Попаданец который не в курсе (СИ) - "serj.guroff" - Страница 4

— Что? — н-да, а вот это косяк. Прокол, как говорится.

Тут мне пришлось выдумывать. Я рассказал, что у меня был знакомый русский и, что в моменты сильного волнения я могу непроизвольно перейти на этот язык. Особенно, когда хочется поругаться.

Объяснения мои всех удовлетворили и Гермиона с Невиллом отправились дальше, на поиски сбежавшего жаба.

А еще через некоторое время, дверь в наше купе снова открылась и вошли трое мальчишек. Посредине стоял худощавый, бледнолицый, белобрысый и какой-то прилизанный, что ли, мальчишка. А его сопровождающие выглядели, как парочка книжных шкафчиков. Этакие мелкие мафиози. Точнее мелкий мафиози со своими секьюрити.

— Это правда? — с порога спросил бледнолицый. — По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер. Значит, это ты, верно?

— Верно, — кивнул я.

— Это Крэбб, а это Гойл, — небрежно представил их бледнолицый, — а я Малфой, Драко Малфой.

Рон прокашлялся, явно маскируя свой смех. Драко Малфой неодобрительно покосился на Рона.

— Мое имя тебе кажется смешным, не так ли? Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Мой отец рассказал мне, что если видишь рыжего и веснушчатого мальчишку, значит, он из семьи Уизли. Семьи, в которой больше детей, чем могут себе позволить их родители.

Выдав эту убийственную тираду, Малфой снова повернулся ко мне:

— Ты скоро узнаешь, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всем разобраться.

Он протянул руку для рукопожатия.

— Ну, руку-то я тебе пожму, не развалюсь, — протянул я ему руку в ответ, — а вот насчет остального мне как-то непонятно. Может ты думаешь, что за пределами вашего мира все устроено по другому? Так вот вынужден тебя разочаровать. Там, все точно также. Тоже имеются те, кто круче остальных. Так, что ничего нового ты мне не сообщил.

Я прервался на некоторое время, а затем продолжил:

— А вот насчет, чтобы кто-то указывал с кем мне дружить, а кому морду бить, я протестую. Самым решительным образом. Так, что я и в дальнейшем, пожалуй, буду разбираться с этим самостоятельно. Если ты не возражаешь, конечно.

То, что в последнем предложении прозвучала явная ирония Малфой не заметил.

— Так, что ты иди и подумай, Малфой. Захочешь ли ты в дальнейшем со мной общаться.

Малфой со товарищи ушли, а вскоре мы приехали.

— Первокурсники! Первокурсники, все сюда! Эй, Гарри, у тебя все в порядке? — над морем голов возвышалось сияющее лицо какого-то очень здоровенного мужика, — Так, все собрались? Тогда за мной! И под ноги смотрите! Первокурсники, все за мной!

— Блядь. Ну все меня знают. — мелькнула у меня мысль.

Поскальзываясь и спотыкаясь мы пошли за великаном почти в полной темноте.

— Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! — крикнул он, не оборачиваясь. — Так, осторожно! Все сюда!

— О-о-о-! — вырвался дружный, восхищенный возглас.

Мы стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд.

— По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал наш сопровождающий, указывая на целую флотилию маленьких лодочек, качающихся у берега.

Я и Рон оказались в одной лодке с Гермионой и Невиллом.

— Расселись? — прокричал Хагрид, у которого была личная лодка. — Тогда вперед!

Рон сразу начал бухтеть про Малфоя, слизней и темных магов. Точнее начал-то он еще в купе, сразу после визита Малфоя, однако я к нему не прислушивался. Побухтит — перестанет. Ну, а если нет, то и хрен с ним. Собака лает, караван идет.

Путешествие по озеру много времени не заняло. А по прибытии к замку нашелся невилловский жаб.

— Ой, Тревор! — радостно завопил Невилл, а я подумал, что у моей совы тоже наверное есть имя. Знать бы еще какое.

А дальше, Хагрид, так оказывается звали великана, передал нас с рук на руки профессору Макгонагалл.

Она, в свою очередь, рассказала про факультеты и оценочную систему принятую в школе. И ушла, оставив нас на некоторое время.

— Гермиона, Невилл — обратился я к ребятам, — вы что-нибудь понимаете?

Они, как и все остальные, были взволнованы и немного испуганы. Ну, да, попробуй тут не испугаться. Сначала строгая Макгонагалл, потом еще привидения откуда-то повылазили. Я-то, как говорится, личность измученная нарзаном, в смысле натренированная голливудской продукцией, а вот детишки слегка испугались. Нужно было их отвлечь.

— Вот, смотрите. Допустим я не принес в факультетскую копилку ни одного балла, но семь лет проучился на факультете который занимал первое место. Я, что умнее от этого стану? Как лично меня будут оценивать-то?

Правда подумать как следует у ребят не получилось. За нами вернулась Макгонагалл и мы отправились в Большой зал.

Сам зал особого впечатления на меня не произвел. Бывал я, в свое время, в питерских музеях, расположенных в царских дворцах. А вот потолок, это действительно, было нечто.

— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала шедшая рядом Гермиона. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса».

Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Казалось, что Большой зал находится под открытым небом.

А дальше Макгонагалл с грохотом поставила перед нами табуретку и водрузила на нее старую, потертую шляпу. Оказалось, что распределение по факультетам осуществляла именно она. Но для начала она спела. Шляпа. Спела. Поющая шляпа, Карл.

Впрочем, чему удивляться? Если я понял, что говорит мне моя сова, то поющая шляпа это… так, досадное недоразумение, наверное. Из ее песни мне больше всего запомнились слова про наши помыслы.

— Все помыслы ваши я вижу насквозь, — спела шляпа.

— А ведь сейчас мое путешествие может завершиться. — подумалось мне. — Шляпа-то у нас телепат получается. Сейчас она прочтет мои мысли и выяснится, что никакой я не Поттер. А дальше, что? Какие-нибудь вивисекторские лаборатории?

Самое интересное, что волнения опять никакого не было. Почему так? Не могу понять. Вот, когда в поезде Гермиона починила мне очки, то я готов был прыгать до потолка, носить ее на руках и расцеловать. Еле сдержался. Радость была, а волнения не было. Сейчас, например, я спокоен как удав, хотя должен бы, по идее, на дерьмо изойти. От волнения. Но не волнуюсь. Как так?

Меж тем, распределение шло своим чередом.

— Грэйнджер Гермиона! — объявила Макгонагалл.

Судя по всему Гермиона, с нетерпением ждала своей очереди. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу.

— ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа.

А, вот Невилл весьма ощутимо нервничал. Он умудрился споткнуться и упасть, даже не дойдя до табурета. Шляпа серьезно задумалась, прежде чем выкрикнуть: «ГРИФФИНДОР». Невилл, услышав свой вердикт, вскочил со стула и бросился к столу, за которым сидели ученики факультета, забыв снять Шляпу.