Когда мы встретились (ЛП) - Шталь Шей - Страница 61

— Ненавижу эту песню, — говорит мне Сев, лязгая гаечными ключами. — Я хочу есть.

Я улыбаюсь ей и наклоняюсь к ящику с инструментами, чтобы взять ее на руки.

— Пойдем, посмотрим, есть ли у Лилиан что-нибудь перекусить.

Она обвивает руками мою шею.

— ХоЛошо.

Кэмдин все еще злится на меня из-за того, что Кейси уехала, поэтому сегодня она осталась с Морганом. Не могу сказать, что виню ее. Даже мне не нравится моя компания.

Когда мы заходим в офис, Лилиан бросает конверт на прилавок передо мной.

— Курьер FedEx принес это для тебя. И Джейс ушел.

Я киваю, не обращая внимания на конверт, и протягиваю Лилиан свой мобильный.

— Ответь, если кто-то позвонит.

— Я голодна, — говорит Сев Лилиан, роясь в выдвижном ящике, где Лилиан хранит снэки для Сев. Ладно, для всех нас.

— Почему я должна отвечать на твои звонки? Кейси должна позвонить?

— Нет. Я жду звонка от Эрла, а в мастерской из-за шума ничего не слышно.

— Хорошо. — Она кладет мой телефон на прилавок.

— Лилиан, не смей звонить Кейси, — предупреждаю я.

— Почему ты отпустил ее?

— Потому что.

— Это не ответ.

Перевожу взгляд на Сев — она ест фруктовые конфеты из пакета, совершенно безразлична к нашему разговору.

— Ты влюбился и отпустил ее, потому что испугался.

— Я не влюблялся. Перестань сплетничать с Морганом. — Опускаю глаза на конверт, понимая, что вру. Я влюбился в Кейси, и это напугало меня до чертиков. И тут я осознаю, что сказала Лилиан.

— Джейс ушел? Куда?

— Точно не знаю. Эбби появилась в городе на следующий день после Рождества, и с того времени никто их не видел.

Я фыркаю.

— Наверное, он ее похитил.

— Звучит романтично, — говорит он, хлопая мне ресницами.

Корчу гримасу отвращения.

— Вовсе нет. Он придурок.

Лилиан закатывает глаза, когда Сев слезает с ее колен, чтобы пораскрашивать.

— У тебя черная душа. Открой конверт.

Качая головой, открываю конверт. Там снова документы о разводе. Листаю страницы, и останавливаюсь на той, где идет речь о родительских правах.

И вот оно. Полная опека. Тара передала мне свои родительские права на девочек.

Из-за него.

Гребная сучка.

Я чувствую облегчение, потому что одна проблема в моей жизни закрыта, но есть еще другая открытая дверь, а ветер с каждым днем становится все холоднее.

Я скучаю по Кейси.

Сев протягивает мне рисунок.

— Это тебе.

Бросаю на него беглый взгляд. Это просто черные каракули.

— Что это?

— Твоя чеЛная душа.

***

Вечером того же дня, когда я укладываю девочек спать, Кэмдин чувствует, что я без настроения. Мне было плохо последние три дня, но именно сейчас она решила что-то сказать. После дня с Морганом, дочка наконец-то заговорила.

— В чем дело, папочка?

Беру Кэмдин на руки, она выкупана, с заплетенными косичками, и свет от камина танцует на ее щеках.

— Ничего такого. Пора спать.

Она пристально смотрит на меня, а затем вздыхает, заключив мое лицо в свои ладони.

— Ты еще не перестал, да?

Ловлю ее невинный взгляд.

— Что?

Кэмдин убирает мои волосы со лба, как я делаю ей.

— Ты еще не разлюбил Кейси. Вот почему ты такой грустный.

У меня догадливые дочери, не так ли?

Когда вы задумаетесь о чьей-то истории любви, на ум приходят две вещи. Когда они встретились и когда влюбились, я прав?

Так, когда же я влюбился? Я знаю, что это случилось после захода солнца.

Возможно, ночью, когда мы встретились? Или в ту ночь в моем грузовике во время снежной бури, когда Кейси умоляла меня не останавливаться? Может, через семь дней, когда я не мог ее отпустить? А как насчет той ночи у костра, за неделю до Рождества, когда я не сомневался в том, что она имеет власть надо мной?

