Святоши «Синдиката» (ЛП) - Николь Натали - Страница 23

Я чувствую, как краснею, когда думаю об обнаженных парнях и о том, как они будут со мной.

— Кофе, пожалуйста, — выдохнула я. Мой голос стал хриплым и с придыханием, выдавая, о чем я думаю. Румянец вспыхивает еще сильнее, я быстро беру вилку и начинаю поглощать вафли.

Я не могу удержаться от стона, когда вафли и фрукты оказываются во рту, потому что, черт возьми, как же они хороши. Один из парней роняет вилку, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть на себе все их взгляды. Я быстро глотаю, затем делаю глоток кофе.

— Что вы все на меня так уставились?

— Tesoro, нельзя так стонать, если не хочешь, чтобы мы тебя раздели и узнали, от чего еще ты можешь стонать.

— Ты предпочитаешь, чтобы я сказала, что твоя еда на вкус, как дерьмо?

— Я предпочту, чтобы этот стон исходил от того, как ты глубоко заглатываешь мой член и наслаждаешься этим, Бетани.

У меня глаза на лоб полезли от его смелого заявления. — Ты шутишь?

Синклер усмехнулся, отчего я, сощурившись, повернулась к нему. — Да, Сатана? Ты хочешь поделиться с классом своим славным мнением?

Его ухмылка исчезла, а блеск, который был в его глазах вчера, вернулся. Он хищный и доминирующий, и слова сарказма застывают на моих губах.

— Ой, котенок. Чувствую, в один прекрасный день ты нарвешься на неприятности из-за своего остроумного язычка. — Он выпрямляется в своем кресле, воздух кажется более разреженным от его авторитетного присутствия. — И когда этот день настанет, ты будешь умолять об этом. Не могу дождаться, когда смогу приручить твой умный ротик, а мой член погрузится глубоко в твою тугую киску.

Я едва могу дышать. В голове полный сумбур, хватка Деклана на моей талии крепнет, а пульсация его члена между ягодицами служит еще одним напоминанием о том, что здесь происходит. Честно говоря, я ни хрена не понимаю.

Немного успокоившись, я, наконец-то, могу ответить: — С чего ты взял, что я собираюсь подчиняться тебе? Или кому-то из вас, если уж на то пошло? Я даже не понимаю, что вы, ребята, могли увидеть в какой-то студентке, живущей в подвале, который вы, кстати, разрушили. Если меня выгонят из-за этого, я отрублю ваши члены. Потому что эта дурацкая школа — мой единственный шанс на достойную жизнь, и будь я проклята, если ваши поганые действия разрушат его.

Черт, я, наверное, сказала слишком много. Напряжение резко возросло из-за моего заявления, а напоминание, что я живу в этом претенциозном кампусе, привело к тому, что на меня бросили три пары кинжальных взоров. Склонившись к тарелке, я быстро начинаю есть дальше в попытке избежать вопросов, на которые мне не очень хочется отвечать.

— Ничего не случится с твоим статусом студентки, Бетани Лари. Ты больше не будешь жить в той адской дыре. Ты будешь жить здесь с нами, и это не обсуждается, согласна ты или нет.

Ну все, он меня просто выводит из себя своим властным поведением. Терпение лопается, и я выплескиваю всю злость на него. — Ну-ка повтори? Я не знала, что сменила место жительства на неопределенный срок. Зачем мне здесь оставаться? В подвале есть другие комнаты, которые я могу с таким же успехом занять. Мой ключ подходит к любой двери. К тому же там нет гигантской контролирующей занозы в моей заднице, с которой мне нужно иметь дело. Так что можешь смело отваливать.

— Подожди, минуточку. Что, черт возьми, ты только что сказала? — шипит Джованни, сбивая меня с толку ядом, сочащимся из его голоса.

— Э-э-э… что Синклер — гигантская задница, которой нужны уроки хороших манер?

Он ухмыляется на это, но явно не успокаивается.

— Хотя я согласен с тобой в этом, Tesoro, хорошая попытка. У тебя ключ открывает все двери? Ты ведь так сказала?

Я снова опускаю взгляд. — Не совсем, — бормочу я. Черт бы побрал мой болтливый язык.

— И что именно ты имела в виду, солнышко? — говорит Деклан мне на ухо, вызывая дрожь

— Вы, парни, не сдадитесь, пока я не скажу вам то, что вы хотите знать, верно?

