В плену Хранителя (СИ) - Золотарева Елена - Страница 45

По сути, в тот момент он не совершил никакого преступления. Я сама сдалась ему на милость, хоть и не знала, на что иду. Поначалу Шед действовал в рамках межгалактического закона о доброй воле, но все же не смог удержаться и стал принуждать меня к сексу. На этом и сыграли мои защитники.

Чудом Хранитель не убил его там, на месте. Только благодаря хладнокровию своего элементаля Денри, он не взял на душу еще одно убийство, которое могло бы повлечь кару на всех нас.

Шеда судили, предоставив выбор наказания Рэю, и он был беспощаден. Энергия Луны, скопившаяся за время ее пребывания в энергетической ловушке, была одномоментно послана старшему брату. Он умирал в страданиях, испытывая разом все те эмоции, что пил из людей. По сути, получая именно то, чего так страстно добивался. И когда его мозг уже отказывался воспринимать энергию боли, его тело было умерщвлено и закупорено в сосуд, для того, чтобы стать напоминанием о жадности и низости, которые не должны быть присущи людям высшей расы.

Но я не радовалась подобному исходу, считая себя виноватой в произошедшем, не меньше, чем Шед.

И хоть близкие люди убеждали меня в том, что человек не может предусмотреть все, я искренне корила слепую уверенность в собственной правоте. И это чувство мешало дышать. Лишало нормальной жизни меня. И ЕГО.

Но сегодня с самого утра со мной происходило нечто необъяснимое. Я будто ждала сама, не понимая, чего. Уверенность в том, что что-то скоро обязательно случится, никак не покидало.

«Я закончила. Заберешь меня?» — мысленно послала сообщение и тут же услышала ответ.

«Уже жду»

Набросив на плечи пальто, я быстрым шагом пошла по пустым коридорам старинного университетского здания. Тусклый свет и стук каблуков, эхом отражающийся от стен, вовсе не пугал. Наоборот, волшебное чувство предвкушения чего-то особенного нахлынуло с такой силой, что ноги сами понесли меня быстрее. Вприпрыжку и кружась, я напевала под нос незнакомую мелодию, похожую на колыбельную, и улыбалась чему-то прекрасному, новому, а может, давно забытому старому, но, наконец, проснувшемуся.

Стоило толкнуть тяжелую дверь, как меня окатило теплым вечерним воздухом. По спине побежали мурашки, и сердце быстро забилось. У самых ступеней стоял он. Мой Хранитель.

Бегом, я спускалась по каменным плитам, придерживая пальцами пальто, а он, не отрываясь, смотрел на мою улыбку, пряча свою за бутоном роскошной бордовой розы.

Будто впервые я смотрела на этого мужчину, чувствуя, как боль отпускает, остается позади, отрезанная от меня нашей любовью.

Болезни тела исцелить легко. Душевные лечатся временем и любовью. И Рэй терпеливо ждал, окутывая меня заботой и нежностью.

— Устала? — шепнул, сводя с ума поцелуем, который неожиданно открывал во мне какие-то новые, неисследованные грани. Я готовил тебе сюрприз, но если хочешь, можем отложить…

— Нет! — замотала головой, нехотя отрываясь от своего мужчины, — мы и так слишком долго откладывали.

Его глаза заблестели, и Рэй сосредоточился, чтобы пройтись своим сознанием хотя бы по краешку моих мыслей, но вовремя остановился, выполняя договоренность.

Надо сказать, что выдержка его, как обычно, была на высоте. И дело не только в считывании. После моего спасения мы не занимались любовью ни разу. Любое прикосновение к интимным местам отзывалось болью и судорогой, настолько сильно события той ночи отпечатались в моем сознании. Но, кажется, сегодня мне начало становиться легче.

— Объясни… — улыбнулся он, а в глазах читалась явная надежда.

— Хочу сюрприз! — подмигнула я, поторапливая застывшего на месте мужчину.

Открыв передо мной дверь зеленого спорткара, он усадил меня в низкое кресло, поглядывая на меня через лобовое, обошел автомобиль и сел за руль, даже не пытаясь сдержать улыбки.

— Что? — рассмеялась я, и тут же мой рот закрыли поцелуем.

— Пристегнись! — и сам защелкнул ремень безопасности.

