Искусство бегать на каблуках (ЛП) - Гибсон Рейчел - Страница 32

— У меня есть одно условие, прежде чем я хотя бы начну обдумывать твой план.

— И какое?

— Только не торговаться. — Шон встал и посмотрел в голубые глаза Лекси.

— Хорошо.

— Никакого бурления дерьма.

— Без проблем.

Шон смотрел, как Лекси поворачивается и идет через комнату.

— Просто расслабься, — бросила она через плечо. — Мы все проработаем. У меня есть план.

— Без обид, но я не доверяю тебе планировать что-то для меня.

— Я прекрасно планирую, — сказала она, открывая ящик кухонного стола. — Я училась делать проекты и бизнес-планы в «Кент Стейт».

Шон не знал, что Лекси училась в «Кент Стейт», но он вообще мало что знал о ней.

— Это моя фишка. — Она вытащила блокнот и ручку. — Нам нужен план для разных сценариев, чтобы минимизировать риски. — И направилась обратно к Шону.

Он скользнул взглядом со светлых волос по красивому лицу Лекси. Единственный сценарий, которых Шон хотел проработать, — это поцеловать ее в губы и провести руками по всему телу. Но не настолько сильно, чтобы испортить себе карьеру в «Чинуках». Этого не стоил секс ни с одной женщиной и особенно с Лекси. Она прекрасна и сладко пахнет. Прекрасная, сладкая упаковка, которая соблазняет мужчину рискнуть, даже когда он знает, что содержимое взорвется у него перед лицом.

ГЛАВА 10

Не нашел любовь, не потерял любовь

Первое бурление дерьма случилось на следующее утро, когда Лекси разговаривала с подрядчиком, обновлявшим ее магазин. Шон еще не успел приземлиться в Аризоне, а «анонимный» источник уже передал в «Сиэтл Таймс» историю несчастной любви Лекси и Шона. В течение часа «просочившаяся» информация появилась на сайте газеты, и новость быстро подхватили веб-журналы, распространяющие слухи. Каждый добавил собственный колкий комментарий в виде заголовков:

«Шон Нокс выбивает Пита Далтона»

«Сбежавшая невеста сбежала с хоккейной звездой»

«Пит Далтон «заморожен» ради Шона Нокса»

«Лекси Ковальски забивает гол с хоккеистом»

«Ти-Эм-Зет» подлила масла в огонь, добавив к истории фотографию Шона, выходящего на лед в «Джила Ривер Арена» в Гриндейле.

Прежде чем уйти от Лекси прошлым вечером, Шон напомнил ей об их соглашении: сначала поговорить с родителями. Он не хотел отвлекаться на это, пока будет играть на выезде, и потребовал, чтобы новость не появлялась до понедельника, то есть после его возвращения. Лекси пыталась поторговаться насчет даты, но Шон заупрямился и не уступил.

Очень плохо, что все пошло не по плану.

Лекси возложила ответственность за организацию утечки на свой «анонимный» источник — Мари. И Мари, будучи Мари, перемудрила. Она настаивала, что им нужен фундамент для правдоподобного отрицания, и передала задачу своему «анонимному» источнику — Джимми. А Джимми, будучи дурачком, спустил курок на пять дней раньше возвращения Шона.

Который прислал на телефон Лекси смс: «Какого черта?».

Она объяснила ему всю неразбериху, но не была уверена, что Шон поверил. Примерно такие же смски она получила и от своих отца и матери. В ответ им отправила лживое: «Я его люблю», и они согласились отложить обсуждение до возвращения команды в воскресенье. Что дало Лекси время составить план.

Конечно, они с Шоном его обсудили, но она всегда чувствовала себя лучше, когда все было записано. Поэтому нарисовала секции и подсекции, заполнила их важными моментами и маркированными списками, затем отправила файл на телефон Шона. К тому времени, как «Чинуки» вернулись и Лекси встретилась с Шоном внутри «Кей Арена», она была почти уверена в их плане. Единственным слабым звеном был сам Шон, но пока он будет придерживаться схемы, все будет идти хорошо.

— Отец был очень суров с тобой? — прошептала она Шону на ухо, когда они обнялись в вечер возвращения «Чинуков». Его волосы пахли древесным шампунем и свежим воздухом, и для всех наблюдавших они выглядели влюбленной парой. — Он кричал или проклинал тебя?

