Доспех духа. Ноналогия (СИ) - "Фалько" - Страница 386

— В прошлый раз также было? — спросила Тася в наступившей тишине. Вокруг больше ничего не взрывалось, прекратилась стрельба. Был слышен только треск от горящих вагонов и какое-то непонятное гудение.

— Может остаться и убить его?.. — процедил я, затем перевел взгляд на руку Таси, сжимающую мое предплечье. Княжна Елизавета, державшая меня за вторую руку, выглядела напуганной, хотя и не понимала в полной мере, что происходит. — Рано или поздно, наши пути пересекутся. Уходим!

Глава 4

— Уходим!

Я подтолкнул княжну Елизавету в сторону леса, а Алена уже посадила на закорки Марию, спеша за Алексеем Павловичем. Холодный весенний лес встретил нас глубокой грязью, ледяными лужами и сыростью. Рядом с железной дорогой снег растаял, но стоило углубиться шагов на пятьдесят, как можно было увидеть серые полоски, покрытые ледяной коркой и не спешащие таять. Когда уходишь с теплого солнца под тень деревьев, чувство такое, словно попал в большой холодильник. Пока в крови избыток адреналина, этого почти не замечаешь, но надолго задерживаться здесь явно не стоило.

Едва мы отошли на сотню шагов, сзади прогремел очередной оглушительный взрыв, а в небо поднялся плотный столб дыма. Это заставило всех перейти на быстрый шаг, так как бежать в этой мешанине деревьев и кустов было просто невозможно. Чуть дальше нас догнал Сергей, вывалившись из высоких зарослей. Испачканный подсохшей грязью по самую макушку, выглядел он плачевно. Мастера, бросившего в нас бревнышком, он так и не смог догнать. Зато от него заметно тянуло теплом, как от очень большого обогревателя. Я погони не чувствовал и это хорошо, так как в лесу защитная техника Лу Ханя знатно теряла в эффективности. Не думал, что деревья будут так сильно мешать. Практически я мог защитить только тех, кто находился в поле зрения и это нервировало.

Быстрым шагом, иногда срываясь на бег, мы шли минут десять, удаляясь все дальше от места крушения поезда. В какой-то момент мы оказались на опушке лесополосы, а перед нами расстилалось огромное поле, покрытое редкой зеленой травой.

— Подкрепление? — спросил я у Алексея Павловича, когда мы остановились, чтобы перевести дух.

— Будет через двадцать семь минут, — он посмотрел на часы.

— Надо бы уйти еще дальше, — сказал я. — Не думаю, что погоня будет, но что-то мне неуютно. Как сказала Тася, там было слишком много мастеров для анархистов. Таким количеством они бы штурмом любой дворец взяли.

— Наемники, — сказал он, на что я поморщился, так как думал немного иначе.

— В любом случае, если они втянутся в затяжное противостояние с нами, то просто раскроют себя и тех, на кого работают. Сергей, ты не узнал мастера, за которым погнался?

— Нет, — он вглядывался в лес, откуда мы пришли. Пользуясь небольшой передышкой, Тася заматывала ему рану на предплечье, оторвав рукав от его же рубашки. — Защитный костюм военного образца и маска.

Помимо десятка небольших порезов по всему телу, у Сергея была серьезная рана плеча, куда попал стальной дротик или что-то очень похожее. Противник успел вырвать оружие, поэтому рана должна была сильно кровоточить, но Сергей зажал ее доспехом духа. Мастер его уровня мог поддерживать доспех пару часов без особых проблем, не боясь кровотечения, но вот обезболить не мог. Поэтому Сергей стоически терпел, не показывая слабости. У него лишь глаз иногда дергался, после резкого движения. Алексей Павлович тоже отделался парой неприятных ожогов на предплечьях и шее, но вид делал такой, словно просто испачкался в саже.

— Рассуждаешь логично, — согласился Алексей Павлович. — Но надо пройти еще километр. Не выходя на дорогу, вдоль опушки, до того холма…

Мы дружно прислушались к тому, как позади появилась знакомая давящая и смертоносная сила анархиста. Он был далеко и двигался медленно, словно прочесывая лес свой силой.

