Туфельки для мамы чемпиона (СИ) - Аникина Анна - Страница 44

Ксюша кивнула. О, как хорошо она понимала, о чем сейчас говорила Беата! — И вот… Словом, у нас с Робертом будет ребёнок. Он хочет на мне жениться. А я сказала, что должна поговорить с тобой. Это глупо перекладывать на тебя ответственность. Я и не буду. Просто мне нужна твоя поддержка.

Ксюша глубоко выдохнула. Взяла Беату за руку. — Помните, как Вы взяли с меня обещание, что я буду жить? Я тогда не понимала, как я его исполню. И с Вас такого обещания не имела права взять. Но я думаю, что пан Збигнев очень бы хотел, чтобы Вы были счастливы. И жили полной жизнью. Познакомите меня с Робертом? — Конечно! Обязательно! Ещё несколько минут они сидели обнявшись, пока слезы не высохли. — Маме то скажете? — Теперь да. А этот Слава очень симпатичный. Чувствуется в нем порода. Что-то от скандинавов.

Беата вернулась к Жанне на кухню. Взялась помогать. — Беат, скажи мне, если я неправа. Срок то какой? — Ох… Пятнадцать — шестнадцать недель. Так заметно? Хотя, боже мой, кого я спрашиваю! — Ну, на самом деле у меня то это только третья беременность. Первые двойняшки совсем по-другому. Заметно, конечно. Ты светишься вся. Расскажешь о нем? — Его зовут Роберт. И он меня спас. Мы, вот как Слава с Ксенией, знакомы с детства. Только нам шесть было. В одном классе учились. Потом как-то развела жизнь. Он лётчик. И, знаешь, он танцует. Вернее, мы танцуем.

Жанна ахнула. — Неужели? Ты вышла на паркет? Вот это да! А можно Володе сказать? А? И как тебе там — на другой стороне? — Знаешь, это почти чудо. И я там себя счастливой чувствую.

Беате было необыкновенно тепло в этом доме, полном детей. Она приглядывалась, как у Орловых что устроено. Володя — талантливый архитектор. Дом был продуман до мелочей. И все же тянуло домой. Под словом "дом" возникал в голове тот, что с рыжими витражами в дверях. Так похожий на её Роберта.

После чудесного вечера во дворе, после чая из самовара и долгих разговоров, Беата помогала Жанне с посудой. На очередной вытертой тарелке раздалось громкое "Ах! “. Жанна схватилась за поясницу, потом за живот. Сомнений не было, время пришло. — Воооовааа! Примчался Орлов. — Сейчас, Жанусь, бежим. Ни испуга, ни волнения своего не показал. Вместе с Володиной мамой Беата вывела Жанну к машине.

Роберт прилетел на следующий день. Забрал Беату в отель. С обещанием в воскресенье быть на помолвке Ксении и Славы. Беата взахлёб рассказывала ему новости. Про новорождённого, которого назвали Эдуардом, про то, что старшие дети — приёмные. При Ксению и её жениха, которые познакомились в детском доме совсем маленькими. Про дом Орловых, в котором всё продумано для детей.

Было немного странно показывать Роберту Москву. Он бывал здесь и не раз. Но сейчас она рассказывала Тухольскому о своей Москве. О бабушке с дедушкой, о своём русском Рождестве в детстве. И о том, как всю ту давнюю поездку она вспоминала о Роберте.

Когда они улетали в Варшаву, Роберт чувствовал, что теперь это и его русская семья. Они быстро наши общий язык с Володей. Младшие двойняшки были в восторге от знакомства с настоящим летчиком. А Беата так трогательно смотрелась с малышом на руках, что Роберт едва сдержал слезы.

Глава 91

91.

Роберт с Беатой не стали дожидаться, пока наступит месяц с буквой "Р".* Женились в мае. В разгаре тёплой весны. Когда Варшава тонет в цветах и зелени, воздух наполнен ароматами свежести.

Но некоторые традиции всё же соблюли. Купили Беате закрытые туфли и платье, целиком закрывающие ноги.

Фаты не было. Но в костёл с непокрытой головой заходить не принято. Вместо фаты невеста надела шляпку-таблетку с вуалью.

Роберт в светло-голубом фраке. Строгий. Серьёзный. Рядом с ним у алтаря Марк. С другой стороны — Ирма.

Обе тётушки, прибывшие по такому случаю из Гданьска, уселись рядом, не желая слушать про "сторону невесты" и "сторону жениха". Обе тихонько вытирали слезы.

