Доспех духа. Ноналогия (СИ) - "Фалько" - Страница 567

Император посмотрел на мудреца Ма и на минуту за столом повисла тишина. Я попробовал чай, оказавшийся тем же, что обычно пила Сяочжэй.

— Есть еще одна проблема, — вспомнил я. — За масками, помимо англичанина, могут охотится люди, носящие на пальце перстень с черепом. Я не уверен на все сто процентов, но во время Колизея один из них очень хотел маску заполучить. Мистер Дымов ему голову отпилил.

— Помню, — кивнул правитель. — Возможно, они связаны, но уверенности в этом нет. Ты не планируешь участвовать в турнире мастерства?

— Мне нечего продемонстрировать, чтобы удивить Ваше Величество, — скромно произнес я. — Разве что фокусы.

— Даже ради знаний, подходящих тебе больше, чем кому бы то ни было? — наигранно удивился он. — На протяжении многих лет в Императорское хранилище приходили сильнейшие мастера ближнего боя, но никто так и не смог освоить этот прием. Мудрец Юньвэнь был одним из тех, кто сражался за независимость Китая. Его вклад в победу был неоценим. В учебниках истории сказано, что он в одиночку сдерживал великих мастеров запада до тех пор, пока не подоспела помощь. Но мало кто знает, что много лет спустя Юньвэнь писал в своих воспоминаниях, что если бы не чужеземная и очень странная техника барьеров, что он нашел в старой маске, он не смог бы продержаться так долго. Испугавшись силы, что таилась в маске, именно он разбил ее на части. Но к концу жизни его взгляды немного смягчились, и Юньвэнь решил передать эти знания следующим поколениям.

«И такую прекрасную и сильную технику вы планируете передать на сторону? — подумал я, едва не ляпнув это вслух. — Или иностранные мастера удивить вас не смогут, как бы они не старались?»

— Нет, не интересно, — сказал я. — Может, немного любопытно, но не более. К тому же Вас могут незаслуженно обвинить в предвзятом отношении ко мне. Масштабные техники молний непосвященных могут впечатлить куда сильнее, чем крепкий доспех духа или кинетическое поле Лу Ханя.

— Это аргумент, — задумался Император, бросив взгляд на мудреца Ма. — Но цель турнира не только в том, чтобы показать что-то красочное, но и продемонстрировать полезность умений. Сделаем так, я дам тебе прочесть дневник мудреца Юньвэня, а ты сам решишь, нужна ли тебе эта техника или нет.

Император повернулся, взял с полки для книг тоненькую тетрадь и протянул мне. Отказываться было нельзя, поэтому я горячо поблагодарил его за такую возможность.

— Я подумаю, что можно будет сделать с маской, которую ты привез, — сказал он. — А сейчас ступай и будь осторожен. Если кто-то станет расспрашивать тебя про учителя, дай мне знать.

— Хорошо, — я встал и поклонился. — Спасибо еще раз.

— Постой, — он сделал властный жест, вспомнив что-то важное. — Сегодня состоится аукцион, который проводят англичане. Посети его и привлеки к себе внимание. Мастер Че Ю поможет тебе попасть туда.

— Хорошо, — я кивнул и еще раз поклонился.

Провожавший нас мастер Че был молчалив больше обычного. Он выбрал не центральную лестницу, по которой мы поднимались на верхний ярус, а одну из боковых. Через тот же сад и восточные ворота мы вышли за территорию Запретного города, где он с нами распрощался, сказав, что найдет меня позже.

— Как Вы? — спросил я у Анны Юрьевны.

— Что? — она вынырнула из размышлений, посмотрев на меня. — А, все отлично. Это было великолепно! Надо все записать, пока не забыла. Но страшно. Ты иногда поступаешь безрассудно, тебе об этом говорили?

— На том и стоим, — улыбнулся я. — Мама постоянно твердит, что я вечно нарываюсь на неприятности.

— Но ты молодец, — она тоже улыбнулась. — Не думала, что когда-нибудь попаду в Зал Центральной Гармонии.

— Ничего страшного не случится, если Вы об этом напишете? — уточнил я.

— Это смотря что и как написать.

