Эксперимент Не Удался (СИ) - Игнатова Теодора - Страница 67

— Не лезь в мою личную жизнь. Понял? — дико бесит его осведомлённость о её чувствах, слабостях. — Завтра остаюсь дома, я больше не хочу жить у Нестеровых.

Уимберг одарил быстрым взглядом. Алекса выскочила из машины, даже дверь не закрыла. Расплакалась у входа в дом, прижалась лбом к ледяному металлу. Совсем раскисла, раздери тебя черти Богдан. Почему ты не хочешь ничего изменить, только слова. Где доказательства? Нравится она и даже очень сильно… Застряли в голове его слова. Хочется выть в голос, слёзы стекают по щекам, капают с подбородка. Вот и живи с ней и беги с ней, а со мной тебе не по пути. Люби её… Выдохнула через рот громко, тяжесть не уходит, мучит. И она будет любить, только уже теперь не его.

Глава 17

Спала без снов, утром голова тяжёлая будто с похмелья. Душ слегка взбодрил, от завтрака отказалась. Аппетит напрочь исчез. Машина подана, торопливо выбегает и замирает. Срочно на лицо маску непроницаемости. Внедорожник Грановского тут же возле ворот. Через тонировку не видно, кто за рулём. Начинает понимать. Но настроение не из пугливых сегодня. Игнорит присланного водителя, отчитается кто забрал и паники не будет. Неторопливо подходит, садится к Грановскому. За рулём сам, собственной персоной. Хищно смотрит на девчонку. Отъезжает и несётся в сторону города. Даже не здороваются.

— Что ты тут делаешь? — первая нарушает тишину.

Сейчас далеко плевать кто начнёт, играть в игры совсем не хочется. Наигралась вдоволь, хватит.

— К тебе аналогичный вопрос, — спокойно отвечает мужчина.

Настроение Грановского давит морально, оно буквально осязаемо.

— Я обязана отчитываться?

Оставляет вопрос без внимания.

— Не понимаю, зачем этот цирк. Беготня бесполезная.

Алекса раскрывает рот и тут же сжав челюсти отворачивается. У неё нет оправдания. Да и к чёрту!

— Алекса, — зовёт Грановский, без привычной мягкости.

Смотрит ему в глаза. Зачем приехал? С какой стати предъявляет? Где ты был вчера? Когда нужен был, когда ждала. Если бы только… Душа жалобно стонет. Они с Богданом могли и не встретиться.

— Объясни мне пожалуйста причины.

— Нет причин, — бросает она дерзко на отвали. — Объясни причины допроса?

— Не надо вопросом на вопрос. Тебе прекрасно известны причины допроса. Слов на ветер не бросаю, я сказал и за каждое слово отвечаю. Между нами не просто болтовня, я расцениваю тебя как свою женщину.

Алекса болезненно морщится, эта фраза режет по больному. Что же вы разговариваете одинаково.

— Не потерплю подобного отношения. Ты считаешь нормальным ночевать с мужчиной в одном доме, обниматься с ним… — тщательно подбирает слова.

Эмоции Грановского лезут наружу, не справляется.

— Не поняла, — откуда-то знает про обниматься. — Это же Димка, это просто Димка, — изумлена Алекса. — Часто ночую в доме Нестеровых, эта семья, мои близкие люди, и ничего ужасного в этом не вижу.

— Что у тебя с ним?

Алекса огромными глазами уставилась на Грановского. Точно, Богдан номер два, может он и шлюха такая же, не зря так похожи. Нет желания отвечать, как и разговаривать, схватила рюкзак и выскочила в непогоду прямо на светофоре, на последок одарила взглядом полным ярости.

— Алекса, — раздалось в спину.

Хлопнув от души дверью, грозно зашагала проч. Повелевай сколько влезет кем-нибудь другим, но не мной, не надо мне такого счастья. Опасливо обернулась и заторопилась пуще прежнего, застёгивая куртку. Холодно. Не расчитывала на пешую прогулку.

Я не твоя подчинённая, чтобы боятся подобных окриков. Не остановил, не преследовал, отпустил. Удивилась, но к лучшему. В груди сдавило, да и плевать, катитесь к чертям. Это не мужчина, это Димка, если б могла на него запасть, давно бы уже с ним была, ни от кого не скрывая. Они хоть думают головой, нафига скрывать что-то, если б между ними было. Смысл?! Точно Богдан дубль два! Что между вами, любовь между нами. Эх, если бы…

Грозно вышагивает, даже не задумалась куда идёт, только бы подальше. Вперёд и ни шагу назад, они оба взрывают ей мозг. Тоже мне собственность нашёл! Беснуется девчонка.