Это не случилось в какой-то конкретный день. Все они имели значение.

Кейси, словно коктейль. Смешайте каплю обезбашенности, брызги городского шарма с отсутствием логики и слишком большой решимостью, а также добавьте пару безумных голубых глаз, и у вас получится напиток, который легко пьется, но вызывает жуткое похмелье.

Уложив девочек спать, лежу на диване, наблюдая, как угасает огонь, и думаю о Кейси. Правда в том, что я не переставал думать о ней с тех пор, как она уехала. И я не уверен, что перестану это делать в ближайшее время.

Прекрасная незнакомка ворвалась в нашу жизнь и вторглась в наш дом. Это должно было быть тяжело. А также неловко и неудобно. Но все было не так. Мы чувствовали себя естественно. Легко. Комфортно. Тем не менее, мне было страшно. Я задавался вопросом «Почему прекрасная незнакомка захочет остаться с нами, если единственный человек, который биологически и юридически с нами связан, этого не делает?»

Кейси уехала из Калифорнии, чтобы найти себя, и она заслуживает этого шанса.

Но эти мысли не мешают мне мечтать о том, что есть маленький шанс что жизнь, которую она искала, прямо здесь, на этом ранчо, со мной и моими девочками.

Думаю позвонить ей. Возможно, напомню о себе. Удостоверюсь, что она не потерялась. Спрошу, думает ли она обо мне. Но я не решаюсь. Вместо этого хватаю бутылку Southern Comfort и упиваюсь своей гордостью.

ГЛАВА 37

Кто здесь?

Вы знали, что так будет?

БЭРРОН

Тук. Тук. Тук.

Я вскакиваю в постели, пытаясь понять, что это за звук и не упала ли Сев снова с кровати.

Затем я слышу его снова.

Тук. Тук. Тук.

Заставив себя подняться с кровати, стою в коридоре и прислушиваюсь. В этот момент понимаю, что кто-то стоит у двери. Я не теряю ни секунды и, спотыкаясь, бегу на кухню. Открываю дверь с мыслями о том, что это Морган или один из работников ранчо, которому нужна помощь.

И тут я вижу Кейси. Она плачет. Не ждет, пока я что-нибудь скажу, а первой прерывает тишину:

— Я добралась до Остина и поняла, что еду не в том направлении.

— Гм, да. — Смеюсь, нервно проводя рукой по волосам. Мое сердце бешено колотится в ожидании ее слов. Почему она здесь? Она вернулась к нам? — Это юг, Кейси. Я думал, ты направляешься на восток?

— Так и было, но я так сильно плакала, что не обращала внимания на дорожные знаки. — Она смотрит на меня с обнадеживающейся улыбкой. — Мой двигатель издает шум. — А потом Кейси прикусывает губу, ожидая моего ответа, ее мокрые от слез глаза блестят.

— Что за шум?

— Гул.

Я невольно улыбаюсь, но не озвучиваю свои мысли. Я молчу дольше, чем ей бы хотелось.

— Или, может, он перегрелся, — добавляет она, быстро моргая, как будто ей нужно сказать что-то еще, чтобы я ее впустил.

Меня бросает в жар, когда я затягиваю Кейси в дом.

— Я отремонтирую, — торопливо говорю я. — Только это займет некоторое время.

Она отходит от меня с отчаянием во взгляде.

— Я знаю, ты сказал…

— К черту то, что я сказал, — рычу я, притягивая ее к своей груди, отчаянно нуждаясь в ее прикосновениях.

— О, слава богу! — Кейси расслабляется в моих объятиях, и я отворачиваюсь от лютого холода снаружи. Она обивает руками мою шею. — Что теперь?

Впиваюсь пальцами в ее спину, мое сердце лихорадочно стучит. Я целую ее, мой язык скользит по ее языку. Вот что происходит дальше. Нам не нужны слова. Я тяну ее в свою комнату, запираю дверь и кладу ее на кровать. Она смеется в мои губы, когда я снимаю свои спортивные штаны и ее леггинсы. Кейси сбрасывает свою толстовку, которая на самом деле моя.

— Ты взяла мой свитер?

Она широко улыбается.

— Я также украла спортивные штаны и фланелевую рубашку.

— Ты воришка.

— Нет, ты, — шепчет она, расстегивая лифчик и отбрасывая его в сторону. — Ты украл мое сердце.