У любви семь жизней (СИ) - БризЪ Галина - Страница 2

Но вырваться из-под бдительного парализующего контроля родителей было невозможно.

Коварный план бегства из дома созрел и был разработан после знакомства и душевных откровений с двоюродной московской сестрой, предприимчивой и бойкой дочерью тёти Кати.

Мама и папа простодушно отпустили дочку погостить к надёжным и ответственным московским родственникам, куда она отправилась, вероломно захватив с собой все свои документы. На всякий случай!

И вот, с благословения сочувствующей тёти и при активном содействии инициативной кузины, девушка вырвалась из-под удушающей родительской опеки! Свобода!

***

Новая работа очень нравилась Лере.

Во-первых, удобный график. Работа по двенадцать часов и через день. День отработал, на следующий — отдыхаешь. Воскресенье, праздничные дни — всегда выходные.

Иметь несколько свободных дней среди рабочей недели — это мечта! Можно удобно планировать время, решать проблемы с визитами в разные организации и заниматься любыми делами не отпрашиваясь для этого.

Во-вторых, зарплата в этом учреждении всегда была неплохая и существовала возможность дополнительно подработать за деньги или за отгул.

В-третьих, сама работа оказалась живой, интересной и богатой на приятные знакомства. Как с коллегами, так и среди клиентов попадались уникальные личности.

И много притягательных в-четвёртых, в-пятых, и двадцатых!

Самое главное — чувствовала себя свободной и независимой. Без унизительного родительского диктата. Можно жить так, как нравится. Одеваться по своему вкусу. Самостоятельно подбирать друзей по интересам. Ходить куда хочется и сколько хочется.

Первое время любила просто гулять по-весеннему возбуждённым, шумным и многолюдным улицам Москвы.

Наслаждаться свободой передвижения и наблюдать за активной жизнью этого огромного мегаполиса.

Выбирала одну из дорог, запутанным веером разбегающихся от Красной площади, и неторопливо шла по ней, разглядывала столичные дома, восторженно читала названия известных улиц, бульваров, отелей, ресторанов. С замиранием сердца останавливалась возле легендарных памятников, исторически знаменитых мест.

С собой брала книгу, присаживалась на скамейку в каком-нибудь тихом сквере, открывала её, иногда читала. Чаще незаметно разглядывала спешащих людей, проезжающие машины.

С особым любопытством отмечала отличающиеся от отечественных, иностранные машины — в её городе таких не было. Выделялись из толпы и иностранцы — одеждой, разговором, выражением лиц.

Глава 2. Альгис

Прошла пара недель с начала самостоятельной жизни.

На празднование Пасхи к гостеприимной тёте Кате съехались многочисленные гости — родственники, племянники, племянницы, друзья. Некоторых Лера видела впервые, с другими была давно знакома.

Напротив, за столом оказался высокий голубоглазый парень. У него была короткая армейская стрижка, приятные черты лица и разговаривал с мягким прибалтийским акцентом.

— Знакомьтесь, — предложила тётушка, — это Альгис. Сын моей давней литовской подруги. Дослуживает в Москве последние месяцы и скоро вернётся на родину. А пока — прошу любить и жаловать.

Молодой человек улыбался, смущался. Осторожно поглядывал на беспечно болтающую с двоюродными братьями Леру. Общался со всеми, ухаживал за соседками по столу, но каждый раз непременно задерживался глазами на ней.

Это было приятно, щекотало самолюбие, заставляло розоветь щеки и ответно смотреть на юношу.

— Молодежь, не устали от застолья? Может, пройдёмся по городу? — предложила двоюродная сестра.

Молодая часть гостей с радостью отправилась на воздух.

Гуляли по Мытищам, по лесополосе, зашли в парк аттракционов.

Как-то незаметно Альгис и Лера оказались рядом. Немного приотстали от общей группы, разговаривали, смеялись, держались за руки.

Потом вместе катались в одной беседке на цепочной карусели. Центробежная сила, которой с удовольствием подчинились оба, прижимала друг к другу и волновала тесным соприкосновением тел.

