Дневник на итальянском (СИ) - Харрис Элиза - Страница 44

Во мне всё замерло, стоило ему сильнее прижать к себе брюнетку, и оборвалось, когда их губы жадно слились в поцелуе. Я стояла, как вкопанная, посреди чертового клуба, где было куча парней, прожигающих меня взглядом и применявших попытки познакомиться, но, как дура, жадно и безотрывно наблюдала, как он целовал другую. Точно так же, как недавно меня. Овладел, использовал, а на утро скажет, что ничего между ними не было. Ничего, кроме того, что у него происходит с каждой, которая попадет в поле его зрения.

Мне хотелось расплакаться от разочарования в собственных пустых надеждах, развернуться и убежать, закрыться в своей комнате от всех, и просто лёжа позволять слезам омывать лицо. Но другая моя часть демонически требовала расплаты. Твердила, что не на помойки себя нашла, и может добиться кого угодно, стоит только ей захотеть.

В голове пронеслись отголоски утреннего поцелуя, сцены на кухне, его улыбка и ямочки на щеках…Взгляды в клубе, его напряженные челюсти и девушка рядом, позволяющая себе касаться его. Мстительный поцелуй, которым он ещё раз доказал, как легко играет людьми и их чувствами. Во мне горела злость, ненависть, вспыхнувшая с новой силой, и чувство обиды и разочарования, которого раньше я не испытывала. Я разочаровалась в собственных надеждах и зарождающих чувствах. Но была благодарна Джеймсу лишь за одно — он вовремя напомнил мне о своей сущности, и я больше не совершу одной ошибки дважды.

Глава 24

Love is Gone — Isaac Nightingale

Эрика

Мы с Эбби сидели напротив друг друга на круглых мягких диванах. Музыка пробирала каждую клетку тела, каждый нерв и волосинку. Кругом люди оживали, стоило им выйти в центр танцпола, а диджей заводил толпу ещё резвее.

Я изредка кидала взгляды на Эбигейл, которая сидела в таком же отсутствующем настроении, как и я. И только когда ладони стали белеть от силы, с которой я впивалась в них, как в голове всплыли мимолетные картинки, где Эбби так же отсутствующе сверлила взглядом кузена, который вышел из вип-комнаты, поправляя измятую рубашку и разлохмаченные волосы. Что происходило между этими двумя?

Я пыталась отвлечь свои мысли, больше не искать в толпе его силуэта, и не пытаться вновь взглянуть на ситуацию с другой стороны. Я окончательно сняла розовые очки в тот вечер.

— Как ты относишься к текиле? — вырвала меня из мыслей Эбигейл, ослепительно улыбаясь, и переклоняясь через столик ко мне.

— Я…не знаю.

— Не стыдись того, что в вои семнадцать ещё не перепробовала все спирты мира. Я тоже никогда не пробовала такие терпкие напитки. Но все случается впервые, правда?

Не знаю, что на меня нашло и откуда во мне появилась такая уверенность, что не думая, я слишком дерзко подозвала официанта, заказав текилу, произношение которой пришлось дважды уточнять у парня.

Я пыталась вести себя общительно и непринужденно, весело болтала и разглядывала танцующих по сторонам, но почему-то не чувствовала необходимости притворяться перед Эбигейл. Казалось, вся её сущность твердила о том, что девушке можно доверять. И рядом с ней не было необходимости казаться лучше, чем я была на самом деле.

Впервые в жизни, я почувствовала, как под кожей стало разливаться тепло от крепкого напитка, голова легко кружиться, размывая картинку перед глазами, а мышцы расслабляться, становясь тяжелыми. Мы с Эбби разговаривали. Много. И уж не знаю, был ли это алкоголь, или необходимость двоих излить душу.

— Знаешь, ведь до недавнего времени я была в их компании. Была такой же надменной стервой, как Ася, голова была забита дорогими шмотками, а взгляд падал только на обеспеченных мальчиков. — с какой-то неприязнью рассказывала Эбби. Ей была неприятна эта тема, и я видела, как тяжело давалось ей каждое слово, вынутое из прошлого. — Только на самом деле я была другой. Мне было некомфортно жить в образе, который я на себя надела. Отвратительно было казаться той, кем я не являлась и вечно притворяться. Ждать одобрения от окружающих, считать, что останься я одна, буду отвергнута обществом. Но ни черта подобного, Эрика! Поверь, стоило мне набраться смелости и взять себя в руки, как весь дискомфорт исчез. Мне не составляло проблемы тусоваться в спортивном зале с парнями, вместо того, чтобы обналичивать карту родителей в дорогих бутиках. Я не паниковала, когда проходила мимо компании бывших друзей, среди которых стала изгоем. Совершенно не парилась о том, что придется стоять за себя самостоятельно, а не прикрываться за престижем компании, в которой гуляешь и громкой фамилией родителей. Перестала принимать пагубное влияние и научилась самостоятельно принимать за себя решения.

