Неправильно для меня (ЛП) - Брэнди Меган - Страница 40

— Ты в порядке?

Когда его широко раскрытые глаза переводят взгляд с моего лица на мои руки, я следую за его взглядом. Мои ладони кровоточат от веревки, по которой я поднималась уже полдюжины раз подряд.

— Я в порядке. — На самом деле так и есть.

Мое тело болит, в голове стучит, и я борюсь с тем, чтобы меня снова не вырвало, но все же мне нужно больше. Скорее физический толчок. Это стало слишком просто, тренировки изо дня в день. Обучать новобранцев весело и обычно более чем полезно, но в последнее время мне нужно было больше. Мне нужно… срань господня!

Блейз.

Мне нужно выбраться отсюда. Найти работу. Настоящую работу, что бы это ни значило.

Я уже готова.

Я вскакиваю с коврика, чуть не падая при этом, и Роуэн быстро подхватывает меня.

— Я забираю тебя домой.

Я пожимаю плечами от его хватки, и он хмурится.

— Я сказала, я в порядке.

— Ну, ты не в порядке! — кричит он, привлекая внимание учеников на противоположной стороне спортзала, он такой громкий. Привлекает внимание Алека, который медленно встает со своей наблюдательной позиции. — Ты не в порядке. Последние несколько недель ты была измотана. Ты больше ни с кем не разговариваешь, если только это не в классе. Я вижу, что ты не спишь, и ты слишком много тренируешься и мало ешь. Поэтому почти каждый раз, когда ты тренируешься, тебя тошнит!

— Что, ты следишь за мной?

— Да!

Теперь тяжелые шаги несут зверя по полу.

— Все, идите назад, — инструктирует Алек. — Три круга по периметру.

Роуэн хмурится, прежде чем ударить меня своим раздраженным взглядом.

— Я волнуюсь.

— Не надо.

— Я ничего не могу с этим поделать! — Кричит он, и я оглядываюсь, обнаруживая последнюю пару любопытных глаз, выходящих из спортзала. — Это не ты.

— Ну и кто же я тогда, черт возьми, а? — Кричу я в ответ, позволяя окровавленной тряпке упасть на коврик. — Я маленькая девочка, которая годами следовала за тобой, желая, чтобы ты хотел меня так же, как я хотела тебя? Неужели я та молодая женщина, которая позволила себе поверить, что тебе не все равно, когда все, чего ты хотел, это удержать меня от своего брата? Я твой лучший друг, с которым ты не хочешь разговаривать так, как ты ожидаешь, что я буду говорить с тобой? Потому что я знаю, что ты что-то скрываешь, Роуэн.

Он ничего не говорит, и Алек не произнес ни слова, но он стоит там, в моей тени, наблюдая. Как всегда.

Пошел он. Пошли они оба.

— Скажи мне, Роу. Кто я? — Я развожу руками. — Я та девушка, которую ты хотел полюбить, но не смог? Или, может быть, теперь, когда я трахнулась с твоим братом, я девушка, которая предала тебя. Потому что так ты чувствовал себя правильно? Преданным? Оставленным позади?

— Оукли, — шепчет он, медленно качая головой.

— Представь, что это чувство усилилось в тысячу раз. Ложь, замаскированная похотью. И не стой там с таким грустным видом. Ты поступил со мной так же грязно, только по-другому.

— Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте? — Он отводит взгляд в сторону, и краем глаза я вижу, как Алек делает полшага вперед. — Один на один.

— Нет.

Его голова откидывается назад.

— Почему? Что происходит, Оукли? Почему бы тебе не…

— Просто остановись, хорошо? — Кричу я. Поднося руки к вискам, я делаю глубокий вдох. — Я больше не могу выносить бесполезных слов.

— Что, черт возьми, это должно означать?

— Это значит, что я покончила с этим! — Я смотрю на него.

— Если бы это было так, черт возьми, как ты утверждаешь, что над…

— Осторожно, — прерывает его Алек, тихо и спокойно.

Мы оба игнорируем его.

— Ты бы не была так расстроена. — Роуэн подходит ко мне ближе, и моя спина выпрямляется. — Если бы тебе было все равно, ты бы не собиралась плакать. Оукли…

— Роуэн, — предупреждает Алек.

Но Роуэн делает еще один шаг ко мне.