Несколько минут мы ехали молча, наслаждаясь звенящей, искрящейся тишиной между нами. И можно было не говорить. Впервые за эти месяцы мы оба были счастливы, но, наверное, все еще боялись, что прошлая тяжесть может вернуться.

— Куда мы едем?

— Летим, — поправил Хранитель, въезжая в марево, взявшееся из ниоткуда.

Теперь-то я уже знала, что именно так выглядит его замаскированный шаттл.

После признания его власти на Земле, Хранитель спокойно передвигался по планете, открыто посещал правительственные собрания и несколько раз выступал перед народом. А еще настаивал на том, чтобы представить свою первую леди миру, но я, чувствуя себя виноватой перед людьми, отказывалась, умоляя перенести эти смотрины на «когда-нибудь потом». Конечно, всем было интересно узнать, какая женщина стала избранницей самого Хранителя, но, как ни странно, жители планеты проявляли тактичность и не устраивали слежки за ним. Поэтому, мое имя оставалось в тайне.

— Вчера ночью на юге Австралии произошел разлом, — он нарушил тишину, взяв меня за руку.

— Погибли люди?

— Нет. В том месте никто не живет. Сейчас не живет.

Он погладил пальцы, обводя обручальное кольцо, а я не понимала, к чему он клонит.

— Но жили пару тысяч лет назад.

Я моргнула, так и не догадываясь о смысле сказанного.

— Ты же у меня странная девушка… — усмехнулся он, а по моим плечам побежало тепло от произнесенного вслух «у меня», — статус, драгоценности, самолеты и деньги для тебя ничего не значат…

— Господи! Да говори уже! — взорвалась от нетерпения, что даже взмахнула руками.

— В разломе видны останки древнейшего города…

— А… — из меня вырвался невнятный звук, потому что не было слов, описать мое воодушевление.

— Ты назначена главой археологической группы.

— А-А-А!!! — и теперь уже мой счастливый вопль оглушил нас обоих.

Я ерзала в кресле, не в силах дождаться момента, когда я смогу увидеть тот город, о котором слагали легенды. И только наш шаттл завис над темной пропастью, я припала к стеклу авто, рассматривая дикую природу, окрашенную восходящими лучами солнца.

Рыча и оставляя за собой клубы красной пыли, мы подъехали к краю разлома. Только вот вместо бодрости я почувствовала тоску. Не мою. Выйдя из машины, я молча обняла мужа, не зная, какие слова подобрать, чтобы объясниться.

— Рэй… — подняла глаза на мужчину, который делал все, чтобы я стала счастливой.

— Мне нравится, когда твои глаза горят, — будто оправдался он, но грусть в его взгляде стала гуще, — но мне тебя не хватает, малыш.

Пальцы прошлись по волосам, убирая их с лица, и замерли на затылке. Мы смотрели друг на друга, а ко мне приходило осознание того, что я, убегая от своих прежних ошибок, стараясь спрятать чувства поглубже, уничтожала нашу жизнь в моменте здесь и сейчас, делала больно себе и тому, кто любил меня больше жизни, лишала нас драгоценного времени, которое мы могли проводить наедине, сливаясь в единое целое.

— Рэй! — я положила ладони на его лицо, и он прикрыл глаза. Сердце сжалось, и по груди растекся огонь, не дающий ни думать, ни говорить.

Пальто слетело с моих плеч, пуговицы с треском оторвались от строгой блузки. Его рубашку постигла та же участь, и как только наши обнаженные тела соприкоснулись, весь мир перестал существовать.

Горячие метки обжигали шею, заставляя тело льнуть к мужчине, что страстно целовал. Грудь, так долго не знавшая ласки, томительно изнывала от нежных прикосновений, требуя не останавливаться. Я не могла насытиться ароматом его кожи, вдыхала его, чувствуя, как пьянею, слабею.

Запутавшись в пуговицах его штанов, я недовольно рычала, а Рэй сдавлено хрипел, помогая мне. И оба были на грани.

Стоило пальцам почувствовать гладкий шелк освобожденного члена, как я, не раздумывая, опустилась на колени. Я хотела сделать своему мужчине приятно, надеясь, что не растеряла навыка за долгое время воздержания.

Проведя кончиком носа по длинному стволу, я вдыхала нежный терпкий запах, и урчала, прикрыв глаза от удовольствия. А Рэй смотрел, не сводя глаз, и нежно массировал мою голову.