Эксперимент Не Удался (СИ) - Игнатова Теодора - Страница 43

Замечая нахмуренные брови и напряжённые плечи сказал:

— Правильно понимаешь, знаю чья ты, но раз не желаешь говорить и я буду молчать.

Чья я? Своя собственная! Богдана… С досады чуть не замотала головой. Он не это имеет ввиду. Папаша, Уимберг, кого-то из них. Что-то паршивец брюнет не выходит у из головы или это от того, что этот, чем-то напоминает его. А жалящая мысль уже сжимает сердце холодною рукой, пуская противные мурашки. Непроизвольно передёрнула плечами. Возникло дикое желание позвонить именно Богдану и попросить забрать её отсюда, обнять… И плевать, пусть опять на одну ночь, сердце в приступе сжалось, подругому они и не смогут. Поморщившись потёрла виски. Сильная духом, не люби, повторила про себя. А не так давно казалось, что была нажата кнопка стоп и он пришёл поставить точки, мира просил, а ещё она спала с Меркелем. Боже-е… Меркель! Встрепенулась девчонка. Не существует такой, не существует кнопки стоп, это самообман. Сколько всего произошло…

— Поужинаешь?

Алекса чуть не вздрогнула. Он наблюдал за каждым движением, за каждым вздохом. Из воинственной девчонки она мгновенно превратилась в ранимого, маленького котёнка. Желание обнять пушистый комочек, и долго гладить по волосам, пронзило душу. Он ни разу не видел её улыбки.

— Не голодна, — отрезала девчонка, спрятав глаза. В три часа ночи то, скоро уже завтрак, какой ещё ужин.

Ела только утром, но аппетита нет, да и откуда взяться, она еле живая. Ощущение, что над головой навис меч не отпускало. Дурацкое сравнение, подумалось ей, в любую секунду отсекёт голову на полу вздохе. Она из под лобья взглянула на хозяина дома. Он не спускал с неё глаз, затаив улыбку.

Вошла женщина, что провожала в ванную.

— Уже, — удивлённо изрёк хозяин.

Она кивнула, Алекса заинтересованно наблюдала за немым диалогом.

— Твоя одежда готова, — обратился он к девчонке.

Алекса заторопилась вслед за провожатой вглубь дома.

Тяжело вздохнул, отставил стакан. Потёр лоб, вот это головоломка. Просто теряется, что теперь делать. Буквально несколько минут и девчонка вернулась одетая в свои вещи. На пороге ожидает уже знакомый охранник.

— Отвезёт куда скажешь, — проводил глазами гостью до двери.

Она на выходе обернулась и неожиданно сказала:

— Спасибо.

Мужчина даже удивился, не ждал благодарности. Промолчал, сражённый наповал своими мыслями и ощущениями. Сотрясение, побои, перемёрзла, неизвестно сколько шла пешком, вот это выдержка.

* * *

Тимур быстро шагает к кабинету Уимберга, в автосалоне всю ночь кипит жизнь. Артемьев орёт так, что слышно на улице. Распахнул дверь, и сразу же отрапортовал:

— Только что девчонку на квартиру привёз Степан, человек Грановского. Сопроводил до двери и уехал. Наших видел, тронуть не посмели.

— Не посмели?! Да вы охренели, уроды?! Что значит не посмели?! — вскочил из кресла Артемьев, краснея от злости.

Уимберг схватил телефон ключи и кинулся на выход. Артемьев за ним, он развернулся.

— Еду один. Ничего не предпринимать, пока я не скажу.

Артемьев выпучил глаза в изумлении.

— Да ты забываешься, — процедил сквозь зубы.

— Я должен с ней поговорить, а твои балбесы пусть лучше землю роют и хоть что-то найдут. А ты, езжай выспись, как освобожусь сам приеду.

Недолго мериются взглядами, Артемьев отступает.

* * *

Свалилась на постель, через силу разделась. Слабость неимоверно одолела, голова раскалывается. Даже таблетку попросить не у кого, так было и прежде. Она всегда одна в этой квартире. Уснуть не успела.

Свет зажёгся, рядом Уимберг, берёт ладонями за лицо, что-то говорит.

— Я очень хочу спать, я устала, — сил нет даже чтобы возмутиться нормально.

— Почему Грановский отпустил тебя?

— Какой ещё Грановский, — бурчит закрыв глаза.

— Алекса, — тряхнул её Андрей.

А потом и вовсе усадил.

— Ну пожалуйста, Андрей, отстань, я очень хочу спать, — на удивление заумоляла девчонка.

Глаза не открываются.