— Ага, — соглашаются они одновременно.

Глубоко вдыхая, я обдумываю свои варианты. У меня такое чувство, что все они могут быть очень, очень убедительными, если захотят, и я не знаю, готова ли хотя бы отдаленно к чему-то вроде того, что они придумают.

— Отлично. Я отвечу на ваши вопросы. В пределах разумного, конечно. Но не буду отвечать до тех пор, пока не закончу есть, так что выкуси и смирись с этим.

— Все по-честному, — отвечает Джованни.

Деклан целует меня в щеку. — Мне подходит, солнышко.

Я смотрю на Синклера, который все еще хмурится, но потом кивает и возвращается к еде вместе со всеми.

По крайней мере, я выиграла несколько минут покоя, прежде чем начнется чистилище моей личной жизни.

Вот дура так дура.

Глава 14

Бетани

Закончив завтрак в тишине, мы все перешли в гостиную. Я сижу с одной стороны огромного U-образного дивана, когда Деклан решает, что он еще не закончил с моей задницей. Он быстро усаживает меня к себе на колени, а Джованни пересаживается с правой стороны и пристраивает меня так, что я прислоняюсь к Деклану, положив ноги на колени его друга. Синклер сидит в середине дивана, но недалеко от всех нас.

Вот же, прилипли как банные листы к заднице. Бессмыслица какая-то, но я не собираюсь жаловаться, видя, как Джованни начинает растирать мои ноги, а Деклан нежно поглаживает мою спину, осторожно, стараясь не задеть царапины.

— Итак… что бы вы, парни, хотели узнать? — наконец спрашиваю я, чтобы нарушить неловкое молчание.

— Все, — требует Синклер, отчего я закатываю глаза. — Осторожнее с этим закатыванием глаз, котенок, пока я здесь.

— Господи, Син, ты можешь остыть на пару секунд? — спросил Джованни, затем повернулся ко мне. — Как насчет того, чтобы рассказать нам о твоем поступлении в университет и о том, через что ты прошла, Tesoro.

Я улыбаюсь. — Спасибо, что ты такой милый, Джованни. По крайней мере, у одного из вас есть манеры. Он улыбается в ответ и продолжает растирать мои ноги, что доставляет мне райское наслаждение.

— Поцелуй меня в зад, — ворчит Синклер, но я игнорирую его.

— Честно говоря, я вообще не планировала сюда поступать. Я копила деньги и заполняла анкету на получение стипендии для одного из муниципальных колледжей в Лос-Анджелесе. Одна из девушек, где я жила, увидела где-то объявление и рассказала мне о конкурсе эссе, который они проводят для людей, оказавшихся в сложной ситуации. Я отнеслась к этому скептически, но она подкупила меня своими знаменитыми тамале и пригрозила, что больше никогда не будет их готовить, если я не подам заявление. Так что я ворчала по этому поводу несколько дней и, наконец, в последнюю минуту отправила эссе. — Я замолкаю и

делаю глоток кофе, прежде чем продолжить: — Каким-то образом оно было принято, и я получила полную стипендию на обучение, учебники, комнату и базовый план питания. Три месяца спустя я пришла на вводный курс и была в полном восторге, но быстро поняла, что все не так уж и здорово. Меня и девять других победителей не допустили к основной программе. Нам дали карту кампуса, сказали заявить о своей специализации и составить расписание занятий, но нам не гарантировали их получение, так как мы подали свое эссе одними из последних. Затем кто-то провел нас к зданию, в котором мы жили, и сказал, что наш ключ открывает дверь в общежитие, но в наших комнатах есть только внутренний замок, и они не несут ответственности за наше имущество. В общем, если ты забыл закрыть дверь, когда находишься там, то это полный отстой. К счастью, я научилась запирать дверь и открывать ее снова с помощью своего студенческого билета, так что мне по большей части везло.

Я должна остановиться, пока не провалилась в кроличью нору того придурка, который считал себя веселым и пытался напугать меня до смерти. Воспоминание заставляет меня вздрогнуть, и Джованни останавливает свой массаж, бросая на меня вопросительный взгляд.

— Что случилось, Tesoro?

Я пренебрежительно машу рукой в воздухе. — Ничего такого, с чем я не могла бы справиться.