Душа терний (ЛП) - Тромбли Стейси - Страница 30

Кейлин отчаянно ползёт дальше, её тело на грани обморока. Она падает в груду тел. «Не сдавайся, — мысленно прошу я. — Борись до конца».

Над ней летит призрак. Я сжимаю руки в кулаки. Он помогает ей или мешает? Не могу понять, переживает ли он за неё или просто преследует свои цели, как считает сама Кейлин.

Она продолжает двигаться вперёд и наконец падает лицом в грязь сразу за чертой, где заканчиваются трупы.

— Она на грани, — ласково шепчет чудовище, в моей груди нарастает отчаяние.

— Если она умрёт, — мой голос звучит хрипло, раздавленно, но в то же время зло. Мстительно. — Вы проиграете.

Взрыв рокочущего хохота в ответ поразил меня. Дерево довольно завибрировало.

— Если бы ты знал, как сильно ты ошибаешься, питомец.

— Что это значит? — выдыхаю я. Не уверен, что с этим существом вообще стоило вести разговоры. Видение могло быть ложным. Слова могли быть уловкой. Но я ничего не могу с собой поделать. Моя израненная душа отчаянно нуждается в ответах.

— Смерть Кейлин действительно помешает снять проклятие. Это так. Но, — ветки сжимают меня так сильно, что я не могу дышать, — есть разница между смертью тела и смертью души.

Ветки ослабляют охватку, и воздух возвращается в мои лёгкие.

— Если она сдастся и решит умереть, сначала погибнет её душа. И моему истинному не составит труда поддерживать жизнь в её теле достаточно долго, чтобы его магия воскресила её. Есть два пути достижения наших целей. Один из них заключается в том, чтобы дать Кейлин мотивацию сделать всё, что мы скажешь. Для этого нужен ты, мой питомец. Она влюблена в тебя. Каким бы жалким ты ни был. Она не раз доказывала, что готова пойти на всё ради тебя. Но это лишь запасной вариант. У меня есть план попроще.

Вселяющая Ужас скользит вокруг меня, её голос отражается эхом. Она всё ещё показывает мне видение с Кейлин, лежащей в гряди, и призраком, парящим на дней.

— Мы сломим её дух, — шепчет Вселяющая Ужас мне в ухо. — Мы уже близки к этому.

Нет.

— Мы расчленим её душу кусочек за кусочком, пока она окончательно не сдастся. Её душа уже совсем тусклая, и когда она умрёт, а это случится совсем скоро, твоя суженая больше не сможет управлять своей магией. Мой истинный восстановит свой власть над ней, и тогда у него будет всё, что нужно.

Кровь стынет в моих венах.

— Потому что в ней его магия.

Чёрт.

Теперь я понимаю, почему они сдерживались, выжидая. Почему призраки шпионили, но не нападали. Почему мантикора посмотрел прямо на нас, но развернулся и ушёл, лишь бросив пару зловещих фраз.

Они ждут, что Кейлин сдастся. Умрёт душой.

Вот что происходило с ней всё это время. Вот почему она так истощена, а её магия так неустойчива. Я был прав: я теряю её. И волк был прав — магия Несущего Ночь обеспечит им успех. Они убивают её изнутри.

— Да, — шепчет Вселяющая Ужас. — Он сможет использовать её, только если она сама себя разрушит. И сейчас она очень близка к этому. А мы просто наслаждаемся шоу…

— Нет, — отчаяние разрывает мою грудную клетку, рвётся из моего тёмного плена, ищет мою истинную. Найти. Защитить.

Я умоляю, даже зная, что это бесполезно.

Ярость разгорается внутри меня, настолько горячая, что я едва могу её вынести. Белое пламя вырывается из моей груди, совершенное неподвластное мне, и дерево-тюрьма выпускает меня, корчась от боли. Его шипение разносится эхом, но я уже пробираюсь вперёд.

Белый свет, мерцающий в моей груди, разгоняет тьму.

Мои ботинки проваливаются в грязь, пока я пытаюсь бежать по земле, покрытой пеплом и кровью давно мёртвых неизвестных фейри.

Она всего в метре от меня, светлые волосы раскинулись, лицо белее снега. Я падаю на колени рядом с ней и крепко сжимаю её плечи.

— Ай, — бормочет она, её лицо искорёжено болью. — Рев?

