Опасная связь (СИ) - Джолос Анна - Страница 113

Едва сдерживаю улыбку. «С Херувимом». Услышать от него нечто подобное — большая редкость.

— Она заявила, что все равно пойдет. Я сказал: только попробуй.

— Пошла? — вскидываю бровь.

— Пошла конечно.

— Твоя реакция?

— Звонит мне с площадки по видеосвязи Харитонова. Вон мол твоя жена, смотри, какое платье, прическа и прочая чухня…

— И ты передумал.

— Передумал, стоило увидеть рядом с моей Дариной какого-то патлатого додика. Раздетого по пояс. Приготовился, мать твою!

Ну ясно. Сорвался к ней. Вон и сейчас завелся, всерьез разозлившись. Могу себе только представить, что было тогда.

— У вас с Дашей все путем? — спрашиваю осторожно.

Не имею привычки лезть в чужую личную жизнь, но за эту пару горячо топлю. По доброму завидую Яну.

Жена. Семья. Ребенок.

Это то, о чем я всегда мечтал.

— Да непонятно, Илюх. Местами… — глубоко затягивается и медленно выдыхает дым наверх. — Бесится из-за клуба, не одобряет наши мутные дела. Регулярно пилит мозг на эту тему. Недавно про развод заикнулась.

— Моя вина, что втянул тебя, — признаю, искренне сожалея.

— Это был мой выбор.

— У тебя сын растет.

— И я хочу дать ему все самое лучшее, — тушит окурок о пепельницу.

Смотрим друг на друга.

— Я обещал Рыжей, что уйду в завязку.

— Будто это так просто, — усмехается он невесело. — А вообще, женщина либо принимает тебя, либо нет. Третьего не дано.

— Не боишься, что Даша подаст на развод? — все же решаю спросить.

— Нет.

— Почему ты так уверен в этом?

— Ей духу не хватит от меня уйти. Мы — одно целое, ясно? — резко меняется в настроении.

«Мы — одно целое, ясно?»

Что ж. Дай-то Бог…

Возвращаемся на кухню. Черепанов почесывает пузо Гномычу, разложившемуся у него на руках. Клим и Дымницкий обсуждают тактику, которую следует выстроить в отношении Сомова. Этого чиновника нам предстоит спустить с небес на землю. Уж больно охамел. Беспределит направо и налево.

У кого-то из парней срабатывает рингтон. Как оказывается, у Антона.

— О, Яська!

На экране появляется хмурая моська Бортич.

— Салют, бандиты! — приветствует она нас, зевая.

— Привет!

— Здорово! — отзываемся наперебой.

— Тох, скажи по-братски, че у тебя на голове?

— А че? — он откидывает патлы назад.

— Не могу на это смотреть. Подстригите его кто-нибудь.

Череп хохочет.

— Ёбушки-воробушки, Илюх, а с твоей мордой что?

Ну ясно. Теперь на меня переключилась.

— Под чеченца косишь? Вы чего там совсем расслабились?! Теряете товарный вид.

— Не галди, Ясь, — отмахиваюсь я. — Ну зарос немного.

— Немного??? Пипец!

Тяф!

Лупатый придурок громко гавкает. Не понимает, откуда звук.

— О, покажите Гномыча крупным планом. Я его слышу.

— Малой, где Яся? Вон Яся! — Антон растягивает собаку в полный рост как колбасу.

— Рассказывайте, как дела.

— Да нормально все.

— Кстати, Кучерявый, я видела клип. Пушка-бомба! Секси-шпэкси.

Абрамыч раздраженно закатывает глаза и проходит к плите.

— Мрачный Ян по традиции не в духе? А че собрались вместе? Опять что-то замышляете, да? — прищуривается и всем своим видом выказывает подозрение.

Стоит признать, знает нас как облупленных.

— Типа того. Кое-какие проблемы нарисовались. Ай бля, Илюх, ты че? — Череп в недоумении на меня таращится.

Я только что наступил ему на ногу, деликатно намекая, что пора бы заткнуться. А то щас, и про клуб, и про автосалон все вывалит.

— Калаша не вижу, — внимательно нас разглядывая, говорит она.

— Отсутствует по уважительной причине, — докладывает Антон так, как будто перед классным руководителем в школе отчитывается.

— Ммм, ясно.

— Как там Нью-Йорк?

— Да че ему будет.

— У вас пять утра. Тебе не спится? — интересуется Ян, доставая турку из шкафа.

— Я уже на работе вообще-то, — Бортич встает и куда-то топает, после чего переключает камеру. — Видали?

