Двойной шантаж (СИ) - Тиган Линетт - Страница 48

— Кофе со сливками и ложечкой сахара, пожалуйста, — несколько скованно просит мужчина, который не привык иметь рядом секретаря.

Мы проходим в мой кабинет. Я сажусь в своё кресло, а Алексей Андреевич напротив — разложив свои папки, став поочередно доставать бумаги, перебирает их и задумчиво изучает. Я не мешаю, отлично зная его профессионализм и даже наслаждаюсь тишиной. Прикрыть глаза, которые немного пекут от недосыпа я не решаюсь — могу уснуть прямо здесь и сейчас.

Светлана Анатольевна подает нам кофе и даже приносит сладости. Эта женщина всегда мне напоминала мою заботливую маму, только максимально спокойную и крайне корректную.

— Не впускайте никого, пока я не закончу с Алексеем Андреевичем, — говорю я женщине, которая кивает.

— Тогда я перенесу утреннее совещание на одиннадцать часов.

— Да, и назначьте мне встречу после полудня с Екатериной Юрьевной. Хочу обсудить вопрос по премиальным выплатам для департамента маркетинга, пусть она возьмет с собой всё необходимое.

— Конечно, я всё сделаю, Тимур Давидович, — женщина тихо уходит, закрывая за собой дверь.

Я перевожу взгляд на директора по безопасности, рассматривая, как он всё ещё перебирает бесконечное число бумаг. Он натужно вздыхает и останавливается, чтобы сделать несколько глотков кофе, а затем продолжает своё бездарное занятие — перелистывание бумаг.

— Алексей Андреевич, вам не кажется, что это можно сделать в своём кабинете? — напряженно уточняю я, не понимая пустой траты времени. Мне нужно чем-то заняться, иначе мои же мысли сведут меня с ума.

— Начнём с самого начала. Я нашёл несколько заявлений в розыске на имя Виктории Орловой: в 2015 — одно, а в 2016 — два. Все заявления писала её мать-одиночка — Святослава Петровна Орлова, но каждое заявление она забирала через несколько дней под предлогом, что дочь нашлась и находится дома. Стоит отметить, что Святослава Орлова негде не указана в реестрах местожительства и не имеет никаких активных номеров телефона. Заявлений о без вести пропавшей женщины также не было. Открытая официальная история Виктории начинается в 2018 году. В трудовой книге Виктории указано, что она в это время уже работала официально в столице, — Алексей Андреевич передает мне бумаги с первой стопки, которые я просматриваю.

— Значит, Вика пропадала несколько раз на длительное время… Мать волновалась, подавала заявление, но сразу же его забирала. Это странно, что она объявлялась сразу после заявлений в полицию, — задумываюсь я, пролистывая копии заявлений. В них ничего особенного, голые факты, но дети не пропадают так часто без причин, к тому же Вика была уже весьма взрослой. Кажется, двадцать два года. Молодая, но ведь уже и не маленькая.

— Виктория работала три или больше лет стабильно до 2020 года. Вот выписки из банка, в которых она зарегистрирована как клиент. Она начала брать кредиты и иногда закрывала кредитный счет, взяв кредит в другом банке. В трудовой книге уже указано несколько официальных работ, и через полгода добавляется третья. Виктория работала очень много, соответственно, по данным пенсионного фонда, зарабатывала прилично, но едва покрывала кредиты… Точнее только вносила часть выплат, но ни разу до 2022 не могла закрыть кредитную историю, — он протягивает мне листы из другой стопки.

— Кажется, она купила квартиру… Может копила на собственное жилье? — предполагаю я.

— Виктория купила квартиру по приезду в столицу. Вероятно, у неё были деньги, но кстати говоря о квартире… Виктория передала права собственника квартиры в минувший понедельник. Я был у нотариуса, это влетело в копейку, но она мне передала копию договора, — он протягивает мне ещё несколько бумаг. — Квартира стоит дешевле поставленной цены оценщиком и это очередной факт в том, что она нуждается в деньгах. Но сейчас не об этом, вернемся к кредитам. Девятнадцать месяцев она выплачивала кредит небольшими вложениями, затем уже официально устроилась в ГриннГрупп. Через два месяца начала вносить очень приличные деньги и уже через пять месяцев она закрыла всё кредитные вопросы.