— Оставаться смысла нет, — сказал я, поймав взгляд Сергея в ту сторону. — Просто пугает и как волк ждет отбившуюся от стада овцу. Еще минут десять, и он сбежит. Поэтому нужно еще немного пройти, никто не устал, ногу не подвернул?

Уставших не было, поэтому мы снова двинулись на северо-запад, двигаясь по лесу, вдоль опушки, там, где это было можно. В некоторых местах поваленные деревья просто перекрывали дорогу и приходилось их обходить. Губительная сила преследовала нас ровно десять минут, оставаясь все так же далеко. Мне же полчаса, что мы шли через лес, показались очень долгими. Алексей Павлович несколько раз связывался по рации с подкреплением и в итоге мы вздохнули с облегчением, когда над лесом послышался звук вертолетов. Мы вышли на поле, найдя относительно сухой участок земли, куда они могли приземлиться. Пара военно-транспортных вертолетов, летящих над лесом, разделилась. Один направился к нам, обдав порывами ветра и легко сел метрах в двадцати правее. Первым из вертолета вышел мастер Разумовских, Трофим Михайлович Давыдов, наставник Таси и просто очень сильный мастер. Увидев его, я вздохнул с облегчением. Будь он в поезде, убегать пришлось бы не нам, а анархистам вместе с наемниками. Следом за Трофимом вышли еще два мастера из числа военных.

— Где они? — спросил Трофим Михайлович, пытаясь перекричать гул вертолета.

— Разбежались, — Алексей Павлович махнул на юго-восток, где над лесом поднимался черный столб дыма.

— Садитесь, заберем всех, мест много, — он понимающе кивнул и поспешил к военным.

Пока мы садились в вертолет, военные забрали комплект раций и умчались к полоске леса, собираясь пройти нашим маршрутом к месту крушения поезда. Тася тем временем нашла большую аптечку и уже обрабатывала раны Сергею, а Елена Алексеевна со старшей дочерью занялись ожогами начальника царской охраны. Надо сказать, императорская семья неплохо разбиралась в том, как правильно оказывать первую помощь. Позже я узнал, что они в обязательном порядке проходили не только курс медсестер, но и базовую подготовку оказания помощи раненым. Это была старая традиция, соблюдавшаяся и по сей день. Что касается княжон, то у Марии на коленке была небольшая ссадина, которую быстро обработали и приклеили пластырь. Елизавета отделалась парой синяков на руке, Николай же совсем не пострадал. Он во время крушения отдыхал на кушетке, вместе с которой и умудрился перевернуться.

На вертолете нас доставили на одну из военных баз, где ждала бригада медиков. И только после тщательной проверки, оставив на базе Колесниченко Сергея, мы вылетели в Москву. Второго телохранителя наследника было решено сразу отправить в госпиталь, а вот Алексей Павлович от врачей отбился, отделавшись только обработкой ожогов. Пообещал, что вечером пройдет полное обследование и, если понадобиться, ляжет в больницу. Все наконец смогли вздохнуть спокойно, понимая, что все закончилось. Вертолет пронес нас над живописным пейзажем, лесами и деревнями, реками и даже небольшим озерцом, затем приземлился на очередном военном аэродроме, где ждал кортеж из десятка машин. О поездке по Москве рассказать особо нечего. Промчались, нарушая скоростной режим до Большого Кремлевского дворца. Император Иван там редко появлялся, спасаясь от придворной суеты в Екатерининском, но его дочери и супруга проводили там много времени. Здесь, на небольшой площадке перед жилой частью дворца, у младшей княжны случилась небольшая истерика, со слезами, криком и скандалом. Просто ей сказали, что я вернусь в МИБИ, а она испугалась, посчитав, что кроме меня ее больше никто не сможет защитить. В этот момент я дал себе слово, что всегда буду давить анархистов, если они попадутся мне под руку. Сделал пометку, позвонить начальнику госбезопасности и попросить его взять меня на операцию по обезвреживанию Старицкого. Пускай хотя бы скажут, где его найти, один поеду и шею ему сверну.

Коротким и единодушным голосованием мы решили поехать на квартиру к Алене. Во-первых, она располагалась ближе всего к центру, во-вторых, домой уже вернулась Анна Юрьевна и Таша. Я подумал, что в их компании Алене и Тасе будет лучше. Они соберутся за столом после ужина, выпьют чаю, поделятся переживаниями и все будет хорошо.