Святоши «Синдиката» (ЛП) - Николь Натали - Страница 21

Неважно. Однажды он заплатит за эту дурацкую фотографию.

Глава 13

Бетани

Солнце, проникающее сквозь жалюзи… Вау, какое прекрасное ощущение. Подожди, солнце? В моей комнате нет жалюзи. Я мигом просыпаюсь от глубокого сна и подскакиваю на самой удобной кровати, в которой когда-либо лежала. Мое тело совершенно не любит быстрых движений. — Сукины дети, — бормочу я, пытаясь сориентироваться. Где я?

Я оглядываю минимально обставленную комнату, сама лежу на огромной кровати, застеленной темно-серой простыней, пледом и наволочками. Изголовье кровати из темного дерева с черной обивкой. Ночной столик, комод с зеркалом, письменный стол и стул выполнены в едином современном дизайне, что придает интерьеру целостность. На тумбочке стоит металлическая лампа с черным абажуром. Стены светло-серые, а шторы по цвету находятся где-то посередине между стенами и постельным бельем. Я вижу дверь в смежную ванную и предполагаю, что она, вероятно, похожа по дизайну на эту комнату. В настоящее время я настолько растеряна, что не могу сдвинуться с места и выяснить это.

Оглянувшись на тумбочку, вижу свой телефон, лежащий там вместе с бутылкой воды, упаковкой тайленола и… запиской? Хм. Любопытно. Может быть, в записке есть ответ на мои многочисленные вопросы, которые крутятся в моем затуманенном сном мозгу.

Я быстро беру телефон в руки, открываю тайленол, принимаю три таблетки и запиваю половиной воды, чтобы утолить жажду. Обычно я не принимаю эту дрянь, но знаю, что в противном случае заплачу. Потянувшись за запиской, смотрю на незнакомый почерк все еще с любопытством. Но когда наконец вижу последнюю строчку, все события последних дней встают на свои места, и я мгновенно просыпаюсь.

«Бетани,

Доброе утро, котенок.

Тайленол и вода для тебя.

Выпей, чтобы не чувствовать себя дерьмово.

Ванная комната примыкает к твоей комнате, шкаф находится в ванной.

Там же коробки со всеми твоими вещами.

Прими душ и пройди на кухню.

Синклер».

Черт! Как, черт возьми, я забыла? Затем меня осеняет озарение, и я бросаю взгляд на записку. Этот наглый ублюдок довел меня до оргазма, чтобы я согласилась!

Я скомкала записку и вскочила с кровати, не обращая внимания на боль и вновь обретенное негодование. Топая к двери, готова надрать ему задницу, но организм напоминает мне, что я не была в туалете неизвестно сколько времени. Закатив глаза на себя, еще больше злюсь, что телу нужны базовые потребности, и поворачиваюсь к ванной. Щелкнув выключателем, я на время ошеломлена тем, насколько та великолепна.

Двойная тумба из темного дерева — вот что первым бросается в глаза. На нем стоит мраморная стойка из темного оникса с двумя глубокими раковинами. Гигантское зеркало дополняет обстановку вместе с великолепными подвесными светильниками. Далее мое внимание привлекает огромный открытый душ из натурального камня, в котором могут поместиться восемь человек. Стекло настолько чистое, что вы практически не замечаете его, за исключением держащих его металлических кронштейнов. Три огромные душевые насадки свисают с потолка, а также различные другие, прикрепленные к стене. Оглядываясь по сторонам, я вижу унитаз и глубокую ванну-джакузи. Святое дерьмо, эта гребаная ванная комната больше, чем моя комната в общежитии! Господи, наверняка чертовски приятно управлять школой и быть одним из самых богатых и влиятельных людей в округе.

Пока мой мочевой пузырь напоминает мне, что нужно облегчиться, я прохожу мимо зеркала и мельком гляжу на себя, и останавливаюсь в ужасе от своего вида.

Вау. Просто… пиздец. Я выгляжу так, будто меня сбил грузовик. Волосы в полном беспорядке, на теле синяки и царапины, которые, к счастью, начинают заживать, да еще и чешутся. Моя шея выглядит хуже всего, на ней большие синяки от руки Питера, и я вся дрожу от воспоминаний о нем, вызванных наркотиками.

Я пытаюсь отмахнуться от воспоминаний, зная, что они никуда не денутся. Иначе я сорвусь и выплачу все глаза или впаду в панику, от которой потеряю сознание. Ни один из этих вариантов не кажется мне привлекательным, поэтому закрываю глаза и делаю несколько успокаивающих вдохов, пока снова не почувствую себя нормально. Ну, настолько нормально, насколько могу чувствовать себя сейчас.

