Попаданец который не в курсе (СИ) - "serj.guroff" - Страница 36

—Рон, Гарри, Гермиона… С вами все в порядке? — я оглянулся и увидел высокого рыжеволосого мужчину спешившего к нам. Кстати, рядом со мной находился еще один рыжеволосый, но только парень и, судя по всему, сын того рыжего мужчины. И девушка с немного большеватыми передними зубами и кудрявой каштановой прической.

—Отойди с дороги, Артур, — раздался холодный рез­кий голос. — Кто из вас это сделал? — зарычал он.

Мне было непонятно, что за хрень тут творится? Лег дома спать, а проснулся… А где я, кстати? Я осмотрелся. Что-то вроде леса. Какие-то мужики с палочками, типа указок. Полная непонятка. Пока я оглядывался и судорожно пытался сообразить, что мне говорить если дело дойдет до вопросов, люди окружавшие меня о чем-то разговаривали.

Кто-то подходил, кто-то уходил. Да и одеты все они были как-то странно. В какие-то длиннополые балахоны, хотя нет, скорее халаты. Потом несколько человек отделились и отправились в кустарник, росший недалеко от нас. Они выволокли оттуда… существо. Маленькое, ушастое, чем-то похожее на магистра Йоду. А потом притащили еще одну указку. Из тех же кустов. Указка, кстати, оказалась моей.

А я все никак не мог понять, что происходит. Нет, я понимал язык, на котором говорили окружающие, но вот смысл их разговора от меня ускользал. Имена еще странные какие-то. Правда не у всех, а только у некоторых. И решил я, что лучше пока молчать. Глядишь и за умного сойду.

Кстати, судя по всему, существо, которое вытащили из кустов, принадлежало одному из присутствующих. Самому большому начальнику. Ну, так он себя вел. И, насколько я понял, из-за этого существа он попал в щекотливую ситуацию. А что в таких случаях обычно делают начальники? Ищут крайнего. Возьмут сейчас и назначат нас стрелочниками. Вот здорово будет.

Но, постепенно все успокоились. Видимо козлом отпущения было назначено существо. Оно чуть с ума не сошло. Мне его или ее даже жалко стало.

Народ стал потихоньку расходиться. Только мы стояли на месте и все еще что-то обсуждали. Потом к нам присоединился еще один рыжий. Не такой старый как мужчина, но и не настолько молодой как стоящий рядом парень.

— Слушайте, уже очень по­здно, — сказал мужчина, — и если мама узнает, что тут у нас произошло, она с ума сойдет от беспокойства. Давайте-ка поспим оставши­еся несколько часов и потом ранним порталом постара­емся выбраться отсюда.

И мы куда-то отправились. Наконец мы дошли до палатки, которая внутри оказалась гораздо больше чем снаружи. Там я добрался до кровати и улегся. Голова, кстати, гудела. А чувствовал я себя избитым и вымотанным. И ничего не понимающим. Впрочем, думать не хотелось. И я задремал.

Через не­сколько часов нас разбудили. Палатка была свернута парой взмахов указки и мы куда-то пошли. Потом отстояли в очереди, получили старую автомобильную покрышку и… черт! Что это было? Телепортация? А почему после нее так муторно? Затем мы шли через какую-то деревню и вышли к самому странному дому, который мне доводилось видеть в своей жизни. На покосившейся табличке, на столбе перед входом во двор было написано «Нора».

— Да, уж, — подумалось мне, — действительно «Нора». А если точнее, то: «Дыра» или «Конура».

В общем, это оказался дом рыжего семейства, а я тут был в гостях. Вместе с кучерявой. Она-то меня и расколола. Пока рыжие общались между собой и на меня никто не обращал внимания, я попытался понять кто есть кто. Итак, муж и жена, жена, кстати, тоже оказалась рыжеволосой. Так вот их звали Артур и Молли. И их дети. По старшинству. Билл, Чарли, Перси, близнецы Фред и Джордж и Рон. Мой ровесник. Еще была сестренка Джинни. А кучерявую звали Гермиона.