От облегчения из меня вырывается отчаянный вопль и, не думая, я прижимаюсь губами к её, потому что мне нужно чувствовать её, быть рядом, как можно ближе.

И следом в неё втекает моя магия, проходя через всё тело в поисках источников боли. Чтобы помочь. Исправить. Исцелить.

Её спина выгибается, она стонет мне в губы, и это уже куда более приятный звук, чем было до этого.

— Рев, — повторяет она.

Я отстраняюсь, моя магия вместе со мной, и всматриваюсь в её чёрные глаза.

— Что случилось? — спрашиваю я.

— Что с тобой случилось? Он сказал, что ты ушёл… что ты…

— Я… Меня схватила мантикора. Я был в плену.

Её лицо искажает мука. Агония в каждой черте.

— Но всё уже в порядке, — шепчу я. — Я здесь.

Провожу пальцами по её щеке. Призрак шипит:

— Ты был у неё в плену? Тогда как же ты оказался здесь?

Я сужаю глаза, глядя на призрака.

— Она бы не отпустила тебя просто так, — он нервно летает туда-сюда, едва касаясь земли. — Это бессмыслица какая-то.

— Я использовал магию, чтобы вырваться из пут, и…

— Глупец. Твоя магия сильна против призраков, но так же бесполезна против неё, как и любая другая. Она отпустила тебя только потому, что сама захотела.

Я часто моргаю: перед глазами то тьма, то Кейлин. Ветви сдавливают мою грудь, прижимая к стволу. Не могу дышать.

— Кейлин, — я сосредотачиваюсь на красавице-фейри в моих руках. Фейри, которая близка к тому, чтобы потерять жизнь и душу. И я бы винил в этом себя. Я сделал недостаточно. Я мог постараться лучше, дать ей надежду, дать причину жить.

Если она сдастся сейчас, он захватит её. Он победит.

— Кейлин, — шепчу я, в моих глазах слёзы. Я наклоняюсь и нежно касаюсь её губ своими, перед тем как Вселяющая Ужас забирает меня обратно в свои когти.

Пепел падает с неба, мягко опускаясь на мои руки, испачканные кровью и грязью. Мои веки трепещут, пока я смотрю, как он прилипает к коже.

— Рев? — стону я, неуклюже перекатываясь на живот и приподнимаясь на ладонях и коленях.

— Рев бросил тебя, забыла? — тихо произносит призрак, но в его словах слышится упрёк. Ему не нравится, когда я упоминаю Рева.

— Нет. Он был здесь. Он только что был здесь…

Призрак вздыхает.

— Дитя, у тебя галлюцинации.

Я зажмуриваюсь.

— Нет, — твёрдо отвечаю. Я всё ещё чувствую след его присутствия. Его магия наполнила меня на несколько секунд. Он пытался исцелить меня от моих воображаемых ран. Но он не может залечить то, что разрушает меня изнутри. Может, Рев прав. Я просто сдалась.

— Он не здесь?

— Нет, дитя, — отвечает призрак.

— Почему ты мне помогаешь? — я ложусь на спину. Всего в нескольких десятках метров от меня начинается склон горы. Где-то там спрятана книга заклинаний. Так близко.

А значит, Рев тоже недалеко. Он направлялся туда.

Если я смогу встать и пойти, то, возможно, найду его. Возможно, я найду их обоих. Возможно, я смогу увидеть его в последний раз перед смертью. Перед тем, как это место поглотит меня.

— Разве ты ещё не поняла?

— Не совсем, — признаюсь, глядя в пасмурное небо. С вершины горы идёт дым. Это скорее даже вулкан, чем гора. Да уж, час от часу не легче.

— Ты моя единственная надежда.

— На процветание Двора Теней? Даже после смерти это волнует тебя больше всего?

— Ты моё искупление. Если я смогу восстановить двор, в упадке которого виноват… — он замолкает, кружа над моим обессилевшим телом. — Но ещё я понял, что ты здесь из-за меня. Не знаю, понимаешь ли ты. Это всё моя вина. Моя кровь в твоих венах сделала тебя ходячей мишенью для этих жутких чудовищ.

Его голос пронизан болью. Его дымчатая магия не знает покоя, всё время в движении, но он ложится рядом, повторяя мою позу, и смотрит на серое небо. Здесь нет облаков, которые можно было бы разглядывать. Никаких погодных явлений. Ни летающих птиц. Только туман, который становится то ярче, то тусклее в зависимости от времени суток.