Возвращаться в душную квартиру, где бурно отмечало праздник старшее поколение, не хотелось. И вся шумная компания отправилась в ресторан.

Во время танца Альгис несмело прижал Леру и прошептал на ухо:

— Кажется, я влюбился…

— Кажется? — хитро уточнила ветреная девушка.

— Нет, не кажется. Я влюбился, — серьёзно ответил он, заглядывая в лукавое лицо.

Молодёжь гуляла до темноты.

Лера закапризничала, пожаловалась, что устала от высоченных каблуков и с трудом переставляет ноги. Рослый Альгис тут же воспользовался случаем продемонстрировать свою мужественность. Легко подхватил на руки и нёс хихикающую и повизгивающую от восторга девушку до самого дома.

В этот вечер они расстались в состоянии близком к влюблённости.

Началась череда майских праздников и длинных выходных с отдыхом на природе и неизменными шашлыками, на которых молодые люди встречались, держались вместе и с удовольствием общались.

Близился срок окончания службы Альгиса, это расстраивало обоих. Их взаимная симпатия была очевидна. Молодой человек теперь постоянно ходил в увольнительные и зачастил в гости к тёте Кате.

Так получалось, что наедине с Лерой они не оставались ни разу. Не специально. Так совпадало, что всегда присутствовал кто-то ещё. Или старшие члены семьи, или двоюродная сестра с мужем.

Но если и выдавалась возможность побыть вдвоём в комнате, Лерка терялась и избегала этого. Быстро выскальзывала из помещения и с облегчением присоединялась к родственникам.

У неё никогда не было отношений. Благодаря придирчивости и деспотизму родителей, не встречалась с парнями, ни разу ни целовалась, и не представляла, как вести себя, о чём разговаривать, если они вдруг окажутся без посторонних. Поэтому катастрофически стеснялась оставаться один на один с юношей.

Близился день расставания. Альгис становился всё более грустным и задумчивым. Несколько раз пробовал пообщаться с девушкой с глазу на глаз или вызвать на прогулку без свидетелей. Но у неё всегда находились убедительные причины, по которым это было невозможно осуществить.

В один из воскресных обедов в присутствии всей семьи, тётушка поинтересовалась:

— Ну что, дорогой Альгис, скоро домой? Соскучился? Наверное, не дни, а часы считаешь до возвращения?

Парень встрепенулся, неопределённо покачал головой. Уныло и растерянно посмотрел на Леру, которая обиженно выпятив губки, скорчила огорчённую гримасу.

Помолчал немного и с глубоким вздохом ухнул в признание:

— Не знаю, что сказать. Мне предлагают остаться в Москве. Обещают дать жильё. Размышляю. Не могу решиться.

— Ух ты! — Все обрадовались и наперебой заговорили. — Не раздумывай, соглашайся! Это же здорово! Такие перспективы!

Девушка просияла, захлопала в ладоши и вместе с остальными восторженно попросила: «Оставайся, Альгис!»

Он пронзительным голубым взглядом медленно обвёл родственников, задержался на ней.

Поднялся и, краснея до пота, произнёс низко опустив голову:

— Если Лера выйдет за меня замуж, то я подпишу контракт и продолжу службу здесь.

За столом резко воцарилась неестественная тишина… Все ошеломлённо повернулись к пунцовой Лере…

Она испуганно и растерянно переводила глаза то на одного члена семейства, то на другого…

На Альгиса боялась смотреть.

Это что — предложение? Но такое странное…

Обращено, будто бы не к ней, а к публике. В третьем лице, словно она отсутствует.

Мог бы сначала поговорить наедине… Зачем подставлять и себя, и её?

Лера запаниковала и не знала, что ответить. Согласиться? Отказать?

Влюблена ли она? Не уверена…

Они знакомы всего полтора месяца. Если б было больше времени, тогда, возможно…

Вот так — с бухты-барахты замуж не хотелось. Нет-нет-нет… К этому точно не готова, он не настолько дорог, чтоб связать свою жизнь с ним. Зачем так торопиться?

Только вырвалась из-под бдительного ока родителей, начала вкушать прелести свободной жизни… Ещё ничего не видела, не распробовала. И обратно в оковы?