Доспех духа. Ноналогия (СИ) - "Фалько" - Страница 627

— Киран, ты баран! — выругался Ивар, которого тоже едва не задело.

Мы одновременно посмотрели в ту сторону, так как Киран решил использовать какую-то очень странную, но невероятно сильную технику. Что-то из ультимативных и тайных способностей, особый козырь в рукаве, который в обычной ситуации никому не показывают.

— Кузьма Федорович, — мне на плечо легла широкая ладонь ректора и вся энергия вокруг испарилась, включая доспех духа Ивара, — чем это вы тут занимаетесь?

— У нас тренировка, — как можно более невинно сказал я.

— Почему мне на тебя жалуются сразу шесть человек, включая твою супругу, Таисию Павловну? — спросил он. — Говорят, что ты пренебрежительно относишься к собственному здоровью.

— Неправда, я свое здоровье очень люблю, — улыбнулся я, глядя на ректора. — Честное слово, мы просто тренируемся, не перенапрягаясь.

— Да? — он показал взглядом на Кирана, виновато идущего в нашу сторону. — Мне так не показалось.

— Я просто освоил прием, когда мгновенно создаешь технику, вот и решил его опробовать.

— Ступай, Кузьма Федорович, в медицинский корпус к доктору Шимову. Если он разрешит, то можешь тренироваться. А если он тебя в палату положит, будешь лежать там до полного выздоровления. И не спорь

Вроде бы ректор говорил спокойным и наставительным тоном, но вид у него был сердитый. Сейчас с ним лучше было не спорить.

— Попрошу Романа Игнатьевича выдать мне справку, что здоров, — вздохнул я.

— Осталось всего два шага, Кузьма, — сказал Геннадий Сергеевич. — Две важные ступени. Ты даже не представляешь, как легко перечеркнуть все, чего достиг, глупым и недальновидным поступком. Восстанови силы, а потом мы с тобой серьезно позанимаемся.

— Хорошо, — сказал я и вспомнил кое-что важное. — Геннадий Сергеевич, мне на днях показалось, что я слышал, как кто-то использовал силу. Не почувствовал, а именно услышал, как сильный гул или шум водопада.

— Это хороший знак, — сказал он немного удивленно. — Мировое «ци» очень тонкое и незаметное, по сравнению с тем, что используют люди. Если настроиться на него, то любая другая сила покажется оглушающе громкой или чрезмерно яркой. Я вижу, что ты тренируешь второй уровень жадной техники. Может, эффект проявился из-за этого. Ты сейчас как огромная воронка, поглощающая мировую «ци», поэтому важно отдохнуть и набраться сил перед следующим этапом. Иди, доктор Шимов ждет.

Я виновато посмотрел на Ивара, развел руками и ушел к группе студентов. Надо было предупредить насчет окончания занятия и дать задание, чтобы не филонили. До обеда еще оставалось минут сорок, поэтому я все же решил сходить в медицинский корпус. Не так уж я себя плохо чувствую, чтобы пропускать тренировки, не говоря уже про отдых на больничной койке. По дороге с полигона меня догнала Сяочжэй, взяла под руку, чтобы пойти рядышком.

— Прости, пожалуйста, — виновато сказала она на русском. — Я должна была предупредить ректора. Ты правда плохо выглядишь. Так нельзя.

Я ничего не сказал, посмотрел на Алену, а та виновато отвела взгляд.

— Вот поэтому вас и не пускают в тайный монастырь, где великие мастера тренируются, — тихо сказал я. — А иначе их количество резко поубавилось бы. Сговорились, да? Вот уеду от вас в Италию на уединенный остров, буду там тренироваться, чтобы не мешали.

— Ты действительно неважно выглядишь, — сказала Алена. — У тебя синяки под глазами темнее стали, чем были утром.

— Ладно, не переживай, — сказал я, чтобы сильно не расстраивалась. — Лучше найди сестер Юй, скажи, что у меня деловой разговор будет в нашей клубной комнате минут через тридцать. Надо чай приготовить вкусный и какой-нибудь пирог или булочки.

— Пирог есть, — сказала Алена. — Мы с Ташей вчера готовили.