— Мать твою, вот это цветник! — восклицает Черепанов.

Нам открывается восхитительная картина: толпа полуголых длинноногих девиц.

— Гелз, плиз, кэн ю сэй хэлоу ту май фрэндс? — обращается она к ним.

— Hi guys! — сонно чирикают те в ответ. — Oh, handsome boys! Who are they?

— Да, у меня huawei. Они про марку телефона? Переведи, че чешут, — серьезно напрягается Тоха, прилипнув к экрану.

— Они спрашивают, кто вы такие. Ща… Как это… Бэд бойс. Дэнджэроус мен. Ээммм… Криминал элементс, — объясняет Яська девчонкам. — Рашн гангстерс, ю ноу.

Дымницкий цокает языком, слушая ломаный английский Бортич, а телочки тем временем кивают и принимаются переговариваться между собой.

— Ясь, ну че ты палишь контору! — улыбаясь, возмущается Даня.

— Ахаха! — она снова переключает камеру. — Сегодня генеральная репетишн одного громкого показа. Ой, а вчера какой скандал был, ребят! Вы не представляете! — тараторит быстро. — Один мерзкий старый пердун разорался из-за моей татухи на бедре. Плевался слюнями и тыкал в меня пальцем. Мол ЭТОЙ на подиуме в купальнике быть не должно.

— А ты че?

— Наехала на него че. Как рассказала ему все, что о нем думаю! — с хрустом надкусывает яблоко.

— На английском?

— Пфф, — она фыркает и смеется. — Шушишь, что ли? Нет конечно! Наш могучий русский язык мне в помощь.

Хохотнув, качаю головой. Бедный дедок. Зная Яську, готов поспорить, ему конкретно досталось.

— И чем кончилось?

— Пошел узнавать у помощницы «ху ис мудило ин раша».

Мы ржем.

— Татухи замазывать будут. Ё-мае, а еще свободная страна называется!

— Так вы че седня в трусах щеголяете? — уточняет Антон.

— Угу. Пляжная коллекция. Зацените, — ставит на стол телефон и отходит назад, демонстрируя купальник. Если эти миниатюрные треугольнички с нитками можно так назвать.

— Ёб твою… — Череп присвистывает. — А сзади там че?

— Да вот че, — она поворачивается спиной. И все мы безмолвно пялимся на идеальный Яськин бампер.

— Сюда дай! Какого хера уставились! — разгневанный Дымницкий вырывает из рук Черепанова смартфон.

— Тох, куда пропал? А, это ты, Дым. Привет, — довольно прохладно здоровается с Киром Яся.

Дальнейшей их беседы мы не слышим, потому что друг выходит из кухни. В спальню пошел.

— Делаем ставки. Купит билет к ней или нет, — снимая турку с плиты, произносит Ян.

— Ставлю на то, что купит.

— Вообще не факт.

— Кретин. Она найдет себе там какого-нибудь американского папика и уля-улю, до свидания.

— Это ж Яська, она не такая, — уверенно заявляет Данила.

— А сколько еще ей ждать, пока он одуплит, что без нее не может? — недовольно ворчит Череп, по обыкновению поддерживая Бортич.

Трель дверного звонка отвлекает меня от развернувшихся дебатов.

— Пойду гляну кто там.

Отправляюсь в коридор.

Динамит, наверное, решил явиться.

Позабыв о мерах предосторожности, сразу проворачиваю щеколду. Открываю дверь, да так и застываю неподвижной статуей. Не верю собственным глазам. На пороге моего дома, вот так сюрпиз, стоит Бесстыжая.

— Сань…

— Привет, Илья.

Опускаю взгляд. Замечаю большой чемодан, в ручку которого она вцепилась.

Пришла. Сама. С чемоданом!

С ЧЕМОДАНОМ НАХ!

Мозг подкидывает дурацкую идею: ущипнуть себя и проверить, не сплю ли.

— Ждал? — осведомляется строго.

— Пиздец как, — пытаюсь затушить развернувшуюся в груди песчаную бурю.

— Так я войду?

— Конечно, — растерянно отступаю в сторону, пропуская девчонку.

Она заходит в квартиру, я забираю чемодан и, едва сдерживая лыбу, иду следом.

Захлопываю дверь. Поворачиваюсь к ней.

— Так ты…

— В прошлый раз мы не закончили, — перебивая, сообщает деловым тоном и принимается ловко расстегивать пуговицы.

— Сань, притормози.

— Полный газ, — отрицательно качает головой и сбрасывает платье на пол, оставаясь передо мной в одном белье.