— Мне жаль, что я причинил тебе боль. Мне жаль, что я принял то, что ты предлагала мне, как должное, но больше всего мне жаль, что мне потребовалось все это, чтобы понять…

Мое дыхание застревает в горле в тот же момент, когда рука Алека ложится на плечо Роуэна. Глаза Роуэна впились в мои, заставляя меня покачать головой в ответ. Он стоит во весь рост, готовый сказать все, что вертится у него на кончике языка. Но Алек тоже это видит, и когда подбородок Роуэн поднимается, кулак Алека тоже.

Он едва произносит "Я", прежде чем его губы раскрываются.

Я ахаю и собираюсь броситься вперед, но рука Алека обхватывает мою талию, и я оказываюсь позади него тем же движением, когда он поворачивается и отодвигается от меня, как раз вовремя, чтобы Роуэн повалил его на пол.

— Алек, Роуэн, остановитесь!

Когда они оба не обращают на меня внимания, я поднимаю руки, поворачиваюсь и ухожу. Они хотят вести себя как маленькие мальчики? Хорошо. Пусть они займутся этим. Мне все равно нужно кое-что сделать. Лучше Алек пусть будет занят этим.

Алек

Отшвыриваю Роуэна в ту минуту, когда Оукли выходит, вскакиваю на ноги, и Роуэн так же быстро встает. Он, не теряя времени, собирается и со всей силы бьет меня кулаком в челюсть. Моя голова дергается назад, и кровь льется изо рта.

— Меня тошнит от твоего дерьма, Алек! — Кричит он.

Он нападает на меня, но я быстрее уклоняюсь и ударяю локтем ему между лопаток, заставляя его с воплем упасть на одно колено, прежде чем он снова поднимается и поворачивается ко мне лицом.

Его глаза вспыхивают.

— Ты ходишь здесь, как будто всё принадлежит тебе, охраняешь ее, как будто она этого хочет, наплевав, что дома тебя ждет женщина! В чертовом доме Оукли, который ты отказываешься покидать! — Он отталкивает меня на дюйм назад, его левая рука поднимается для быстрого удара.

Я хватаю его за запястье и разворачиваю, захватывая его голову, но он ударяет меня локтем в живот, заставляя мою хватку ослабнуть ровно настолько, чтобы он повернулся и плюнул мне в лицо.

Я отталкиваю его, и он возвращается.

— Просто убирайся отсюда нахуй. Зачем ты вообще вернулся?

— Я никогда не планировал оставаться в стороне!

— Это чертова ложь!

— Это не так.

— Нет? Ты просто взял и, блядь, ушел в ту минуту, когда начал вести себя как мой брат, в кои-то веки, блядь, даже не сказав мне, что уходишь! Я должен был услышать это от мамы в ту же гребаную минуту, когда услышал от Оукли. Мне пришлось солгать и притвориться, что я знал, что мой брат ушел, потому что какой брат уходит, не заботясь о том, чтобы поделиться с другим?

Fuck.

— Я…

Он рычит, прыгает вперед и врезается мне тяжелой рукой ниже глаза, прежде чем я вижу, что он приближается.

— Черт возьми, Роуэн. — Я плюю на пол, мои глаза сужаются, глядя на него. — Еще один гребаный удар, и я подставлю твою задницу.

Он смеется без юмора.

— Пошел ты! Стой там, пытайся еще раз доказать, что ты лучше. Я бы никогда, блядь, не бросил свою семью, но, может быть, ты никогда не считал меня своей семьей, в конце концов.

— Ради всего святого, мы семья. И я был на чертовой работе. Я собирался вернуться, несмотря ни на что.

— Да, ради кого? — Он наклоняет голову, тяжело дыша. — Ради мамы? Ради меня? Или ради Оукли?

Когда я не говорю ни слова, его глаза становятся жестче.

— У тебя не было проблем с тем, чтобы обращаться со мной так, как будто я ниже тебя, уйти, не сказав ни слова, а затем вернуться и украсть Оукли прямо у меня из под носа…

— Она должна была быть твоей, чтобы я украл. Она не была.

— Она была моей. Возможно, ты этого не видел, но когда я был с ней, я это чувствовал! — Кричит он, делая глубокий вдох, ударяя себя в грудь пальцами. — Я чувствую это! Я влюблен в…

Я бросаюсь вперед, хватая его за горло, прежде чем он может продолжить. Его глаза расширяются, руки поднимаются, чтобы схватить мои запястья.

— Нет, это не так, — выдавливаю я сквозь стиснутые зубы. — Ты знаешь так же хорошо, как и я, черт возьми, ты ее не любишь.