Когда мы встретились (ЛП) - Шталь Шей - Страница 16

Морган нажимает кнопку на пульте, чтобы открыть двери гаража, достает из холодильника еще две бутылки пива и ставит их в подстаканники.

— Невозможно быть слишком подготовленным.

Я улыбаюсь и поворачиваю ключ, двигатель оживает. Когда мы собираемся выезжать из гаража, замечаю, что девочки стоят перед машиной, одетые в зимнюю одежду.

Морган смеется, мотая головой.

— Откуда они взялись?

— Наверное, они и не ложились спать. — Я хмурюсь, потому что какого хрена? Наклоняюсь влево и высовываю голову из окна. — Вам понадобилось больше часа, чтобы надеть пижаму, а зимние комбинезоны вы надели за пять минут?

— Мы можем поехать? — нетерпеливо спрашивает Кэмдин.

— Что вы тут делаете?

Кэмдин обнимает очень сонную Сев.

— Мы не можем уснуть.

Я издаю смешок, замечая, что штаны и куртка Сев надеты задом наперёд, но ей, похоже, всё равно. Она смотрит на меня стеклянным взглядом, словно стала лунатиком. Вздохнув, жестом показываю на сиденья позади нас.

— Садитесь. Обязательно пристегнитесь.

Они запрыгивают внутрь, и Морган смотрит на меня.

— Тряпка.

Включаю передачу.

— Говорит парень, который купил Кэмдин седло для лошади за пять тысяч долларов.

Он качает головой.

— Так поступают дяди. Папы должны твердо стоять на своем.

— Угу. — Как только выезжаем из гаража, ветер и снег пересчитывает нам ребра. Мастерская находится менее чем в полумиле (Прим. пер.: примерно 800 м.), но погода зверская, и кажется, что ветер разрывает мое лицо на части. Ветер такой ледяной, что можете забыть о дыхании через нос.

К счастью, девочки знают, что надо делать, и уже закрыли свои лица куртками. Выглядывают только их маленькие глазки.

Из-за непогоды, которая как будто снежный шар вокруг нас, я смутно вижу через лобовое стекло. Не могу быть полностью уверен, но, похоже, что сбоку от мастерской стоит машина.

Морган наклоняется вперед, прищуриваясь.

— Это машина?

— Похоже на то. — Регулирую дворники и прибавляю скорость. Мы едем по тропе, скользя по глубокому рассыпчатому снегу, слипшемуся вдоль дорожки. Снега насыпало немерено, мы изо всех сил пытаемся проехать и даже несколько раз застреваем. Девчонки возбужденно визжат сзади, и хотя уже поздно, а я вроде как пьян и не должен был брать своих детей на улицу, я улыбаюсь, потому что их смех того стоит.

В конце тропы стоит забор, и я мельком осматриваю его, когда мы приближаемся к мастерской с задней стороны. Забор разрушен вдребезги, и следы от шин ведут к мастерской.

Морган светит туда фонариком.

— Ну, это объясняет шум.

— Что случилось, папочка? — спрашивает Кэмдин из-за моей спины.

— Я не знаю.

— Похоже, ситуация вышла из-под контроля, — отмечает Морган, беря свое пиво и пистолет, который носит с собой повсюду. Никогда нельзя быть слишком подготовленным, когда живешь в деревне. Однажды на этой дороге парень сбил оленя, затем пошел к дому отца и навел на него пистолет. Тут встречаются всякие сумасшедшие.

Я еду по следам шин и вижу нечто похожее на серебристый Mercedes 500 SL, врезавшийся в стену. Видно только заднюю половину.

— Бл*дь. Это будет дорого стоить.

Я подъезжаю к передней части, глушу двигатель и кладу ключи в карман. С обеими девочками за компанию отпираю дверь мастерской, чтобы удостовериться, что человек, который потерял управление, в порядке. Да, я злюсь из-за повреждений, но я точно не хочу, чтобы мои девочки увидели свой первый труп. Лично. Мы обсуждали их зрительские привычки с их дядей.

Иду в сторону офиса.

— Вы двое посидите здесь, пока мы с дядей все тут проверим. — Включив свет, Морган вздыхает из-за зрелища перед нами. — Иисус Христос.

Это гребаный беспорядок. Кровь, туша оленя врезалась в лобовое стекло, и её окружают обломки здания. Если раньше мастерская была не в самом лучшем состоянии, то теперь в стене дыра, которую затыкает Mercedes, а капот украшает белохвостый олень.

