Бруно + Глория и пять золотых колец (ЛП) - Холл Элли - Страница 22

Тсс. Она в моей сумочке, и я жду подходящего времени и места, чтобы спрятать ее снова. Наши обмены происходят примерно так:

Брайан: Внизу чем-то вкусно пахнет.

Я: Если отвлечешь их, я заберу все, что они готовят.

Брайан: Мы будем пироговыми разбойниками!

Я: Вообще-то, Мерили упоминала, что кто-то утащил несколько пирогов с рождественского базара.

Брайан: Думаешь, это был Крампус?

Я: Нет, он живет за счет угля.

Брайан: Лол.

Это весело, кокетливо и определенно нарушает все строгие кадровые правила, которые Бруно хотел, чтобы мы соблюдали. Я начинаю задумываться, что это может сработать. Что бы это ни было.

Друзья?

Коллеги?

Встречающиеся взрослые люди?

Не только это, но за неделю мы лучше узнали друг друга. Протяжное прикосновение при передаче степлера, которое согревает мои руки от холода. Лодыжка Бруно упирается в мою под столом. Его рука наполовину обхватывает меня, когда мы идем к нашим машинам.

А еще то, как мы уютно устраиваемся рядом друг с другом на диване по вечерам и смотрим повторы «Офиса». Я временно остановилась у него, пока мистер Крампус не починит мой потолок. Когда проверяла квартиру, увидела много стройматериалов вокруг, но никакого прогресса.

Мы с Бруно затрагиваем тему наших прошлых отношений, но избегаем подробностей. Конечно, меня больше интересует будущее, но мы были заняты подготовкой к открытию магазина «Пицца и пироги Хоук-Ридж-Холлоу».

Он резко поднимает глаза от своего компьютера и спрашивает меня:

— План будущего?

Я вздрагиваю, потому что Бруно как будто прочитал мои мысли.

— Типа хочу ли я выйти замуж и завести семью? — Я качаю головой, потому что моя кузина прислала электронное поздравление с фотографией своих детей в одинаковых пижамах. Даже костюм собаки сочетался с красно-зеленым клетчатым узором. Это было восхитительно, и я задумалась, что бы я могла сделать с пряжей, если бы мне представилась такая возможность.

— Я имею в виду прогнозы прибыли и убытков, если мы будем следовать траектории, которую ты указала в электронной таблице. Я не видел копии в нашем общем файле.

— О, точно. Конечно. — В его защиту скажу, что это было то, над чем я работала сегодня утром, наряду с просмотром схем вязания. Я щелкаю по папке и отправляю ее в файл.

Бруно встает и подходит к моей стороне стола.

— Кстати, о семье, я ценю, что ты помогаешь моей. Я не рассказал тебе всю историю, но, полагаю, ты должна знать. — Он делает глубокий вдох. — Причина, по которой мы основали это предприятие, в том, что мои родители связались с лигерийским принцем.

— Лигерия — это реальная страна?

— К сожалению, нет. — Он продолжает рассказывать мне об афере и о том, что у мистера и миссис Коста финансовые проблемы.

— Это так благородно с твоей стороны — бросить все, уехать из Нью-Йорка и помочь.

— Так поступают семьи, верно? Я бы хотел, чтобы мои дети сделали то же самое, если потребуется. Хотя я не собираюсь переводить наличные лигерийскому принцу.

— Значит ли это, что ты хочешь когда-нибудь жениться и завести семью? — Я почти сразу же жалею об этом вопросе, потому что выражение лица Бруно меняется.

Он постукивает пальцем по моему столу и отходит.

— Да, когда-нибудь.

Я стараюсь не думать о том, что это звучит так, будто это будет через много лет. Мы молчим некоторое время, пока готовимся к сегодняшнему тестовому открытию. На данный момент они до сих пор не определились с названием для бизнеса, есть только вариант «Пицца и пироги Хоук-Ридж-Холлоу», но они пока точно не определились. В свободное время я проводила A/B-тестирование вариантов, и пока что победителем является «Пицца-пирог!». Да, с восклицательным знаком.

Томми и Мерили, которые официально являются главными, похоже, оно не понравилось из-за знака препинания. Остальным не нравится, что у ресторана-пекарни нет официального названия. Хотя мы все прибегаем к тому, чтобы называть его «Пицца и пироги Хоук-Ридж-Холлоу», что довольно длинно, чаще всего мы называем его просто магазином, заведением или местом.

