Невеста ледяного дракона в академии (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 22

— Как это?

— Великий Кристалл Тьмы лишил меня памяти, вычеркнул примерно год из жизни.

— Расскажешь?[2] — с надеждой спросила я; забытые ягоды истекали соком в стакане. — Ну, что помнишь, хотя бы.

— Да рассказывать-то нечего. Меня похитил орден фанатиков, пытали, — Оборотень отогнул ворот рубашки, обнажая сильную шею. Я привстала на цыпочки, рассматривая тонкую паутинку шрамов на смуглой коже. Раны были страшными, если остался след — у оборотней ведь великолепная регенерация. — Очнулся уже в безопасности. И ничего не помню…

Яр заметно помрачнел, засунул руки в карманы и понурил голову, о чем-то размышляя. Я не стала расспрашивать, чтобы не бередить раны. Может быть, то, что забыл его разум, до сих пор помнит душа? Нет сомнений, что происшествие оставило глубокий рубец в сознании. Хотела бы я помочь.

Резкие трели звонка проникли и под кроны деревьев в парк.

— Пора на занятие. Спасибо за угощение, Яр, ягоды вкусные.

Пустой стаканчик отправился в мусорное измерение — вот Тхар, думать теперь, сколько силы я приложила, чтобы переслать предмет по назначению с помощью бытового заклинания.

Оборотень словно очнулся.

— Я провожу тебя, Дана.

— Не стоит, не заблужусь!

Я быстро обошла плотные заросли цветущего кустарника и вышла на аллею. Здесь меня встретил Ги.

— Дана, я тебя искал…

Тут он увидел выходящего за мной Яра и побледнел. Кулаки сжались. Порыв неожиданно холодного и резкого ветра ударил в лицо.

— Эй, Ги, ты чего? Остынь!

Марвейн не ответил, отодвигая меня себе за спину.

— Что, решил подраться за красотку, желторотик? — Яр откровенно ржал над попытками воздушника-первокурсника.

Я не собираюсь терпеть подобное! Схватила Ги за руку и с силой потянула прочь.

— Извини, Яр. Не знаю, что на него нашло! Бежим, Ги, мы опаздываем на историю!

Белокурый оборотень рассмеялся и, махнув на прощание, умчался в сторону полигонов.

Не могу сказать, что без труда уговорила Марвейна успокоиться. Еще трудней было объяснить, что он не вправе ревновать. Все, что обещали друг другу в Надании, осталось в прошлом. Мир вокруг нас изменился. Мы сами стали другими, потому наша первая любовь останется лишь прекрасным воспоминанием. Боюсь, Ги так и не уяснил это до конца. Мужчины порой так тупы! В результате хоть занятия начитаются здесь не сразу после звонка, а лишь с приходом преподавателя, на лекцию по истории магии и мира мы бежали, словно спасаясь от стаи диких зар.

Тишина и безлюдье в светлых широких коридорах, а также закрытые двери в аудиторию подсказали, что мы все-таки безнадежно опоздали. Ги аккуратно постучал, и мы тихонько скользнули в дверь. Со всех рядов на нас устремились взгляды — студенты только рады любому, даже крошечному происшествию, чтобы развлечься.

— Воды Великого океана служат домом множеству существ и…

Молодая преподавательница с простоватым лицом оборвала фразу и смерила нас недовольным взглядом с высоты кафедры. В строгом сером платье, с туго стянутыми на макушке светлыми волосами, наставница Эрмина Солей все равно казалась слишком молодой для преподавателя академии, потому держалась со студентами неестественно строго. Вот и сейчас она резко выпрямилась, словно проглотила палку, и насупила тонкие брови.

— Садитесь, Марвейн, стыдно опаздывать!

Я хотела пройти на место вслед за приятелем, но меня пригвоздили к месту громким:

— А вы стойте, студентка. Насколько я поняла, вы только что приняты на курс, но, видимо, плохо читали устав. На занятия запрещено опаздывать. Я отстраняю вас от моих лекций. Отправляйтесь к ректору и пишите объяснительную, пусть он дает вам допуск. Вон отсюда!

В огромной аудитории повисла тишина, — кажется, слышно, как об оконное стекло бьется муха. Все ожидали моей реакции.

Чего они ждут? Что я заплачу или буду просить эту надменную мымру?

