Во всем виновата текила (ЛП) - Коул Фиона - Страница 51

Не уверен, что смогу выжить с этим знанием, но мне это было необходимо.

― Эм... эксгибиционизм, ― призналась она, зажмурив глаза (прим. пер.: Эксгибиционизм (лат. exhibeo — выставлять, показывать) — характеризуется достижением сексуального возбуждения путем демонстрации половых органов, как правило, незнакомым людям. Это также относится к сильному желанию демонстрировать окружающим свою сексуальную активность).

Румянец стал таким насыщенным, что распространился по ее шее.

― Нова. Посмотри на меня. ― Она открыла сначала один глаз, затем другой. ― Я готов исполнить любое твое желание, любое. И я готов пойти на все, чтобы обладать тобой. Нет ничего на свете сексуальнее того, что ты признаешься в том, что тебя возбуждает.

― Правда?

― Да. И мы уже выяснили, что я обожаю внимание.

Она засмеялась, но смех перерос в стон, когда я скользнул рукой по ее ребрам и снова прижался к ней всем телом.

― Бьюсь об заклад, Эш слышит тебя сейчас, ― прошептал я ей на ухо.

Ее дыхание участилось, и она качнула бедрами со мной в унисон. Удерживая ее взгляд, я наполовину отодвинул занавеску, не убирая руку, ожидая, когда она попросит закрыть ее. Музыка за занавеской Эша прекратилась ― явный признак того, что он отрубился, но я хотел зародить в ней мысль, что все возможно, ― он может наблюдать.

Ее взгляд метнулся к койке Эша, находящейся напротив нашей, но она не возражала. Вместо этого обхватила меня за бока и приподнялась, чтобы потереться о меня. Это самое сексуальное, что я когда-либо видел.

Нуждаясь в большем от нее, ― желая дать ей больше, ― я скользнул рукой по ее майке и коснулся нижней части груди. Кожа покрылась мурашками, и мне отчаянно захотелось увидеть ее. Обхватив рукой изгиб груди, я стал целовать ее шею, теряясь в жаре, все ближе и ближе подбираясь к пропасти.

Эта ситуация была так похожа на ночь на диване, когда мы наконец-то поцеловались, но сейчас у нас было больше опыта и желания. Пытаясь прощупать почву, как далеко могу зайти, протянул руку к краю топа и начал поднимать его, обнажая бледную кожу живота. Провел пальцами по ребрам и посмотрел на нее в поисках разрешения. Эш, скорее всего, спал, но с открытой занавеской, если он проснется, то сможет увидеть ее всю.

Она снова посмотрела на его койку, румянец залил ее щеки, а затем она кивнула мне. Мучительно медленно я потянул топ вверх, обнажая ее грудь.

Удерживая ее взгляд, наклонился и обвел языком кончик соска, слегка отпрянув, когда коснулся холодного металла.

Них*я себе. У Новы проколоты соски.

Такое ощущение, что я умер и попал в рай.

Пальцами другой руки коснулся твердого наконечника, окруженного двумя металлическими шариками. Она хныкала и стонала, когда мой язык, поддразнивая, заскользил по бутону.

― Паркер, пожалуйста, ― прошептала она, выгибаясь навстречу моему рту.

Не в силах больше этого выносить, ее всхлипы становились все громче, я втянул сосок в рот. Она вскрикнула, и я подумал, что тут же кончу. Боже, я хотел спустить шорты, стянуть с нее тонкие штаны и войти в нее до упора, но как бы мне ни нравилось исследовать это с ней, наш первый раз не должен произойти на двухъярусной кровати в автобусе.

Это не означало, что я не могу заставить ее кончить другими способами.

Покинув ее грудь, переместил руку ниже. Она неистово раскачивалась, хаотично впиваясь ногтями в мое тело, умоляла и стонала, издавая самые сексуальные звуки, которые я никогда не забуду. Она получала удовольствие, и зрелище было потрясающим. Когда мы были подростками, она была нерешительной и неопытной, а теперь раскрепостилась, стонала и получала удовольствие.

И снова, предоставив ей достаточно времени, чтобы отстраниться, провел пальцами по краю ее пижамных брюк, и когда она не попыталась остановить меня, проник под них, пробираясь между бедер.

― Да, Паркер. Пожалуйста.

― Готов поспорить, Эш мастурбирует, готовый кончить вместе с тобой.

