ее желание пойти с нами обусловлено лишь жаждой банальной наживы.

Теперь, став главой клана, – маленького и молодого! Без мощных врагов! – я уже потерял все свободное время. Если я сейчас пеку вафли или мурлыкаю с Кирой в реале – значит, я пустил кучу дел на самотек. Если я отправляюсь в длиннющее путешествие, например, в Аньгору – значит, я пустил кучу дел на самотек. Ни один нормальный глава клана так не поступит. Да, у него есть заместители, найдется кого назначить ответственным, но все же – без меня дела буксуют. Я не самый умный в клане, но зато пнуть могу больно.

Черная Баронесса – не исключение. Без нее тоже многое встанет. Да не будь ее – фиг бы у Неспящих получилось взлететь так высоко и пока еще не упасть. Тут чувствуется железная рука на каждом потном испуганном загривке…

И раз ЧБ отправилась в столько авантюр, причем не всегда знаковых… только ли в наживе дело? Или в жажде приключений? Может, мы о чем-то не догадываемся или, вернее, даже и не думаем?

Если в Запределье она отправилась за легендарным петом, и оно того точно стоило, то во многие другие наши мелкие авантюры она отправлялась с не меньшей радостью и…

С серыми и красными вспышками в пещере один за другим появились члены Братства, причем каждый держал в руке квадратную бутылку.

– Ты уже испил этого…

– Испил, – поморщился я. – Что там в составе, Орб?

– Спиритус освященный, взбитая слюна праведного единоро-о-ога, две до-о-зы задней железы молитвенного змее-ея, а еще-е…

– Все! – прервал я лысого. – Хватит рецептурой делиться. Меня так мутит, что я даже в реале теперь на алкоголь глядеть не смогу! Будь то пиво или выжимка из задней железы молитвенного змея… господи! Время начаться великой битве за трезвость!

– ДА-А-А-А-А!

Громче всех орал проявившийся из стены серый демонический призрак белой горячки, ухмыляясь при этом так широко, что сразу становилось ясно – так просто нам от этого гада не отделаться…

Инструктаж Орбит, наш великий мастер игры, начал, когда мы еще не отошли после ожесточенной битвы и обессиленные валялись на скалистом полу среди сотни разбитых бутылок бурбона и поднимающихся от плошек святых дымков, глядя, как от наших животов отделяются уродливые зеленые струи призрачного пара – остатки изгнанного демонического присутствия.

Это было нечто… а подобного ритуала – с плясками, криками, сражениями с собственными уродливыми пропитыми двойниками… – мне прежде встречать не приходилось. Да… я на самом деле еще долго не смогу глядеть на алкоголь – будь он цифровой или реальный.

Инструктаж…

На самом деле Орб просто рассказывал длинную и пугающую сказку, в которую нам предстояло отправиться.

Не в каждой игре есть закулисье. А вот в Вальдире оно просто огромно.

Не уникальные особенные локации, куда можно попасть необычными способами вроде объединения умений трех легендарных питомцев, как это было с Запредельем. Нет. Речь о закулисье – тихом, пыльном и заброшенном. Это целые локации или же их отдельные вырезанные за ненужностью части. Это порой отдельные цифровые постройки, возведенные игровыми дизайнерами, но затем заброшенные в закулисье.

Да. Закулисье Вальдиры.

Вальдира – игра нового рода. Это живой цифровой мир, и то, что в него попало, лучше не удалять – во избежание удивительных и порой неприятных последствий. Поэтому создатели пошли другим путем – они создали тайный Карман. И принялись скидывать в него все, что им могло пригодиться в будущем, но не нужно было сейчас. И речь не только о сотворенных, но пока не нашедших применения локациях – хотя и их было более чем достаточно. В этот Карман небрежно сгребали вообще все «крошки» подряд – странных или, наоборот, слишком обычных «местных», монстров, предметы с удивительными свойствами, книги с обрывками никогда и нигде прежде не рассказанных легенд. Чаще всего сюда сбрасывалось все слишком уж мрачное для восприятия, недоброе, противоречащее порой всем законам и канонам Вальдиры. И подобных неписанных, но жестко соблюдаемых законов у Вальдиры много.

Что находится в этом огромном Кармане – не знает никто. Даже сами создатели Вальдиры. Потому что они меняются, а Карман остается и постоянно пополняется, да еще и живет своей непонятной и порой жутковатой жизнью. Никакой каталогизации не ведется, никаких общепринятых правил там не соблюдается, это дикий цифровой мир – да, отдельный мир – что вроде и является частью Вальдиры, но при этом неподвластен ей: ни смертным, ни богам, ни игрокам. Маршруты сквозь эти слепленные как попало невостребованные «декорации» прокладываются сами собой – и если однажды по нашим следам пойдет кто-то еще, ему выпадет совсем другая дорога.

Поэтому почти никакой достоверной информации раздобыть не удалось – да ее и не было. Никто туда не суется. А если что и напишет – там потом опять все перемешается и поменяется, и информация разом утратит свою актуальность. Но кое-что Орбит все же знал, причем эту информацию он получил откуда-то извне – из реального мира. Он не стал раскрывать источник, но, судя по его многозначительным жестам, я предположил, что наш хитрый гений как-то умудрился раздобывать внутренние, если не сказать служебные рабочие записи.

Это вообще законно? Да плевать.

Узнанное Орбитом было коротким и непонятным.

Суть – никто и никогда из тех, кто занимается сейчас новыми квестами, новыми локациями и так далее, постоянно развивая и расширяя мир Вальдиры в реальном времени, не имеет права изъять что-либо из Кармана, не поставив в известность самую верхушку правления игровой корпорации и не получив от них разрешения. Если же речь шла о внутренней зоне: красной зоне, Алом Сердце, что также именовалось в записях как Куэррэ Скарлатто Паццэ, настоятельно рекомендовалось вообще не заводить об этой зоне речи и ни в коем случае туда не соваться. Проблема в том, что нам по-любому придется туда сунуться – хотим мы того или нет – потому что эта так называемая красная зона занимала собой немалую часть всего Кармана.