— Не больше, чем обычно. — Они стояли прямо у дверей командной раздевалки. — Но выражение «я-надеру-тебе-задницу» снова появилось у него в глазах. — Шон отстранился и посмотрел на Лекси. — Парни из команды прочитали «Гавкер» и «ТиЭмДзет» и замучили меня подколами без всякой жалости.

В кругу хоккеистов, которые считают подколы своим моральным долгом, это должно было случиться неминуемо.

— Ты изучил план?

— Глянул.

План нужно было выучить назубок, а не глянуть. Беспокойство, пульсировавшее в ее сердце, вышло на новый уровень. Лекси взяла Шона за руку и постаралась не выглядеть обеспокоенной, пока они шли в кабинет отца. Она не знала, что пугало ее больше: нахмуренные брови отца или то, что их с Шоном истории могли не совпасть.

— Объясни мне это. — Джон Ковальски махнул рукой в сторону Лекси и Шона, сидевших на стульях по другую сторону его стола. — История в интернете — дерьмо.

Вид родителей добавил к беспокойству в сердце Лекси добрую долю вины.

— Это не дерьмо. — В первой секции была описана история, которую она собиралась рассказать родителям. Всегда лучше держаться как можно ближе к правде. Если только правду не требуется прикрывать большой жирной ложью. — Я люблю Шона. — Она повернулась к матери, сидевшей рядом с отцом. — Мы встретились в Питтсбурге, и я влюбилась с первого взгляда.

Она сжала руку Шона, чтобы тот сказал что-то по поводу этой истории. Вместо этого он высвободился из ее пальцев и ослабил галстук.

— Вы двое? — Отец ткнул пальцем в ее сторону, затем в сторону Шона. — Вы хотите, чтобы мы с Джорджианной поверили в эту сказку?

Это была не совсем сказка, по крайней мере не та, которую Лекси тщательно сочинила и спланировала, чтобы рассказать прессе на следующий день.

Она посмотрела на мать:

— Ты влюбилась в папу в день вашей первой встречи.

И в этот же день зачали ее. Лишь очень небольшое количество людей знали, что ее мать однажды тоже была сбежавшей невестой. Сбежавшей невестой, которая запрыгнула в маленький красный «корвет» Джона «Стены» Ковальски. Но сейчас было не время говорить о первых семи годах ее жизни и о влиянии плохих решений, которые ее родители принимали в своей жизни.

Зеленые глаза матери с беспокойством смотрели на Лекси, добавляя ей вины.

— Не понимаю, почему ты не сказала мне, что мужчина на фото играет за команду твоего отца.

Потому что она не знала этого.

— Прости. Все было таким сумасшедшим и запутанным. — И это, в основном, правда. Лекси посмотрела на Шона, чтобы понять, слушает ли он. Тот, расстегнув воротник рубашки, глядел прямо перед собой, так что было неясно. — Я не знала, настоящие ли у меня к нему чувства. — И это было близко к правде, если чуть-чуть притянуть за уши. — Затем Шон прислал мне в «Фэйрмонт» записку, и я просто поняла, что все еще люблю его.

Лекси ненавидела лгать родителям, но приходилось. По плану, который она отправила Шону, они «расстанутся» в мае, но останутся в дружеских отношениях. Лекси хотела оставить истории время на развитие и придать правдоподобность, но в одном из нескольких смс, на которые Шон ответил, он настаивал на третьей неделе марта, за три недели до плей-офф в Кубке Стэнли. Потому как не желал отвлекаться и хотел иметь достаточно времени на то, чтобы эта история полностью закончилась, прежде чем они с «Чинуками» начнут гонку за кубок.

Лекси согласилась, потому что у нее не было выбора. Шон был ей нужен сильнее, чем она Шону. На ее пути появился еще один спасательный круг. Она не собиралась позволить этому шансу, который мог спасти ее и бизнес, ускользнуть. В этот раз она держала его крепко.

— Мы любим друг друга. — Она положила ладонь на руку Шона, устроившуюся на подлокотнике. Их заявление о любви могло бы быть правдоподобней, если бы он не выглядел приговоренным к смерти, а Лекси — палачом, ведущим его к газовой камере.

Ножки стула ее отца стукнули по полу, он посмотрел на Шона.