Он осмотрел лицо, руки, ощупал рёбра. Бледная, глаза не слипаются, на переносице синяк расползающийся к векам, губа разбита, и тоже намечается синяк, левая кисть перевязана, правая рука вся в ссадинах, как и шея. Кожа девчонки ледяная. В квартире холодно. Достал из шкафа одеяло, бережноиукутал, усадил на колени.

— Не тряси меня, голова кружится, и не даёт уснуть, — застонала болезненно.

— Расскажи мне, что случилось. Это очень срочно и очень важно. Алекса… — повернул за лицо к себе. — Расскажи, что они с тобой сделали? Почему отпустили.

В голове вертелись самые страшные мысли, девчонка кажется невменяемой.

— Можно я чуть посплю и тогда сама найду этих двоих… Я их не убила, зря. Они меня хотели закопать.

— Кто они?

— Ну те про которых я тебе говорила… В машину хотели запихнуть да огребли.

— Это они же тебя…

— Они же, они же. Отстань уже, я столько шампанского сегодня выжрала, — вдруг вспомнилось.

Видимо согреваясь, девчонка уже не открывала глаза совсем.

— Это люди Грановского?

— Какого ещё Грановского? Чего ты пристал?

— Алекса, скажи мне. Тебя привёз домой человек Грановского…

— А, эти… Помогли мне, когда я сбежала от тех, уже третий раз кстати.

— Помогли третий раз или сбежала третий раз? Алекса…

— Не знаю…

— Лекс?

Но она уже спит. На душе чуть отлегло, судя по тому, как разговаривает, не всё так страшно, как рисовалось в мыслях. Обнял крепко свой свёрток и ещё какое-то время держал на руках, потом положил на кровать и укрыл как следует. Одну оставлять нельзя, а ему надо ехать. Выключил свет и прикрыв дверь вышел. Разблокировал телефон без раздумий набирая номер Нестерова. Наверное больше и некого просить. Мать… Не лучший вариант, разговаривать не станет с ней, да и не безопасно.

Димка ответил почти мгновенно.

— Помощь нужна. Можешь приехать к Алексе на квартиру, — сразу к делу без приветствия начал Андрей. — Случилось.

Сбросил, сразу же набирая Артемьева.

— Скоро буду. Нормально, это не Грановский. Пятьдесят на пятьдесят. Сейчас буду.

Сжав телефон в пальцах направился на кухню. Больше пятидесяти непрочитанных сообщений.

— Люблю только тебя. Успокойся и ложись спать, я не приеду сегодня, — отправил в ответ голосовое.

Мгновенно пришло оповещение о новом входящем. Выдохнул и положил мобильник на стол. Наливая воды заметил как подрагивают руки. Он устал, нервы на пределе, они все раздирают его на части, растаскивая в разные стороны.

Нестеров приехал быстро, сонное, небритое лицо, мятая футболка. С дверей спросил:

— Что случилось? — он летел как сумасшедший. Чтобы Уимберг помощи попросил, это случилось что-то сверх всего.

— Алекса сегодня была похищена, сейчас спит, одну оставлять нельзя. И Меркеля близко к ней не подпускай, он может заявиться с намерением оторвать голову.

Глаза Димки сделались испуганно огромными.

— Останусь сколько надо.

— Утром приеду сменю тебя.

Уимберг поспешил на выход, с мыслью, что уже утро. Димка запер дверь и окончательно проснулся. Сразу же пошёл к ней в комнату. Алекса укутанная в одеяло мирно спала. Присел рядом у кровати. Покачал головой, вздыхая разбитому лицу. Убрал растрёпанные волосы с лица, даже не шолохнулась. В голове бардак, от своей неразберихи ещё не отошёл, как Алекса снова чудит. Что ж тебя тянет на приключения, дурная ты наша. Куда ты опять влезла мелкая дурочка.

Глава 12

Пробуждение далось с трудом, глаза не открываются и всему вина мучительная головная боль, в унисон откликается всё тело, от малейшего шевеления. Еле слышно застонав Алекса поглубже окопалась в одеяло. Резко открыла глаза, её обнимает чья-то рука. Затаив дыхание притихла, тяжёлая такая. Потихоньку оборачиваясь упёрлась плечом во владельца, совсем близко, большой судя по ощущениям. Сердце тревожно забилось где-то в горле, кожу опалило жаром в предчувствии. Чуть повернув голову выдыхает, то ли от облегчения, то ли от разочарования. Не успевает расслабиться, как раздаётся противная трель мобильника. Димка нащупал возмутителя спокойствия не открывая глаз.