А прокололся я знаете на чем? Спросил у нее по поводу имени. Точнее, что больше любят ее родители. Греческую мифологию или Шекспира. А поздно вечером, когда все уже спали она вытащила меня из дома и отвела подальше. А там воткнула волшебную палочку мне в шею и начала допрос. Волшебные палочки, как вы уже поняли, это были те самые указки, которыми все пользовались.

Для начала, пришлось ее обезоружить. Все таки относительно острая оказалась палочка. А потом отдать и клятвенно заверить, что я не собираюсь причинять ей вреда.

А потом у девчонки случилась истерика. Ну, сами подумайте. Был парень, которого ты знаешь как свои пять пальцев и, вдруг, в его теле оказался кто-то другой. Потом я ее долго успокаивал. А потом мы наконец поговорили.

— Хорошо, — начал я разговор, — я тебе расскажу. Раз уж прокололся. Но, только тебе, для начала. А ты пообещай без моего разрешения никому не рассказывать. А то как-то не хочется становиться лабораторной крысой. И, кстати, я прокололся когда про имя спросил?

— Изначально. — Ответила Гермиона. — Настоящий Гарри никогда бы не задал такого вопроса. А потом я стала приглядываться и заметила отличия. Походка стала более… уверенной, наверное, изменились некоторые жесты и манера речи. А еще некоторые слова, о которых настоящий Гарри даже не подозревал.

— Ну, правильно. Сыплются на мелочах. Как говорится: «… всяк грех глаголет, но убийство вопиет…». Хоть и не в тему, но некая аналогия просматривается.

В общем, мы поговорили и решили, что время до конца каникул я проведу у нее дома. Во-первых, чтобы хоть немного адаптироваться. Во-вторых, что бы меня кроме нее никто не расколол. И в-третьих, ее родители были совсем не против познакомиться с кем-нибудь из ее друзей. В общем, утром мы укатили в Кроули, к ней домой.

А еще миссис Уизли перед отъездом вручила мне пакет с парадной мантией. Оказывается, она сделал для нас покупки к школе. А когда я удивился, на какие мол шиши, она рассказала, что на мои деньги. И мне это совершенно не понравилось. Нет, я понимаю, что тело в которое я попал еще слишком юное и что покупки, пока еще, должны оплачивать родители, но она-то кто такая? Она мне не мама и даже не опекун. Так какого спрашивается черта?

В общем, побывал я с Гермионой в Гринготтсе, это такой волшебный банк, и заблокировал все свои счета. Ну, в том смысле, что ключи аннулировал, а взамен получил на руки чековую книжку. Банкиры, ими кстати оказались гоблины, оказались теми еще ушлыми ребятами. Но не обманщиками. Так, что после консультации мы с ними расстались довольные друг другом. А еще я прошелся по магазинам и сменил, так сказать, имидж. Потому, что одет был Гарри, так звали пацана, а теперь и меня соответственно, в откровенные лохмотья.

А утром, первого сентября, Дэн и Эмма Грэйнджеры, отвезли нас с Гермионой на вокзал Кингс-Кросс. Там я попал на платформу 9 и ¾, а

там уже мы встретили всех Уизли, кроме Артура.

—Я, возможно, увижу вас раньше, чем вы думаете, — усмехнулся нам Чарли, обнимая сестренку Джинни на прощанье.

—У вас будет интересный год, — сказал Билл, сверк­нув глазами. — Прямо хоть бери отпуск да поезжай хоть чуть-чуть посмотреть…

Стало понятно, что в школе в этом году, что-то намечается. Но вот что? Об этом никто из старших не проронил ни слова.

Я, Рон и Гермиона разместились в купе. Дождь стру­ями змеился по оконному стеклу, так что видно ничего не было. Рон открыл чемодан, достал старинную, бордовую выход­ную мантию и набросил ее на клетку Сычика, чтобы при­глушить его уханье. Сыч, был карликовой совой и принадлежал Рону. А у меня, как выяснилось, сова была большая красивая и белая. Потому, что полярная. Звали ее Хедвиг. Мы ее, кстати, отправили в школу своим ходом.