Обойдя машину сбоку, я замечаю перепуганную девушку на переднем сиденье. Она обращает внимание на меня и машет рукой из окна.

— Мне так жаль, если это ваша мастерская или ваше животное. Но этот ублюдок задел меня первым.

Я улыбаюсь, и не знаю, почему. Может быть, потому что она только что заехала в стену здания и шутит, или потому что я в шоке, и все, что могу делать, это улыбаться. Я рассматриваю нанесенные повреждения зданию. Внешняя облицовка. Крыша. Возможно, какие-то повреждения несущих строительных конструкций.

А ее машина… радиатор, капот, лобовое стекло, раскрывшаяся подушка безопасности.

Снова перевожу взгляд на девушку, ошеломленный тем, что она осталась в живых.

— Ты в порядке?

Кровь сочится из её лба, и она пытается выбраться из машины, но её дверь зажата нашим воздушным компрессором.

Я отодвигаю сварочный аппарат со своего пути, а затем обхожу переднюю часть автомобиля, направляясь к двери со стороны пассажира.

— Ты можешь выйти с этой стороны.

Морган пристально разглядывает оленя.

— Славно. Гораздо меньше работы, когда заполняешь морозильную камеру таким образом.

Девушка уставилась на него, в процессе передавая мне свой чемодан.

— Пожалуйста.

Положив ее сумку на землю, я сильно дергаю дверь автомобиля, и она открывается со скрипом. Девушке удается выбраться, и я окидываю взглядом салон ее машины, прежде чем посмотреть на неё. Среди кусков стекла и крови оленя лежит одежда и фантики от конфет.

— Как ты здесь оказалась? Ты заехала далеко от шоссе.

— Я планировала остановиться в Амарилло на ночь, и мне нужно было попи́сать. — Она хмурится, вытирая кровь с лица рукавом свитера. Я протягиваю ей тряпку со своего верстака. Она берет её и прижимает к голове. — Потом я не могла найти дорогу назад, а этот придурок стоял на дороге. Вытаращив на меня свои глаза. Я испугалась и теперь я здесь. Потирая руки, она дрожит. — Проклятье, здесь холодно.

Снимаю куртку и даю ей.

— Вот, надень это, чтобы не упасть в обморок.

— А ты джентльмен. Ух ты. Не думала, что они все еще существуют в этом мире.

Подмигиваю ей и рассматриваю девушку повнимательнее, когда она засовывает руки в мою куртку, которая ей больше на три размера. Она высокая, стройная, с ярко-голубыми глазами и густыми темными ресницами, и, несмотря на её бодрую речь, могу сказать, что она в шоке.

Я обхожу машину и вижу своих детей, стоящих перед машиной. Сев смотрит на оленя.

— Можно мне его колючие штучки? — спрашивает она с полным ртом, набитым картофельными чипсами.

Я даже не хочу знать, зачем этому ребенку рога. Вероятно, чтобы заколдовать кого-то.

— Девочки, мне кажется, я велел вам оставаться в офисе.

Кэмдин роется в своем пакете чипсов.

— Нам стало скучно.

Морган стаскивает тушу оленя с капота на брезент, который расстелил ранее. Кэмдин неодобрительно рассматривает пятно крови на капоте. Потом переводит свой взгляд на девушку, которая надевает мою куртку и нюхает рукава.

— Почему ты его убила?

Почему она нюхает мою куртку? Может куртка воняет? Я пытаюсь вспомнить, когда последний раз одевал её. Сегодня.

Носил почти целый день.

— Он покончил с собой, — отвечает девушка Кэмдин, любезно улыбаясь.

Сев тянется к капоту, чтобы потрогать кровь, и мне приходится схватить ее за руку.

— Малыш, не трогай это.

— Почему нет?

— Потому что. — Беру Сев на руки и краем глаза наблюдаю за девушкой. — Потребуется некоторое время, чтобы выбраться отсюда, а из-за снегопада сегодня ночью этого не произойдет.

— А здесь есть Uber или что-то в этом роде, чтобы я смогла доехать до города?

Я смеюсь.

— Ничего такого, дорогая. Сегодня ночью отсюда не выбраться.

— Ох, э-э. — Ее глаза бегают по сторонам, все ее тело дрожит. — Тогда я могу поспать здесь, если ты не против.

Морган самодовольно усмехается. Я бросаю на него взгляд «заткнись».

— Мы заберем этого оленя отсюда, а потом решим, что делать дальше. — Вытаскиваю табурет из-под ящика с инструментами. — Вот, садись.