Пока мы заканчиваем все приготовления перед тем, как открыть двери для друзей и семьи сегодня вечером, я говорю Бруно:

— Что, если мы сделаем графический дизайн, где верхняя часть восклицательного знака будет кусочком пиццы, а точка — пирогом.

— Или наоборот, — предлагает Бруно.

Странно, но Мерили и Томми не обсуждают эту тему, как они обычно делают — хотя они обычно говорят обо всем. Это похоже на то, как мы с Бруно общаемся в приложении. Мы даже сидим бок о бок на диване в его квартире или напротив друг друга за столом и переписываемся.

Словно мы можем встречаться в интернете, но не в реальной жизни. Однако то, как он остается рядом со мной во время празднования и трапезы на открытии, как я вытираю крошки с его губ, а он убирает волосы от моего лица, и как мы смотрим друг другу в глаза достаточно долго, что Нико прочищает горло, говорит о том, что что-то происходит.

Жаль, что я не могу применить свои знания цифр, чтобы оценить результат.

Вечер проходит в кругу семьи Коста, за исключением Пауло, которого я начинаю считать «воображаемым братом», как воображаемый друг, потому что он такой загадочный. Я дарю каждому из них связанный вручную мини-чулок, набитый конфетами. Несколько друзей миссис Крингл, пекаря печенья, и мистер Марли, владелец здания, тоже приходят.

Мы наедаемся пиццей, включая те, которые Томми придумал и назвал в честь каждого из своих братьев и сестры, а также «Мерри», на которой есть яблоки и бекон.

— Иди к мамочке, — говорю я, когда Бруно передает мне кусочек.

— Не дай моей маме услышать, как ты это говоришь, — бормочет он.

— Она обидится? — спрашиваю я.

— Нет, она просто начнет давить, призывая нас остепениться и требуя, чтобы ты стала мамой.

— Я? Мы с ней встречались всего несколько раз. Конечно же, она не думает, что я гожусь тебе в жены.

Бруно смотрит на меня, склонив голову и приподняв брови. Затем, загибая пальцы, перечисляет:

— Давай посмотрим. Ты близка к моему возрасту, имеешь хорошую работу, умеешь вязать, говоришь по-итальянски и умеешь постоять за себя с членами семейства Коста. Если бы она была алгоритмом «Ока Свиданий», то выдала бы стопроцентную уверенность, что мы идеально подходим друг другу.

С каждым произнесенным словом я жую, жую и жую пиццу с беконом, с трудом веря своим ушам. Наконец, открываю рот, чтобы ответить, но Джио перехватывает Бруно с вопросом о маркетинговой кампании.

Когда все заканчивается, я все еще зациклена на комментарии Бруно. Вопрос в том, думает ли он, что мы подходим друг другу? После уборки наступает время пирога. У Мерили есть ассортимент вкусов, которые она преподносит с меньшим рвением, чем обычно.

— Я почти объелась, но съем еще кусочек ради блага нашего предприятия, — говорю, хватаясь за живот.

— И семьи, — добавляет Бруно.

— Кстати говоря, когда будет семейная рождественская вечеринка? — спрашивает Томми своего брата.

Бруно открывает и закрывает рот, а затем долго жует. Похоже, он избегает обсуждать это. Типа как я, о том, что мы идеальная пара. Мерили бросает на Бруно взгляд, спрашивающий, действительно ли он организовал семейный ужин.

Я чувствую, что нет.

Вмешиваясь, я машу рукой.

— О, не беспокойтесь об этом. Мы, эльфы, усердно работали наверху, планируя все.

— Мы? — шепчет Бруно.

— Да. Помнишь, мы обсуждали поднятие боевого духа? — Я незаметно подталкиваю его локтем.

— Не знал, что он низкий.

— Брайан, я пытаюсь помочь. Просто доверься мне, — шиплю я, чтобы вывести его из транса отрицания, в котором он находится. Именно в этот момент ему нужно согласиться со всем, что я скажу. Что случилось с игрой в повторение?

Его брови взлетают, и, возможно, впервые, Бруно уступает контроль и передает вожжи.