Дневник на итальянском (СИ) - Харрис Элиза - Страница 49

— Ты становишься таким, как и он…

— Я отключаюсь!

— Джеймс! — наигранная нежность мгновенно слетела с голоса матери, и я только больше убедился в неполноценности нашей семейки. Или того, что от неё осталось. — Мне нужно связаться с ним.

— У Карлоса закончились бабки?

— Не паясничай! У нас сейчас нелегкий период…это временные трудности.

— Твои временные трудности длятся уже пять лет. Отвяжись от отца. — психанул я. — Он тебе перестал быть должным ещё в зале суда после подписания договора о разводе. Ты итак отхватила приличную сумму. И, будь уверена, если бы он захотел оставить тебя ни с чем, ты бы ни копейки не получила. У него новая жизнь, новая жена и, поверь, она…

— Что…? — после минутной паузы, голос матери дрогнул. — Кристиан женился?

Неожиданно. Я-то думал, мать в курсе каждого шага отца даже с другого конца континента.

— А ты думал, всё ещё сохнет по тебе? — не удержался я от сарказма.

— Кто она?

— Это всё, что тебя интересует? — злость достигла своего предела. Вместо того, чтобы хотя бы вид заинтересованности в делах сына сделать, она продолжала везде искать свою выгоду. — Она лучший выбор отца. Не сомневайся, мачеха стала мне ближе за несколько недель, чем родная мать за все года.

На долю секунд, я заставил поверить себя в сказанное. Или, сказанное, было правдой, которую я упорно отрицал. Я не хотел, или просто не умел верить в нужность кому-то. А тем более, семье, в которой и без меня царит полная идиллия.

— Повторяю, исчезни из нашей жизни, как много лет назад. У тебя отлично это получается. А у нас своя семья, и ни отец, ни я, не хотим иметь с тобой ничего общего!

— Джей…

Голос оборвался, и злой, как черт, я влетел в кабинет отца, минуя секретаршу, которая уже привстала, чтобы остановить меня. Темноволосая голова зарылась в уйму бумаг на столе, но стоило двери удариться о стену, как папа перевёл внимание на меня.

— Ты любишь появляться эффектно.

— Перенял привычку портить момент у любимых родителей.

— Ты говорил с матерью?

Без слов, мы с отцом одновременно рассмеялись, зная ответ. Пожалуй, это единственное мое состояние, которое он успел выучить и знал наизусть, как я выгляжу, после беседы с родительницей.

— Сколько?

— Нет.

— Джеймс, ты же знаешь, если для тебя это важно…

— Я не хочу ничего о ней слышать! — слишком резко перебил я.

С раннего возраста я пытался находить смысл в поступках матери и жалел её. Считал, что отец довел жену до грани, не уделял ей внимания и не давал той любви, которую она заслуживала. Поэтому, из-за моей слепоты и прихотей, отец велся на поводу дибила сына и отстегивал ей крупные суммы. Благо, я вырос и открыл глаза. Надоело быть слепым щенком, которым мать вертит, как пожелает, для своей же выгоды. Я не стал об отце лучшего мнения, наши отношения по-прежнему остались натянутыми, но больше я не позволял мамаше говорить об отце плохо. Она утратила способность настраивать меня против него.

— Ты для этого меня позвал?

Выносливый взгляд отца смягчился. Он поднялся со своего места, обошёл кабинет и сел напротив меня.

— Хочу быть с тобой честен…

— Неужели? — ухмыльнулся я.

— Не перебивай! — повелительный голос отца вернулся. — Через неделю у Грейс день рождение. Я хочу сделать ей подарок в виде поездки в Грецию. Она настояла, чтобы вы с Эрикой полетели с нами, но…

— Мой ответ очевиден. Берите сестренку и гуд бай. — впервые, я был не уверен в своих словах. И какого черта, понять не мог. — Бать, ты ж знаешь, я ни на что не променяю пустую хату в моём распоряжении.

На губах папы заиграла ухмылка. Её я полностью перенял у него. Мама говорила, я точная копия отца в юности.

— Сын, мы, правда, хотим вернуть семью.

— Вернуть? У нас никогда не было семьи. Соседи, живущие под одной крышей — не более.

— Теперь, всё по-другому.

— У тебя всё по-другому. А у меня по-прежнему статус волка одиночки.

