Блистательная роль княгини (СИ) - Рапас Ола - Страница 15

Я размашистым шагом направилась к незанятому стулу. Он стоял в центре, и его спинка была самой длинной. Очевидно, он принадлежал главенствующей фигуре.

Деловито присаживаясь, я небрежно бросила

— Не могу поверить, что мое мудрое Собрание не додумалось до подобного. Или, вернее сказать, не хотело подумать. Ведь что значит жизнь безродной сироты? Никто не был в состоянии и подумать о том, что рабочие руки нам нужны как никогда? А ведь через пять-десять лет эти мальчишки будут кормить и защищать нас с вами. Мы не можем так просто игнорировать подобное. Именно поэтому, мы с сэром Райнаром и епископом Дикартом решили отстроить новый церковный приют.

— Церковный приют? — переспросил один из бородачей, тот что в нелепой шапочке.

Кажется, он был ответственен за здравоохранение. Уволить бы его к чертям собачьим.

— Да, все верно, — взял слово епископ, — мы построим новое учреждение, с собственной фермой, такой же как у нашего прихода. Таким образом мы дадим еду и кров детям, потерявшим после военных действий родителей, а простых горожан снабдим работой.

— А также новыми землями церковь, — проворчал другой советник.

Он был самым старым, я бы сказала практически древним. На его проплешине виднелись старческие пигментные пятна, а зубы пожелтели. Он отвечал за сельское хозяйство и очевидно, не хотел передавать земли в другое ведомство.

— Не без этого, — кивнул Райнар.

— И налог с этих земель я не получу… — снова уточнил старик.

— Неужели вам жаль несколько медяков во имя Светлого? — манипулировал епископ, поставив старика в тупик.

— Простите, но почему именно церкви? — поинтересовался третий бородач, ведомство которого отвечало за культуру и образование. Разумеется, простые крестьяне были этого лишены.

— Потому что помимо крова и хлеба, детям будет предоставлено обучение, — подала голос я, — их обучат банальным правилам письма, чтения и счета.

— А также слову святого, — вставила Фоломина. Именно она и должна была отвечать за это мероприятие.

— Мы будем обучать крестьян грамоте, лишь для того, чтобы нести им слово божье? — изумился последний бородач. Его борода была рыжей и кучерявой.

Он стоял над торговыми и промышленными гильдиями и был самым молодым из бородачей. Значит ещё не такой закостенелый, с ним можно работать.

— Чтобы объединить наши земли, — взяла слово я и остальные тут же замолкли, — мы сплоти вокруг народ…

То есть вырастим богобоязненную и послушную ораву, уважающую власть по определению. Лицемерно ли это? Пожалуй, немного. Но другого способа контроля населения тут пока еще не изобрели. А менять политический строй целого княжества, в котором я всего неделю- не очень-то и хочется, и мало вероятно удастся.

— Хотели бы вы обсудить что-то ещё, моя княгиня? — спросил рыжий советник.

— М-да, есть еще одно дело. Нам нужно обсудить предстоящий бал.

— Бал? — нервно спросил Райнар.

— Все верно. Великая княгиня выздоровела и готова поприветствовать свою аристократию.

Глава 9. Легко быть дружной семьей на расстоянии

За времяприбывание в Категане, я ни разу не встретила своих родственников. Был в средневековом укладе свой шарм, заключавшийся в том, что видеть ты их можешь всего раз в неделю-две и по предварительной записи. Очень легко быть дружной семьей на расстоянии.

Однако, большой прием в честь выздоровления княгини и приветствие всей знати требовал и присутствия моих дражайших сестер, так как они и были этой самой, что ни на есть высшей знатью.

И за день до пиршества, Руана услужливо сообщила мне, что намечается семейный обед.

— Что, они все приехали? — измученно выдавила из себя я.

— Дарина прибудет вместе со своим мужем из соседнего княжества Орсини сразу к началу приема. Дороги размыло, потому со своей третьей сестрой вы увидитесь только завтра. А вот вторая, Марна Саросская, уже прибыла и ожидает вас в тронном зале. С ней уже встретилась младшая внебрачная дочь князя Леонида, Норра, а также ваш протеже Агрест. Они ожидают вас в тронном зале.