Мы неспешно пошли по тихой улочке в сторону дворца Ютана. Странно, что вокруг не было людей, несмотря на столпотворение на центральной площади и у южных ворот. Я думал о том, что мир потихоньку сходит с ума, в погоне за знаниями, которые даже понять сложно, не говоря уже о том, чтобы освоить. Допустим, Разумовский получит в свои руки все маски разом, но что дальше? Он думает, что в тот же миг станет сильным и неуязвимым? Или он планирует открыть школу, где будут изучать методику укрепления тела? Нет, для этого знаний в масках существенно не хватает. Разве что для черепов это был бы огромный прорыв в развитии. Они и без этого неимоверно сильны, а с новыми знаниями стали бы еще большей занозой. Если я когда-нибудь встречу кого-то из них, владеющего жестким доспехом духа, значит, надо будет навестить Разумовского и поговорить с ним по душам.

С Анной Юрьевной я расстался у дворца принца Ютана. Подумал, что те самые благородные китайцы, с которыми мы столкнулись на площади, могут зайти в гости к принцу, а общаться с ними не было никакого желания. Вслух же я сказал, что хочу немного прогуляться по парку, поразмышлять о разном и заглянуть в тетрадку, подаренную Императором. Жаль, что рядом не было пруда с лотосами, как во дворце рода Жао, с удовольствием посидел бы в беседке у воды. Но и здесь я довольно быстро нашел тихую лавочку рядом с раскидистыми деревьями. Если прислушаться, где-то на границе слышимости можно было уловить звуки проносящихся по центральной улице машин. А вообще, в парке было необычно пусто, учитывая, что в разгар дня отдыхать здесь от городской суеты очень даже неплохо.

Я еще в Запретном городе краем глаза заглянул в тетрадку, обнаружив там знакомый почерк мастера Че. Если честно, ожидал увидеть примерно такое же пространное описание техники, как в тех брошюрах по парной культивации. Вступление, кстати, было схожее. Мудрец Юньвэнь в знакомой возвышенной манере описывал принцип защитной техники, позволяющей доспеху духа быть не только прочным, но и острым. Понятно, что я не единственный, кто додумался растягивать доспех духа, но мудрец Юньвэнь описывал это очень смешно. Он представлял поле, создаваемое доспехом, в виде ткани, которую растягивает ветер, придавая ей форму пузыря. Говорил, что если сохранить эту форму, но убрать ветер, то края ткани начнут сходиться, образовывая полукруглое лезвие. Важным фактором была скорость, с которой удалялся «ветер». Если все сделать молниеносно, то лезвие приобретало остроту, превосходящую бритвенную. Великий мастер писал, что падающий волос мог быть разрезан вдоль на две части.

Закрыв тетрадку, я улыбнулся. Если не ошибаюсь, то в разбитой мудрецом маске хранились знания, позволяющие делать доспех духа эластичным. Для классических мастеров умение абсолютно бесполезное и настолько же недосягаемое. Их доспехи закостенели и если ты не великий мастер, то можешь забыть растянуть их хотя бы на сантиметр. Не ошибусь, что с того времени, когда Юньвэнь одумался и записал знания на бумагу, в Китае так никто и не смог повторить его достижения. Слишком специфические они. Но вряд ли Император Цао из-за этого так легко расстается с ними. Если они не уедут из страны и достанутся победителю из местного клана, то ничего страшного не случится. Пройдет лет десять или пятнадцать, Император заглянет к ним в гости, спросит, осваивают ли они новые знания и заберет их, видя, что не справляются. Но то, что он недооценивает иностранных мастеров, мне не нравится. Как бы то ни было, приманка хорошая и для черепов, и для того, кто напал на мудреца Ма.

Создав над собой небольшую полусферу из доспеха духа, я ненадолго задумался. Не знаю, что имел в виду мудрец Юньвэнь, когда говорил, что нужно выкачать из нее силу. Как раз силы в ней практически не было, это же не кинетическое поле, а просто пустая оболочка. Сосредоточившись, пытаясь сохранить форму своеобразного купола, я попытался создать под ним вакуум. К моему большому удивлению, барьер резко схлопнулся, как пластиковая бутылка, из которой откачали воздух. При этом удерживать доспех стало во много раз труднее, но зато он начал быстро разглаживаться и распрямляться, становясь плоским и немного растягиваясь в стороны.