Подвиньтесь, босс! (СИ) - Золотарева Елена - Страница 6

— Она не такая! — рычу в ответ, выталкивая подругу из злосчастной квартиры.

— Ага…все вы не такие, — ухмыляется он, мазнув взглядом по моим бедрам, обтянутым тонкой джинсовой тканью. Вспоминаю, что и видок у меня потрепанный, после работы-то.

— Уведи меня отсюда! — ревет Катя, до которой, кажется, начинает доходить, чем могло закончиться ее свидание с принцем из Тиндера, — правильно ты говорила, от мужиков одни проблемы.

Она взахлеб причитает, семеня, передвигаясь к двери, а я ловлю на себе полный презрения взгляд моего несостоявшегося начальника.

— Сумку забыла! — вспоминает подруга уже возле лифта.

Выдохнув, возвращаюсь в обитель зла, вижу то, зачем пришла, и по пути решаю, что босса все же стоит поблагодарить. Заглядываю в комнату, где он продолжает приводить в чувства пьяного мудака, и, зацепившись взглядом за стопку евро, не выдерживаю.

— Ну и козел же ты, Давид Александрович!

Понимаю, что произнесла это вслух, и вижу, как звереет и без того злой начальник. Хватаю сумку и пулей выметаюсь вон. Трындец! Теперь меня даже Ильич не спасет.

6

Давид

Укладываю тушу невменяемого братца на кровать и сажусь на пол рядом, чтобы отдышаться. Все же удерживать этого буйного лося было сложновато. Набираю телефон «семейного доктора», и Ниночке даже объяснять ничего не приходится, она и так в курсе выходок старшего наследника семейства. Коротко мычит, сообщая, что будет у нас в течение получаса.

Серж засыпает, а я с отвращением смотрю на слюну, стекающую по его щеке. Как можно довести себя до такого состояния? И на смену отвращению приходит ужас. Мой брат мог убить человека. Не нарочно. Но это ничего не меняет. Кажется, его зависимость достигла критической точки. Но что, черт возьми, можно сделать с человеком, которого не берут ни угрозы отца, ни слезы матери, ни беседы с психологами, ни лечения в рехабе, ни черта его не берет!

Хочется пнуть этого увальня, но вместо этого прикладываю руку к его плечу. Что с тобой стало, брат?

Достаю из кармана его пиджака телефон, прикладываю палец безвольного тела к датчику, чтобы разблокировать гаджет. Пройдусь по вызовам и, если нарою контакты дилера, лично сбагрю его за решетку.

Пока штудирую переписки в соцсетях, мессенджерах, личной почте, слышу как открывается дверь. Ниночка пришла. У нее, как у частой гостьи есть и пропуск, и ключ. Врач заходит в комнату и инстинктивно, как и каждый раз, видя ее, напрягаюсь. Женщина ростом за метр восемьдесят и весом за сотню. Мастер спорта по боксу и кмс по толканию ядра. В общем, с такой лучше не спорить, и только такая угомонит разбушевавшегося обдолбыша, вроде моего братца.

— Шо, опять? — басит она, на ходу раскрывая свой чемоданчик, — бабу может ему нормальную, чтоб под каблуком держала?

— Ага, нашел уже, сегодня чуть не грохнул, — печально ухмыляюсь я, понимая, что эта самая «жертва» как раз и могла накачать Сержа.

Адреналин бьет в голову, и мозг тут же выдает новые варианты: эти девки обе посланы к нам, чтобы окончательно уничтожить. Сержа довести до тюрьмы, а то и в могилу свести, а меня, как выразилась Ниночка, заткнуть под каблук. Точно!

Пока доктор проводит отрезвляющие мероприятия, выхожу из спальни и набираю своего безопасника.

— Тут еще одна мадам нарисовалась, — сообщаю ему и скидываю фото и номер «Катюши». Так новая подружка из Тиндера была записана у Сержа, — и ту, что утром пробивал, посмотри еще разок.

— А конкретнее? Вроде чистая, в какую сторону рыть, хотя б?

— Вообще все. Вплоть до передвижений в такси.

— Понял.

Отбрасываю ногами куски разбитого столика, ставлю на ножки перевернутый диван и падаю, чтобы, наконец, выдохнуть. Взгляд цепляет нетронутые деньги, и тут же вспоминаю, как искренне возмущалась обиженная девица.

А может, это не девки подставные, а я превращаюсь в маразматика? В отличие от брата не употребляю, но ушлые продажные бабы мерещатся на каждом шагу.