С доктором Шимовым вопрос о здоровье мы утрясли буквально за десять минут. Я позволил ему заглянуть во внутреннее море, точнее, посмотреть на ледяной лотос, и он так впечатлился, что готов был выписать мне любую справку. Он же подтвердил, что на истощение мое состояние похоже только внешними проявлениями, такими как бледность. При этом высказал здравую мысль, что просто так подобные симптомы не возникают, и посоветовал пару дней не использовать силу, по крайней мере, до того, пока не станут понятны причины.

В клубную комнату я шел один, не уследив, куда убежала Алена и принцессы Цао. Вроде бы они что-то говорили про обед, но я так и не разобрал. Зато я заметил, что за последнее время Сяочжэй стала говорить на русском языке гораздо лучше. Не удивлюсь, если она все понимает, что говорят окружающие, но ловко это скрывает.

Перед обедом в здании, где располагались клубы по интересам, было необычно тихо. Только в одной из комнат шло какое-то приглушенное обсуждение. На двери нашей комнаты по-прежнему красовалась вывеска клуба «Лень», а вот внутри все поменялось. Закончился ремонт, начало которого я застал, и сейчас помещение выглядело как очень богатый кабинет. Внешний вид портил только мягкий угловой диван и столик для гостей. Изменился даже запах, став едва уловимо терпким и сладким. А еще пахло знакомым чаем и пирогами с ягодой. Сестры Юй хлопотали как раз у столика, готовые в любой момент начать чаепитие.

— Кузьма, — обрадовалась Сабина, проходя навстречу. — Хорошо, что пришел.

Она подцепила под руку и провела к креслу хозяина кабинета.

— Как прошло занятие? — спросила она. — На форуме писали, что ты с группой ходил на полигон.

— Потренироваться нам не дали, но все неплохо, — сказал я. — У меня складывается впечатление, что за мной постоянно следят и все выкладывают на этот самый форум. Спасибо Юй Ми.

Передо мной поставили чашку с чаем и блюдце с кусочком пирога. Еще одна чашка досталась Сабине, расположившейся в кресле перед столом.

— Следят, не сомневайся, а еще все тщательно записывают, так что будь внимательным.

— Сабина, я хотел бы… — начал я, но в кармане завибрировал телефон. — Прости. Иногда забываю, что он есть. Наверное, Тася беспокоится.

На экране высветился незнакомый номер, причем очень странный, на две цифры короче обычного. Я нажал кнопку приема.

— Кузьма слушает, — сказал я.

— Кузьма Федорович, здравствуй, — в трубке раздался знакомый голос великой княжны Елизаветы. — Не отвлекаю?

— Нет, — немного удивился я неожиданному звонку. — Напротив, рад тебя слышать. Как у вас с сестрой дела, все хорошо?

— У нас все хорошо, — сказала она. — Сейчас во дворце тихо, даже очень…

Последнее она произнесла с тоской и грустью. Да уж, заперли девушку, а она, между прочим, моя ровесница. Ей бы на курорте роман крутить с красивым и обаятельным парнем, а не томиться во дворце. Этак еще год или два и княжну будут считать старой девой.

— Так приезжай в гости к брату, — сказал я. — Думаю, что Елена Алексеевна разрешит и Алексей Павлович против не будет.

— Думаю, приехать к нему в гости можно, — задумчиво произнесла она, — но позже. У меня на этой неделе много хлопот, которые нельзя отложить. К тому же… Нас сегодня пригласил в гости дядя Александр. Там обычно бывает многолюдно, приезжает много девушек, мы устраиваем чаепитие, болтаем о разном. Нас с Машей эти встречи радуют, но тревожно немного.

— Все будет хорошо, — я попытался ее обнадежить, так как голос княжны снова дрогнул. — Возьми с собой телефон, тайком, и если что-то случится, то звони мне. Сейчас внесу твой номер телефона в важные контакты, чтобы смогла дозвониться вечером.

В трубке послышался чей-то приглушенный голос.

— Надо идти, — тихо сказала Елизавета. — Рада была тебя слышать, даже так, по телефону…

— Я тоже был рад, — сказал я. — Сильно не переживай и не теряй телефон.

— Хорошо. До свидания.

— До свидания, — ответил я. Дождался пока она повесит трубку и принялся вносить номер в доверенные контакты.

Сабина терпеливо ждала и пила чай мелкими глоточками. Не знаю, говорит она на русском или нет, но взгляд у нее был очень внимательным и цепким. Наверняка только по интонации многое поняла.