Ее глаза вспыхнули, но она не отводила от меня взгляда.

― Он не может оторвать глаз от твоих проколотых сосков. Хорошая девочка, скрывающая грязные секреты.

Ее рот приоткрылся в стоне, когда я протиснулся между мягкими складками ее киски, встретившись с влажным, скользким теплом.

― Развратная девчонка желает, чтобы все смотрели, как она кончает.

― Да.

Я едва прикоснулся к ее расщелине, собирая больше влаги, чтобы смочить клитор, перед тем, как она кончит. Она толкалась в мою руку, и я начал водить пальцами взад-вперед, кружа и слегка постукивая, надавливая пальцами на ее расщелину, я едва не кончил, когда почувствовал сокращение ее киски. Она вскрикнула, выгибаясь дугой, мне пришлось отстраниться, чтобы понаблюдать за её удовольствием.

Она была сногсшибательна. Огненно-рыжие волосы разметались, ее великолепная грудь вздымалась, соски напряглись, ноги широко расставлены, она раскачивалась на моей руке, пока, наконец, не расслабилась, откинувшись на подушку, ошеломленная и насытившаяся, хватая ртом воздух. Сквозь тяжелые веки изучала меня, скользя взглядом к моим натянутым шортам.

― Твоя очередь, ― решительно заявила она.

Опустившись на колени, я навис над ней, вытянув одну руку, а другой стянул шорты ниже яиц.

― Ох, вау, ― выдохнула она, широко раскрыв глаза.

Я медленно погладил член, от длины до кончика, затаив дыхание, когда она протянула руку, чтобы провести пальцем по серебряной штанге с нижней стороны ствола чуть ниже головки.

― Бл*дь, Нова, ― прохрипел я.

Она провела пальцами по головке, собирая преякулят, прежде чем отстраниться и вытянуться, словно гребаная модель, созданная для того, чтобы возбуждать меня.

От слишком долгого сдерживания, я задрочил сильнее и кончил меньше чем через несколько минут. Обхватил рукой головку и обвел взглядом ее идеальные бледные сиськи с проколотыми сосками, припухшие розовые губы, она так глубоко дышала, словно вид того, как я дрочу, снова возбудил ее. Я вспомнил, как ее киска залила мои пальцы от лёгкого движения, и сразу же кончил в кулак. Мышцы напряглись, и жгучее удовольствие пронзило меня от головы до кончиков пальцев ног. Волна за волной изливалась из меня, пока я не подумал, что могу рухнуть от обезвоживания. Я посмотрел по сторонам в поисках чего-нибудь, чем можно устранить беспорядок, и в углу обнаружил коробку с салфетками. Схватив одну, вытерся и опустился на локти, прижавшись лбом к ее лбу.

― Думаю, это было самое сексуальное, что я когда-либо видела, ― сказала она, проводя пальцами по моим волосам. ― Гораздо лучше, чем любое порно, которое я смотрела.

― Как много порнухи ты смотрела? ― спросил я, смеясь.

― Достаточно.

― Бл*дь, это возбуждает.

― Серьезно?

Я рухнул набок, прижимая ее к себе, и задернул занавеску.

― Нова, все, что ты делаешь, возбуждает. А это, ― простонал я, поглаживая ее проколотый сосок, ― это было неожиданно.

― Твой пирсинг тоже стал сюрпризом.

― Рад, что тебе понравилось.

Я хотел сказать гораздо больше. Рассказать обо всем, что хотел с ней сделать. Как нуждался в том, чтобы она уделила внимание моему пирсингу, и как мне не терпелось оказаться внутри нее. Я хотел этого прямо сейчас.

Но она зевнула, и я вспомнил, где мы находимся. Сегодняшний вечер был не запланирован, но это было сверх того, о чем я мог просить или ожидать, и не хотел давить.

Сегодня мы переступили черту, которую никогда не переступали в наших отношениях.

Я не хотел заходить дальше и искушать судьбу, чтобы она вернула нас к началу, как это всегда происходило.

И вместо того, чтобы сказать ей, как мне не терпится оказаться внутри нее, я решил заключить ее в объятия и заснуть.

ДВАДЦАТЬ ДВА

НОВА

― Итак, дамы, ― обратилась Аспен к ребятам. ― Эти два люкса совмещены и имеют по две комнаты. Нова, твой номер дальше по коридору.