Вот и эта Лена. Просто не бывает таких совпадений, не верю! Еще Ильич так яростно ее защищал. Может сам виды на нее имеет при живой-то жене? Но девка что надо, конечно. Грех на такую виды не иметь.

Изучение ее дела утром не дало ничего кроме повода сомневаться в адекватности моего восприятия мира. Завариваю себе кофе в чудом уцелевшей кофе-машине и, делая глоток обжигающей горькой жидкости, пытаюсь унять эмоции и начать мыслить здраво.

О том, что я назначен замом узнали буквально на днях и отец вряд ли делился с Марком, а предугадать тот не смог бы. К тому же, подобные подставы требуют длительной подготовки. Ему надо было найти подходящую девушку, похожую на мою Мари, устроить ее в компанию отца, и, если учесть, что она там уже два года, то спланировал он все заранее? Нет…на Марка не похоже. Тот любит действовать быстро. Долгие планы не его конек.

Выходит, что и правда, это я параноик, а не она подставная блядь.

Но подруга, оказавшаяся в квартире брата? Опять великая случайность?

Глотком допиваю кофе, заглядываю в спальню брата и получаю знак от Нины, что все в порядке. Достаю плед из шкафа, устраиваюсь на диване в разгромленной гостиной и закрываю глаза, чтобы забыть этот сложный день.

К утру получаю отчет, что девчонки ни в эскорте, ни в опасных связях замечены не были. Работают, ходят по кафе, даже оплаты билетов на джазовый фестиваль Славик прислал. Мимоходом отмечаю, что тоже люблю джаз, и даже собирался быть на одном из дней фестиваля, но пришлось уехать в Лондон.

Просматриваю информацию еще раз и понимаю, что вообще никакого криминала за девчонками не обнаружено. Начинаю чувствовать себя мудаком. Ведь реально за языком не следил. И последние слова Лены…В общем, как бы ни было противно признаться в этом, но девчонка оказалась права. Козел.

Решаю до понедельника остыть, а потом уж решить, что делать с ней дальше. Все-таки с увольнением я погорячился. Хотя…за два дня Славик может нарыть еще кучу интересной инфы, которая покажет истинное лицо этого непорочного создания.

7

Давид

Утро новой недели встречаю снова в квартире брата. С пятницы торчу у него, выполняя роль мамки и няньки одновременно. Понимаю, что взрослый мужик сам вправе решать выплывать со дна или продолжать губить свою жизнь, но совесть бросить брата в такой отвратительный момент жизни не позволяет. Клянусь себе, что дам ему последний шанс, и, если тот опять сорвется, пошлю к чертям и его, и отца. У меня есть своя жизнь, свои интересы, которые я вынужден задвинуть на третий план после империи отца и зависимостей брата.

Выхожу из гостевой спальни и застаю Сержа за чашкой чая, сияющим, как начищенный самовар. В душе зарождаются подозрения, с чего бы это он такой счастливый. Сразу же думаю о плохом, но тут же осекаю себя. Кто-то из современных гуру счастливой жизни говорил, что дурные мысли притягивают дурные события.

— Доброе утро! Что хмурый такой? — братец сверкает новыми зубами, сделанными как раз во время его пребывания в Штатах. Полечился от зависимости и зубы заодно подрихтовал. Голливудский красавчик.

— Доброе, — ворчу, игнорируя вопрос. Ему вряд ли понравится мой ответ.

— Я заказал круассаны с ветчиной и пашот. Как ты любишь, — подмазывается он, снова утыкаясь в телефон.

Молча киваю, наливаю стакан воды и залпом выпиваю, обращая внимание на коробочку мятного цвета с названием французской кофейни. В мыслях мельком проскальзывает образ сотрудницы, что притащила такие же на работу в пятницу.

Отворачиваюсь к окну с выражением лица, будто увидел мерзость, и ловлю себя на мысли, что впервые это место вызвало ассоциацию не с моей Мари, а с неизвестной мне девчонкой. Хотя, почему же неизвестной…кажется, за эти выходные я узнал о ней больше, чем следовало. И что самое интересное, ничего, что могло бы скомпрометировать ее.

Сгребаю пакеты с завтраком и перебираюсь на диван, поближе к братцу. Отправляю в рот кусочек французской булки, киваю в сторону телефона. Задавать вопрос не нужно. Серж и так понимает, что я имею в виду.