Беату к алтарю вместо отца должен был повести Алекс Зимовский. Его жена сидела рядом с Кирсановыми на стороне невесты. Со стороны жениха Ежи Новатны с девушкой, Алекс Красицкий и Адам Мицковский. Тот узкий круг людей, с которыми молодожёны хотели разделить свой праздник.

Беата в маленькой комнатке готовилась выйти к жениху. Божена Красицкая держала её за руки. — Давай, попей ещё немного. — Только глоток. Я не хочу сегодня думать ни о чем, кроме праздника. — И правильно…, - Божена глянула в окно, взгляд у неё как-то резко поменялся, — Давай, пять глотков, и нас скоро позовут. Я на минутку к Зимовскому.

И Божена пулей вылетела на улицу, где Алекс Зимовский ждал, когда их позовут внутрь. Взгляд её был направлен на дорожку, ведущую к церкви.

Алекс тоже обернулся посмотреть, куда направляется разъяренная женщина. И мгновенно понял, в чем дело. Из такси вышла и уже собиралась пойти внутрь знакомая им обоим дама.

Зимовский прибавил шаг, без труда нагнал Божену. Они вдвоём заступили дорогу незваной гостье.

Марина Новак-Тухольская была слегка нетрезва. Видимо, для храбрости.

Алексу и Божене хватило пары минут на резкий разговор и ещё минуты, чтобы растирающая по физиономии поплывшую тушь и помаду Марина снова уселась в такси и уехала.

— Беатка не должна даже знать, что эта сюда приезжала. Убила бы, — кипятилась эмоциональная пани Красицкая. — Не волнуйся. Я Бетти в обиду никогда не дам. Никому. И ваш любимый Тухольский это прекрасно знает.

С чувством выполненного долга они вернулись в костёл. Орган зазвучал. Божена уселась рядом с мужем. Алекс повёл невесту к жениху.

Горели свечи. И ни одна не потухла.

________________________

По традиции польские свадьбы устраивали только в «счастливые» месяцы — то есть те, в названии которых содержится буква «R»: в марте (marzec), июне (czerwiec), августе (sierpień), сентябре (wrzesień), октябре (październik), декабре (grudzień). По повериям у невесты должны быть закрытые туфли, чтобы счастье не убежало. Платье длинное, чтобы семейная жизнь была долгой. И свечи во время венчания не должны потухнуть.

Глава 92

92.

Роберт пытался осознать, что именно с ним произошло. На него смотрел своими голубыми, как у мамы, глазами, его сын. Хотелось в эту минуту любить весь мир. Кричать о своём счастье.

Роберт обнимал обоих: жену, измученную родами, и только что появившегося на свет малыша. Думал, что их жизнь чем-то напоминает движение самолёта. Руление, разгон, отрыв и полет. Сейчас явно был отрыв и набор высоты. Похожие ощущения.

Беата смотрела на своих мальчиков. Таких разных. Почему-то стало жалко, что маленький не похож на Роберта. То, что муж провел с ней рядом всё время родов, успокаивало. Терпения у Роберта было много.

Её мир снова стал очень маленьким. Сузился до размеров семьи. Хотя они с мужем очень старались не замыкаться.

Сын в документах значился как Михал Филип Тухольский. Роберт перечитывал метрику уже, наверное, в сотый раз. Его фамилия. И имена обоих дедов. Вечный закон продолжения рода. Сын родился четвертого ноября. В подарок папе.

Всё время, свободное от работы, Роберт старался проводить с ребенком. Дать жене отдыхать.

У них было правило, которое многим могло бы показаться странным. Во сколько бы ни был рейс, Беата всегда провожала Роберта до двери. И всегда встречала. Роберт первый месяц жизни сына "кормил" его вместе с женой. Беата давала грудь, Роберт садился у неё за спиной. Обнимал. Вдвоём кормить было не так больно. А чувство, что все они — одно целое давало невероятные силы.

Танцевать они вернулись, едва Михалу исполнилось два месяца. Но ненадолго.

Мария Юлия Тухольская родилась через год и месяц после брата.

Беата совершенно не заметила признаков беременности. Она кормила грудью и совершенно расслабилась. Обнаружив, что у них будет ещё один малыш, испугалась. Сорок три года — не шутка. Разница между детьми маленькая. Не дала впасть в уныние Ирма, у которой было две пары погодков. Беате тут же нашли приятную и толковую няню.