Я, наконец, воспользовалась туалетом, прежде чем найти полотенце и подойти к огромному душу. Заглянув внутрь, вижу, что мои вещи лежат в шкафу. Это заставляет меня вздернуть бровь, любопытствуя их несколько «продуманными» действиями во всей этой безумно запутанной ситуации. Опять же, еще одна вещь, над которой нужно подумать и получить ответы. Но сначала я могла бы воспользоваться этим крутым душем с настоящей горячей водой, пока меня не вышвырнули на улицу.

* * *

Срань господня, так вот как принимают душ богатые и знаменитые. После того, как провела в душе добрых полчаса, тщательно промывая волосы и оттирая грязь, копоть, я, наконец-то, почувствовала себя в какой-то степени нормальной, учитывая обстоятельства. Обернув огромное пушистое полотенце вокруг тела, а другое — вокруг волос, я медленно выхожу на мраморный пол. Мне совсем не хочется поскользнуться и упасть, пополняя и без того длинный список того, что болит.

Сказать по правде, было бы проще перечислить то, что не болит.

Открыв дверь огромного шкафа, вижу все свои вещи в промаркированных ящиках.

Что ж, это жалкое зрелище всего, чем я владею, только что испортило мое несколько приподнятое настроение. Да гори все синим пламенем. И к черту всех.

Порывшись в ящиках, я нахожу носки, черные леггинсы и спортивный бюстгальтер цвета лайма, после чего быстро говорю, к черту нижнее белье. Надев все, я ищу заколку для волос и начинаю беситься, что ничего не могу найти. К счастью, наконец отыскала ее и собрала волосы в беспорядочный пучок. Позже я разберусь с последствиями, что не потратила несколько минут, чтобы как следует расчесаться.

Неважно. Моя жизнь и так разрушена, можно добавить к этому еще и чертовы волосы. Я справлюсь с этим, как и со всем остальным. Дерзко и не сдаваясь.

Когда подхожу к двери в моем маленьком, хотя и временном кусочке рая, меня вдруг охватывает страх. Кого я увижу? Что они скажут? Неужели я потеряю стипендию, и меня отправят обратно в Лос-Анджелес? Что, если они раскопают что-нибудь о моем прошлом? Я сейчас не могу думать, чтобы разобраться с этим ворохом проблем. — Давай, Бетани, ты справишься, — бормочу под нос, подбадривая себя. Стоя здесь, как испуганная девица, я ничего не добьюсь и не отвечу на многие вопросы, которые у меня есть.

Глубоко вздохнув в последний раз, я, наконец-то, открываю дверь в неизвестность, но только для того, чтобы меня напугали до смерти.

— Господи боже, чертов идиот! — кричу я, бросая бутылку с водой в Деклана в отместку. — Да что с тобой не так, чертова обезьяна!

Он успешно уворачивается от моей бутылки с водой, когда та летит в противоположную стену. Его глаза расширились от удивления, когда бутылка упала на пол. Дек медленно поворачивается ко мне лицом, подняв ладони вверх в знак капитуляции, а я, тяжело дыша, хватаюсь за грудь, пытаясь вернуть хоть каплю самообладания.

— Прости, солнышко. Я услышал, как включился душ, и… немного забеспокоился, ожидая, когда ты выйдешь. Я уже собирался постучать, когда ты вышла, — заканчивает он с великолепной, но стыдливой улыбкой.

Я поднимаю руку вверх в попытке заставить его замолчать, пока перевожу дыхание. Сейчас я не уверена, у меня проблемы из-за того, что он пугает меня до одури, или из-за его завораживающего облика рок-бога.

Деклан стоит передо мной в одних низко висящих темно-серых трениках, демонстрируя греховно сексуальный V-образный вырез, который сужается вниз в страну неизвестности. Конечно, поскольку я — сладкоежка, то бросаю быстрый взгляд на заметную выпуклость на его трениках и с трудом сдерживаюсь, чтобы не ахнуть. Черт возьми, он огромный. Я могу сказать, что он больше, чем любой другой мужчина, с которым когда-либо была. Вау. Сглотнув, я снова смотрю на его лицо. Деклан сложен как огромный, татуированный греческий бог. Татуировки, покрывающие его мускулистые руки, безупречно переходят на плечи, грудь и живот. Цветные волны, завихрения и формы безупречно переливаются между черным и серым. Поднимаясь взглядом по груди и татуировкам, я резко останавливаюсь на пирсингах в его сосках. У. Него. Проколоты. Соски. Чего бы я только ни сделала, чтобы облизать эти сексуальные штучки.