Девушка отпила разноцветный коктейль из бокала и широко улыбнулась:

— И знаешь, Эрика, нет ничего лучше, чем когда ты кайфуешь от возможности быть самой собой. Такой, какой ты есть, со всеми вредными привычками и дурацким чувством юмора. Отвратительно вредным характером и своеобразным хобби для девушки. Просто сама мысль, что тебе не придется выдавать себя за другого человека, заставляет убедиться, что одиночество — не проблема. Лучше быть одиноким, чем с теми, среди которых необходимо притворяться.

— А ведь я привыкла жить в образе…

— Значит, привыкни выходить из него, больше не возвращаясь.

— Это не так легко, как кажется. — пожала я плечами, не понимая, зачем все это говорю постороннему человеку. — Иногда, мы не можем повлиять на обстоятельства, которые нас окружают. Как и на чувства, которые появляются в последствии них.

— Я тебя понимаю. Новый город, семья, дом, школа, новое окружение — это нелегко. Сейчас для тебя всё в новинку, всё чужое. Но если ты почувствуешь, что кто-то или что-то кажется тебе близким, твоим, желанным, не повторяй моих ошибок — не пытайся уйти от собственных чувств и желаний. Не отрицай надобности жить в моменте, не запрещай себе наслаждаться. Ведь кому какое чертово дело до того, как ты живешь?! Никто не в праве распоряжаться твоей жизнью, кроме тебя. Если, конечно, ты нотариально не заверишь наследство о распоряжении твоей жизнью.

— Ты права. — почувствовав некое облегчение, улыбнулась я.

И Эбби была чертовски права. Каждое сказанное ею слово врезалось мне в память, как влитое. Оно стало девизом и мотиватором по жизни.

— А в какой момент ты поняла, что компания…ну, их компания — не твое?

— Да с самого начала. — усмехнулась девушка. — С того момента, как ещё совсем малой, Рэн привел меня к ним. Сначала, его друзья казались мне взрослыми и крутыми. Я брала пример с девчонок, которые с начальной школы выделялись, и пыталась нравится остальным, чтобы не оставаться в тени. И я не оставалась. Только Аси это в какой-то момент перестало нравится. Она не любила делить внимание и славу. А когда я начала говорить и высказываться, поступать по-своему и выходить из её тени, девочка вовсе слетела с катушек. Она больше не была для меня примером, а скорее, той, в кого я превращаться не хотела. А все остальные казались мне просто отвратительными прихлебалами. Постепенно я начала отдаляться, когда появились конфликты с Рэном, стала избегать его, а потом и во все высказала все девочкам и вышла из образа «подруга главной стервы».

— Жалеешь?

— Только о том, что не поступила так раньше. Мне не хватало себя настоящей.

— А сейчас? Вы в конфликте?

— Мы на разных концах восприятия. Их главной целью является найти обеспеченных мужиков, и слезть с шеи родителей на новую, а ещё забулить того, кто не подходит по их стандартам «Эмертон Холлу».

— А я подхожу?

— Ты настоящая, Эрика. А они настоящих не любят. Поэтому, если станешь им проблемой, не ищи изъянов в себе. Они просто завидуют, что не могут перестать притворяться.

— Эбигейл, — потянулась я к рукам девушки через стол и улыбнулась. — Я рада, что встретила тебя. Правда, ты очень крутая. И искренняя. А в последние годы, это именно то, чего мне не хватало в жизни.

В какой-то момент, появилось ощущение, будто я снова совершила ошибку, открывшись постороннему человеку. Но взгляд девушки с теплыми добрыми глазами, которые пытались скрываться за надменным бесчувственным взглядом, растопили во мне любое сомнение. Мы вдвоем не хотели открываться новым людям, не планировали привыкать и искать поддержки, но обе, несмотря на протесты разума, чувствовали притяжение и необходимость кого-то, кто примет нас настоящих.