Отскочила, упираясь ладонями в капот белой иномарки. Чуть не ударил по ногам. Сбросила дурман злобы и осмотрелась растерянно.

— Кто тебя за руль посадил, обезьяна!

Из машины вылезает мужик. Светлые, через чур длинные волосы, зачёсаны назад и аккуратно уложены. Бледные, голубые глаза сверкают сталью. А она когда-то думала у Андрея холодный взгляд, вот он где ледник. Привычным жестом поправляет пиджак. На смазливом лице кривятся в ухмылке тонкие губы. Подходит почти в упор к ней.

— Ну здравствуй, Алекса, — ударение на имени.

Девчонка настороженно всматривается. Это что ещё за звезда местного телевидения. Светло-синий костюм, в еле заметную клетку, бросается ценником в глаза. Дорогие на вид часы, повадки чистый пафос. Приветствием девчонка не отвечает, лишь приподнимает левую бровь в немом вопросе.

Незнакомец возвышаясь над ней на полторы головы, с ядовитой усмешкой оценивает произведённый эффект.

— Одна, без охраны, — комментирует, осматривая плотоядно.

Козыряет осведомлённостью о её положении. Алекса чуть вскидывает высокомерно подбородок.

— Константин, — представляется мужчина, протягивает ладонь.

Алекса мельком замечает перстень с чёрным камнем на безымянном пальце, жест игнорирует.

— Задаёшься вопросом кто я? Тот, кто с твоей мамой в отношениях.

— И что надо?

Он улыбается одними только губами.

— Наслышен конечно о хамоватости… Ладно, не суть. У меня к тебе другой разговор.

— Уверен, что я хочу разговаривать?

— Я хочу, — твёрдо заявляет мужчина.

Алекса фальшиво смеётся.

— Да мне плевать.

— Обнаглевшая малолетка, а ты не много ли возомнила о себе? — шагает в упор.

Удивляется не отступившей в страхе девчонке. Натягивает улыбку, проводит по волосам ладонью, поправляет и без того идеальную причёску. Возвращает ей личное пространство.

— Позавтракаем? Поговорим в спокойной обстановке, — тон мягкий, приветливый.

Быстро сменил тактику, заметила Алекса. Не ту пугать вздумал. Тем более сегодня, когда она не в духе.

— Красивая, умная девушка, думаю мы сможем найти общий язык, — одаривает ослепительной улыбкой. — У нас есть, что обсудить.

— Говори, — бросает Алекса, — здесь и сейчас. У тебя минута. Я тороплюсь.

Он обдаёт её холодом чуть прищуренных глаз.

— Твоё воспитание действительно требует коррекции.

— Поздно, — закидывает рюкзак на плечо. — Время вышло.

Обходит мужчину и направляется в сторону близжайшей остановки. Затылком ощущает злость оставшегося за спиной собеседника. Тот кто с мамой в отношениях… Вот это встреча, только случайная ли… Вопросов много к матери, но не к нему. Знать не знает, а уже требует что-то обсудить с ним. Грановский, Богдан, парочка этих придурков вышибли её из реальности, мозг задубел под натиском эмоций. Куда делся Роман, что должен пролить свет на неизвестное.

Достаёт телефон, пытается дозвониться Нестерову, Димка не отвечает.

Только к одиннадцати добирается в магазин. Алёна приветливо болтает и одновременно упаковывает в пакет два платья. Женщина средних лет, с довольным лицом желает всего доброго и уходит.

— Ну и рожа, — комментирует подруга. — Не спала что ли?

Алекса швыряет сумку на стол, снимает куртку, потирает озябшие ладони.

— Опять зима пришла, рано ещё, а холодно, как в ноябре.

Алёна хмурится и складывает руки на груди.

— Спала я, спала, — разворачивается резкоАлекса. — Кофем что ли угости, стоишь тут без дела.

Алёна хмыкнув, прихватила кошелёк и вышла.

Вертится в голове мыслей рой, да в кучу собрать не может, мечутся, мечутся безтолку. Мужик этот, что в отношениях с матерью… Очень узкий круг людей знает, что Алекса под охраной и как раз таки мать и не в курсе, если конечно её уже не просветили. Поморщилась, только от одной мысли набрать Уимбергу. Вчера маханула, а сегодня одумалась, не уверена, что желает обитать в квартире одна. Плевать, первый раз что ли передумала.