Алексей Андреевич снова передает мне бумаги, которых оказывается вокруг меня слишком много.

— Хочу заметить, что её выплаты по кредитам совпадают с зарплатой, но также хочу напомнить, что условия шантажа для Анны были такие же — платить деньги за одну неделю до конца месяца. Вывод напрашивается сам собой — Виктория использовала Анну для своей выгоды и закрыла кредитные карты, — мужчина смотрит на меня насторожено, отслеживая мою реакцию, но я киваю на следующие бумаги, которые он уже подхватил. — Теперь касательно взлома квартиры. Это уже намного интереснее. На видео зафиксирован некий Егор Даниилович Фадеев. В столице он недавно, думаю, что с 2020 года. В это время он купил недвижимость и сеть сомнительных ночных клубов. Его прошлая регистрация местожительства…

— В родном городе Вики, — догадываюсь я по многозначительному молчанию.

— Верно. Они знакомы. К тому же по записям, которые вы мне отправили — он объявлялся несколько раз у дома Виктории. Мы зафиксировали машину, пробили номера и обнаружили, что Фадеев довольно часто оказывается возле Виктории Владимировны. Например, несколько месяцев назад, машина была зафиксирована на камеру возле ресторана, в котором мы праздновали корпоратив. Я мог бы допустить их сотрудничество… Они часто разговаривают в машине.

Меня кольнуло предположение, что Вика всё-таки может оказаться не такой простой, как кажется. Нет, разумеется, она женщина с изюминкой и скелетами в шкафах… Но если она работает с кем-то на пару, то я начинаю склоняться к тому, что девушка может оказаться матерой аферисткой.

— Есть какие-то подробные факты о Фадееве?

Алексей Андреевич передает мне фотографию. Я вижу Вику, совсем молодую девушку, которая держит за локоть довольно рослого и на вид серьезного мужчину. Подмечаю, что Вика улыбается своей очаровательной улыбкой и смотрит куда-то в сторону, в то время, как мужчина внимательно разглядывает её лицо. Очень странная фотография, отчего даже холодок веет по пояснице.

— Кто это?

— Марат Миронович Колесников, по прозвищу «Мирон», — отвечает Алексей Андреевич. — Он по неофициальным данным является лидером Клана Зелень, выдающая себя за ассоциацию экологов. Клан очень хорошо влился не только в криминальный мир, но и добрался до политической фракции, — договаривает он, а я, несмотря на шок, не могу оторвать взгляд от фотографии. — У меня есть предположение, что Виктория состояла в отношениях с Колесником. Иначе, любая другая девушка не смогла бы стоять так близко к лидеру Клана. И отвечая на ваш вопрос, Фадеев — его правая рука.

— Постой. Клан — это что? Причем здесь политика и криминал? — мозги совершенно перестали воспринимать информацию, которую вталкивают в мою голову резко и без какой-либо подготовки.

— В Клане сбираются люди, которые занимаются криминальной деятельностью. Они могут заниматься чем-угодно: вымогательством, грабежами, азартными играми, а также сутенерством, наркоторговлей, и даже убийством…

— Значит, Вика связана с Кланом? — спрашиваю я в нетерпении. — Может быть такое, что её саму шантажировали, принуждали и надавили?

— Тимур Давидович, я боюсь, что всё намного сложнее. Для Клана — это трата времени, чтобы выслеживать девушку и трясти из неё мелочь… Но, если девушка хорошо подготовлена и знает, как проворачивать аферу — сорвёт большой куш. Это может её и держит на плаву. Вы же понимаете, что вы для неё большой сундук Пандоры? И я знаю, что вот-вот и она его откроет.

— Дерьмо, — шепчу я, понимая, что Вика для меня — совершенно незнакомый человек. — Но ради чего тогда шантажировать Аню?

— Ради удовольствия? — предполагает Архипов.

— Что-то не сходится. У неё достаточно зарплаты на погашение кредита. Она могла закрыть его к началу следующего года, это не сильно ударило бы её финансово. Здесь что-то есть ещё. И мы это упускаем, черт возьми!

— У меня есть одна теория, но скажу сразу, что я в любом случае считаю Викторию причастной ко всей сложившейся ситуации и не доверяю ей…