Дейр (ЛП) - Лилли Р. К. - Страница 22

— И я по тебе скучал, — добавил он, выпятив милую маленькую нижнюю губу.

Это выпотрошило меня, как ничто другое.

— Я тоже скучал по тебе. Может ты не поверишь. Но мы больше никогда не расстанемся. Ты останешься со мной навсегда.

— Ты обещаешь?

— Обещаю.

Я направился прямо к Таргету со списком и Кэмероном на буксире. Это было тяжелое испытание, но в конце концов я нашел все, что мне было нужно, а затем провел два часа в отделе игрушек.

Переход от жизни в одиночестве к тому, чтобы в доме появился малыш, был адаптацией, но долгожданной. Он был хорошей компанией.

Я показал ему цветы, которые много лет назад посадил во всех возможных местах на участке.

— Ты знаешь имя своей мамы? — спросил его я.

— Мама?

Я улыбнулся и погладил его по голове.

— Это ее имя для тебя, но для меня ее имя — Ирис. Ты знаешь, как называются все эти цветы?

Кэмерон огляделся. Они были повсюду. Он покачал головой.

— Ирисы.

Его милая маленькая бровь нахмурилась.

— Ты хочешь сказать, что моя мама — цветок?

— Нет, но ее назвали в честь цветка, а это ее любимые. Думаешь, она обрадуется, когда увидит, сколько их у нас дома?

С широко раскрытыми глазами он кивнул.

Примерно через три недели после приезда Кэмерона я начал вглядываться вокруг в поисках ее. Я ничего не мог с собой поделать. Мысль о том, что она может появиться буквально в любой момент, поглотила меня.

Я ежедневно заказывал букеты ирисов, вазу за вазой, пока они не заняли все свободное место на столе в доме.

Кэмерон охотно помог мне найти подходящие места для них всех, почти так же стремясь снова увидеть свою мать, как и я.

Конечно же, она пришла ночью. Как всегда элемент неожиданности с моей Ирис.

Кэмерон спал несколькими дверями дальше по коридору. Я взял перерыв, чтобы поиграть с ним в догонялки, и мы работали над преображением этой комнаты для него. На данный момент я заполнил ее детской мебелью, покрасил в зеленый цвет и обклеил стены набором наклеек с изображением всех его любимых персонажей, от Томаса до Печеньки-монстра.

Я прочитал ему восемь рассказов, прежде чем он окончательно отключился. У меня были большие надежды, на моих руках был будущий автор. Все всегда начиналось с книг.

Я уже достаточно хорошо знал о его режиме сна, чтобы знать, что он будет спать до утра, и поэтому, когда дверь моей спальни медленно открылась посреди ночи, я ни на секунду не заподозрил, что это Кэмерон.

Звук закрывающейся и запирающейся двери, а затем тихое шуршание сбрасываемой одежды были еще одним доказательством.

Мое сердце начало биться сильнее. Я не знал наверняка, но всем сердцем надеялся, что это она.

За время, проведенное в разлуке, мне удалось смириться со многими вещами. То, что вы отчаянно скучаете по человеку, приводит к этому.

Я тяжело сглотнул и спросил:

— Ирис?

Я услышал, как она вздохнула, и по этому вздоху я понял, что был прав.

В ответ она забралась ко мне в постель.

Я обнял ее и просто держал очень долго, не нужно было слов.

Конечно, это не длилось вечно. Я проснулся, и ко мне прижалось обнаженное тело, которого я жаждал годами.

Я стал благоговейно прикасаться к ней, вспоминая каждый пышный изгиб своими руками.

Она дрожала под моим нежным прикосновением, которое быстро превращалось из благоговейного в плотское, голодное.

Я пытался продвигаться медленно, но она сорвалась первой, передвинувшись, чтобы оседлать меня. Она приняла меня внутрь себя, и это был тот самый рай, который я так хорошо помнил.

Мы брали друг друга в темноте, заново исследуя, словно впервые.

Я проснулся утром и потянулся к ней.

Теплый солнечный свет просочился сквозь частично опущенные шторы, и мои пальцы наткнулись на теплую обнаженную плоть.

Я был в секунде от того, чтобы взобраться на нее, когда услышал лязг ручки в моей запертой двери, которую крутили взад-вперед, а затем удары маленьких кулачков по двери.

Любимые зеленые глаза встретились с моими, все еще моргая ото сна.

— Черт, — пробормотал я.

Я действительно должен был провести с ней еще хотя бы пять минут наедине, но я быстро с этим справился.

У Ирис немного затуманились глаза, когда она увидела первую вазу с цветами, а к шестой она уже покачнулась на ногах.

К тому времени мы даже не успели спуститься вниз.

Я прижал ее спиной к себе, целуя в висок, в щеку, в ухо, в челюсть.

— Каждый божий день, который я ждал тебя, — тихо сказала я ей, — и скучал по тебе, я сожалел, что мне так и не удалось купить тебе цветы. Я планирую компенсировать это каждый день до конца наших жизней.

Она заплакала, и Кэмерон бросился обнимать ее за ноги, спрашивая, почему она грустит.

— Нет, милый горошек, — сказала она ему, погладив его по голове. — Иногда взрослые плачут, когда они очень счастливы, когда получают что-то действительно приятное, чего они никак не ожидали.

Мы спустились на кухню.

Ирис начала доставать ингредиенты для французских тостов.

— Правда, Ирис, это уместно, перед мальчиком? — дразнил я.

Она хихикнула, и мне это понравилось.

Это было после завтрака, Кэмерон рисовал за столом, а я загнал Ирис в угол в гостиной, а затем посадил ее к себе на колени и взял ее за руки.

Она растаяла рядом со мной, но ее глаза были серьезными.

— По шкале от одного до десяти, насколько ты злишься на меня?

Ничего не изменилось. Я не мог долго сдерживать свой гнев на нее, даже не мог вызвать его, даже если бы попытался, и во мне говорило не только желание. По большей части это было оно, а остальное — чистое, чистейшее облегчение.

Я пытался ей это объяснить, но она мне не поверила, поэтому я сказал ей, что она может загладить свою вину с помощью большого количества непристойного секса.

— Я думаю, нам может понадобиться няня, — прошептала она в ответ. — У меня было два года сексуальной неудовлетворенности, которые я планирую выместить на тебе, гораздо больше, чем я могу отложить на ночь.

Это звучало как лучшее, что я когда-либо слышал в своей жизни.

Мы поженились в придорожной часовне ровно через двадцать минут после того, как получили свидетельство о браке, потому что были в необъяснимой спешке, а Ирис утверждала, что всегда хотела безвкусной, быстрой свадьбы в Вегасе.

Кэмерон, сидевший на заднем сиденье, получил от этого настоящее удовольствие.

Это было идеально. Я бы ничего не изменил.

Ирис и Кэмерон вернулись домой, и они принесли с собой мой дом.

Конец