— Какого черта ты не даёшь мне шанса исправить отношения между нами? — отец никогда не придерживался статуса: отец-сын. Он всегда говорил то, что думал, независимо от мнений окружающих. Отвел сына на первую тусовку, налили коньяка в присутствии взрослых, научил гонять без прав и материться, чтобы тебя не считали не воспитанным. За это я его и уважал.

— Потому что этого хочет твоя жена, а не ты сам! — подлетел я. — Все семнадцать лет ты не замечал меня, как сына, а стоило Грейс провести проффилактическую беседу, так ты включился в роль. Не парься, тебе не придется притворяться.

— Джеймс, это не так! — отец встал на ноги, поравнявшись со мной. — Подумай…

— Я никуда не еду!

Путешествия со сводной я точно не выдержу.

И дверь кабинета с грохотом захлопнулась за моей спиной.

Глава 27

Эрика

Un Break My Heart — Toni Braxton

— Я никуда не еду!

Совместного путешествия со сводным я точно не выдержу.

— Эрика, когда ты стала такой упрямой! — продолжала подниматься следом за мной по лестнице мама.

— Когда ты была занята своей личной жизнь! — и я мгновенно пожалела о сказанном, замолчав. — Прости, я не то…

Впервые в жизни мы с мамой разошлись, не поговорив о конфликте. Никогда прежде у нас не было недоговорок, обид и эмоциональных всплесков. А теперь, я натянуто улыбалась, провожая маму и Кристиана, который трижды спросил, уверена ли я в своём решении, наблюдая из окна.

Идея полететь в Грецию была слишком заманчивой. Это была наша общая с мамой мечта уже много лет. Но я не чувствовала в себе желания лететь, когда дело дошло до этого. И меньше всего, мне хотелось испортить отпуск маме и отчиму, своими ссорами со сводным. Уверена, окажись мы там вместе, ничего хорошего из этого не вышло бы. Мы с трудом справляемся друг с другом, практически не пересекаясь, а в семейном путешествии, перегрызли бы друг другу глотки. Ну ладно, конечно, я преувеличивала, и это происходило бы не так кровожадно. Но шанс, что наши родители придушили бы нас первыми за то, что устали слышать бесконечные ругни и переговорки, был велик.

Мама уехала, и я почувствовала тоску. Впервые оставшись в одиночестве в чужом городе и чужом особняке отчима, я чувствовала себя настолько маленьким существом, что просто потерялась в себе. Даже было как-то непривычно, что в комнате напротив Джеймс не слушает громко музыку, внизу мама не смеется вместе с Кристианом, который приехал с работы, а с улицы не доносится рычание мотора.

И все же, эта неделя в одиночестве мне необходима. Это мой шанс порыться в себе и разобраться в чувствах, ни на что не отвлекаясь. Я буду учиться, готовиться к поступлению и готовить портфолио с эскизами. А завтра позову на ночевку Эбби, и мы отлично проведем время, как это происходило, пока я была дома. Закажем вредной еды, включим сериал или телепередачу, а в выходные поедем гулять в центр по освещенным фонарями улицам.

И я правда стараюсь больше ни о чем не думать, но Джеймс не выходит у меня из головы. Почему? Противоречивая личность сводного то отталкивает, то заставляет жалеть, что мы познакомились именно при таких обстоятельствах. А это самое ужасное, что приходит мне в голову. Я не должна считать его хорошим. Не должна искать причин, почему хочу так думать. Мне запрещено видеть в нём парня, и тем более…тот поцелуй никогда не должен больше повториться.

Клубный вечер в компании Сэма был потрясающим. До момента, пока не появился Джеймс. Новый знакомый хороший парень с красивыми чертами лица и приятной речью. Он заинтересовал меня и заинтересовался во мне. Только на утро я вспомнила, что по привычке дала ему свой старый номер телефона, который в связи с переездом был заблокирован. И лучше бы мы встретились ещё раз, узнав друг друга лучше, чем вместо него, я безустанно думала о Джеймсе и том, что поцелуй с ним не сравнился даже с Сэмом.

Мне срочно надо отвлечься от подобных мыслей. Занять себя всевозможной рутиной, общением с Эбби, учебой, найти новые знакомства…и не допустить того, что начало происходить со мной. Я не должна сделать неправильный выбор. Я не могу позволить ему получить желаемое.