— Хорошо, — вздохнула я, попросив служанку достать вишневое платье с золотой вышивкой по подолу.

Оказавшись во всеоружии, я прошла к месту встречи. Внутри нарастало волнение, все-таки сейчас я встречусь с теми, кто знал Кару всю её жизнь. А это не то же самое, что сказать пару слов на Собрании.

— Кстати. Как перенесли новость об отставке наши бородачи из Собрания? — спросила я, пока другая служанка собрала мои волосы вверх, с помощью шпилек с наконечниками в виде рубиновых листьев клена.

— Не лучшим образом, — как-то неловко отозвалась Руана.

— А конкретнее? — спросила я.

Судя по её будто бы виноватому виду, она явно услышала от них что-то не слишком приятное.

— Недовольно ворчали, что их услуги понадобились бы вам, пока вы заняты другими вещами… — аккуратно подбирала слова девушка.

— А конкретнее? — настаивала я.

Нелегко быть княгиней, все пытаются тебя не расстраивать, даже Руана, которая знает, что я по сути фальшивка.

— Сказали, что баб волнуют только балы и дети, и пока вы играетесь со своим приютом, да закатываете пирушки, они могли бы заниматься по-настоящему важными делами. Высказали предположение о том, что вас бы замуж выдать, ибо очевидно, инстинкты берут свое, а также приписали вам интрижку с Георгием.

Это был тот самый рыжебородый молодой советник, единственный кого я не отправила в отставку, а лишь провела воспитательную беседу о том, чему ему отдавать приоритет.

— Пф, с кем мне интрижек только не приписывали, — отмахнулась я, вспоминая свою прошлую жизнь, — в любом случае, это было ожидаемо. Кажется, обиженные мужчины в любом мире и времени одинаковы.

Войдя в приемную залу, я тут же увидела двух привлекательных особ. Та что была постарше, очевидно Марна. На вид ей было около двадцати пяти, она имела пышные каштановые волосы, отливавшие медью, и выразительное белое лицо с яркими, словно два больших сапфира, глазами.

Выглядела она румяной и полноватой, особенно в бедрах, как часто бывает с женщинами, которые не так давно родили. Подтверждало мою догадку и декольте, с вздымающейся тяжелой грудью. Однако, полностью я уверена не была. Может она всегда была дородной? Хотя, по портретам, которые я видела до этого в галерее, так и не скажешь. Но, когда ты платишь художнику деньги, он может изобразить тебя какой угодно. Получше всех этих фильтров в соц. сетях, которыми пользуются современные интернетные девушки.

Рядом стояла еще одна сестра, совсем девчушка, лет семнадцати. У нее были русые волосы с рыжеватым оттенком, как, надо полагать, у всех моих "родственников". Волосы были нашей характерной чертой. А сама она выглядела свежей, как букет роз, и стройной, как лань. Аккуратный рот, высокий лоб, нежная персиковая кожа. Молодость щедро одарила её своими подарками, и она, очевидно, этим наслаждалась, осознавая все преимущества.

Последним я обратила внимание на мальчишку в бархатном сюртуке и чистым невинным лицом. Интересно, как ему это удается, учитывая местные санитарные условия? Я сама переживала за то, что моя кожа нет-нет, да покроется прыщами из-за отсутствия должного ухода, потому тщательно умывала её по нескольку раз в день. А его лицо совершенно ровное! Ни намека на буйство гормонов.

Как и полагается подросткам, он был нескладным, с вытянутыми руками и ногами, и несуразным пушком над губой. Стоит попросить кого-то научить его бриться. Но, впрочем, он имел все шансы на то, чтобы вырасти красивым статным юношей. Уже сейчас он был широк в плечах, а вьющиеся темные локоны ниспадали на густые брови аккуратной формы.

— Великая княгиня! — передо мной тут же склонились Норра и Агрест.

Мальчишка в искреннем смирении и восхищении. А вот сестра в фальшивом.

— Кара, — шатенка лишь учтиво кивнула, не удосуживаясь церемониями и притворством.

Зато честно. Пока что она — моя любимая сестра.

— Давно не виделись, — произнесла Марна.