К чести ребят, многие удивились или даже возмутились наказанию, несоразмерному проступку. Все ругают опоздавших, но отсылать к ректору? Тогда почему Ги прощён? Каждый мог представить себя на моем месте. Хотя, разумеется, нашлись и те, кто улыбался и потирал руки. Мелена, подружка Марвейна, кажется, и вовсе готова аплодировать.

Окунувшись в огорченный взгляд Ги, словно в теплое голубое озеро, я спокойно вышла из аудитории и тихонько притворила дверь.

Что ж, к ректору — так к ректору! Давненько на меня разъяренный дракон не орал.

_________________________

[1] Иллирийские драконы — ледяные драконы из государства Иллирия, которое граничит с Зангрией.

[2] Яр вспоминает события, рассказанные во второй части книги «Миа: Тьма над Горным краем».

9.1

Ректорат помещался в здании по соседству, так что идти было недолго. Вот только я не торопилась: бежать за наказанием глупо. В пансионе такие визиты к директрисе обычно заканчивались дежурством по кухне. А здесь? Отрядят в столовую? Там недруги-некроманты скрасят мне досуг! Надеюсь, у ректора в запасе есть варианты, иначе мне придется туго, да и столовую спалить не хотелось бы.

Рассмотрев в деталях пустующий во время занятий кафетерий, я взбежала по крыльцу к зеркальным дверям Администрации. Вошла, приложив звездочку. Только сейчас догадалась, почему здесь так пусто, нет канцелярии или клерков: вместо них у арк’Брокка работает «система».

Я вошла в пустую приемную на втором этаже. Дверь в кабинет ректора была открыта, оттуда доносились мужские голоса.

О, как здорово! Казнь откладывается. Замерла на пороге и подпрыгнула от неожиданности, когда прозвучал спокойный голос:

— Входи, сьерра Дана, чего остановилась?

У порога ректорского кабинета я окончательно растеряла смелость и робко заглянула внутрь. Однако, осмотревшись, чуть не захихикала: мне открылась картина «Драконы на отдыхе». Арк’Брокк вольготно устроился в кресле, закинув на стол ноги в щегольских сапогах. А на месте для посетителей, боком к столу, развалился декан некромантов Грейр арк’Асгейрр. В руке этот мощный брюнет держал полупустой стакан с жидкостью подозрительно-рубинового цвета. Когда я вошла, мужчина пригубил напиток и задумчиво уставился на меня.

— Почему не на занятии? — хозяин кабинета недовольно взглянул в сторону настольного инфо-экрана. — Пропускаешь историю. Неужели потерялась, Дана?

— С-светлого дня, лорд ректор. Наставница Солей отстранила меня из-за опоздания на ее урок.

— Хм… Наставница Солей… — повторил декан некромантов с непередаваемой интонацией, в которой слились скука и отвращение.

— По какой же причине вы опоздали, студентка? — лениво поинтересовался ректор.

— Э, у меня разболелась голова, потому я пошла в парк. Случайно отошла слишком далеко… вот и опоздала.

— А еще нашла там ягоды, вон даже губы испачкала! — рассмеялся арк’Асгейрр. — Признавайся, с кем ты их ела?

Я опустила голову и уставилась на узорчатый ковер, тайком пытаясь облизать губы.

— Простите, этого больше не повторится.

— Дана, Дана, помни, что ты невеста моего бывшего ученика. Надеюсь, мне не придется краснеть, когда он предъявит претензии, что здесь совратили его невесту?

Декан некромантов аж зажмурился от удовольствия:

— Хочу посмотреть на эту сцену… Кстати, кто жених? Я его знаю?

Ректор несколько оживился:

— Конечно, знаешь! Это бастард дома Высокого клена — Эйнар энн’Галлдиор.

Арк’Асгейрр уважительно присвистнул и подмигнул мне:

— Высокий клен — славная партия, куколка! Я вспоминаю Эйнара — сильный менталист и вдобавок магия природы, почти как у чистокровного эльфа. Давно о нем не слышал.

— Он в Табхайре обосновался, в племени отца. Какие-то мутные дела на южном континенте.

— И что же, Эйнар оставил очаровательную невесту на твое попечение, Джерт? Опрометчивое решение.

Я хлопала глазами, переводя взгляд с одного собеседника на другого. Разговор далеко ушел от моего опоздания, но это к лучшему.

А взгляд черных как тьма глаз декана некромантов вновь прошелся по мне.