Статус: Пропаданец (СИ) - Кот Виктор - Страница 50

— Откуда ж ты взялся, образина истеричная, — с досадой пробормотал я, прикидывая, как заткнуть половчее этого урода.

А потом я увидел рядом с ним … КАРТЫ! Вот она, подсказка! Он их и искал, похоже.

Невнятные выкрики от него прекратились. Видимо, нашёл, что искал.

Только вот карты не лежали на столе, он не держал их в руках, а… они летали в воздухе! И карты, и этот явно молодой и исполненный спесивых планов по завоеванию мира эльпир-юнец. Его стопы не касались пола, а балахон вздувался как платье Мерлин Монро, стоящей на решётке метро. Только решётки не было, и балахон не короткий. И кокетства в его позе ни на грамм! И вообще это мужик, окстись, Павел, куда тебя заносит?

— Шестёрка мечей! — снова взвизгнул этот жречишко, и снова раздался хлопок, звуки которых уже давно щелкали по ушам, но в гомоне и ватном шуме происходящего я раньше на них не обратил внимания.

От слов жреца ещё одна из карт, которые теперь левитировали в хороводе вокруг него, ярко засветилась и выскочила из круга. Она закрутилась вокруг своей оси прямо перед ним, от неё исходил магический фиолетово-серебристый свет.

И через мгновение раздался хлопок, а на меня полетели никем не поддерживаемые клинки в количестве аж шести штук (совпадение? не думаю). Их свечение выдавало нереальную, или магическую, природу этих пыркалок.

Напрямую столкнувшись с явным и ничем не объяснимым проявлением магии, я оторопело завис, наблюдая за мечами, как они на меня несутся. Охкоа не в счет, мы с ним скорее дянь-тянем занимались, чем реальную магию творили. Несущиеся на тебя шесть светящихся клинков без хозяев — это вам не какие-то накачка энергией перед боем или заморозки всякие!

И даже магию Алиса можно объяснить местными особенностями расы эльпиров. Но никак не эти левитирующие сами по себе тесаки!

— ПААВЕЕЛ!

С этим криком в меня прилетел кубок, что запустила Лилит со стола алтаря.

Спасибо, красавица! Я очнулся и просто рухнул на пол, пропуская над собой все шесть лезвий. Сзади послышался визг и клёкот с шипением.

Обернувшись, я сглотнул комок в горле.

Шестёрка мечей вся разом вошла по самые рукояти в плоть одного из наших харсов. Это он и визжал на своём, харсушьем языке.

И было от чего!

Непробиваемая шкура хар'ссушо расползалась под воздействием магии клинков, их фиолетовое свечение как будто разъедало плоть живого существа. И это было адски больно, раз харс так верещал. Прости, чувак. И спасибо. Твоя смерть не была напрасной и будет отомщена.

Кровь застучала у меня в висках, я подскочил из положения лёжа прям как тот Нео из Матрицы. Я испытывал дикое желание сделать очень больно этому колдунишке-обсоску.

А тот не терял времени даром:

— Пятёрка кубков!!! — снова закричал петушиным голосом картёжник, и далее пошла непереводимая игра слов: — Amanzi aba yiqhwa[1]! Der Teufel[2]!

Ещё две карты взорвались тихим звоном-хлопком, и в алтарной на всех дохнуло — холодом и жаром.

Мои ноги стали разъезжаться. Глянул вниз — лёд. Реальный лёд! Вот она, уличная магия Дэвида Блейна!

Теперь и я почувствовал невыносимое веянье угрозы, и стало не до шуток.

Дэвид Блейн, видимо, и сам пожаловал во плоти. Так же глазы пучит, только вот рожа не его. Огромный, хвостатый, с крыльями, как у летучей мыши. Промеж рогов перевернутая пентаграмма. В руке — факел. А внизу… Ой, мама, не смотреть бы мне туда! Дайте мне это развидеть! На причинном месте то самое причинное место гигантских размеров, только вот вместо такой родной и привычной ожидаемой головки… его вторая голова! И этот хобот с головой и уродливым личиком на конце похотливо то набухал, то спадал, а рот этой «морды лица» беззвучно искривлялся в немом крике от страсти. Как будто участвовал в невидимом гачимучи с кучей качков и явно был не актив.

Сиськи! Мне срочно нужны сиськи, чтобы вылечить душевную травму!

Немного помогла шальная мысль о его рогах на «младшей» головке — что при таком комплекте никакого комфорта тебе. То-то он, видимо, злой такой.

А лёд под нашими ногами ни разу не мешал этому спонсору всех моих будущих бессонных ночей начать крушить всё вокруг.

— Я! Есть! ТИФОН! — на уровне инфразвука мы едва различили его голос.

У меня зазвенело в ушах.

Под раздачу Демона попал и сам картёжник. На фоне этого громилы все эльпиры казались коротышками. А уж мой тщедушный картёжник — так вообще мухой.

Демон взмахнул своими лапищами в стороны и выпятил грудь, как будто чем-то накачивая своё и так мощное тело. Той самой уличной магией, наверное. Видно было, как струи эфира впитывает исполинская грудина этого «тифозного».

Хилый жрец отлетел от его взмаха и теперь стоял на карачках, ошалело тряся головой. Пытался прийти в себя.

— Однако, здравствуйте, — ответил я демону.

А как тут не ответить, когда с тобой знакомится такая няшная образина всех кошмаров всех измерений? От которой поджилки трясутся, хочешь ты того или нет.

И одновременно мне приходилось искать способ хотя бы не стать бифштексом, размазанным по полу, как он это уже сделал с парочкой жрецов. Спасибо, Тифоз, меньше противников нам остаётся. Правда, по сравнению с тобой они уже и не противники, так то.

— Я Павел. Не очень приятно познакомиться! — нёс я пургу, пытаясь не попасть под лапы демона. И хаотично бегал, уворачиваясь и стараясь остаться в живых.

Что делать, что делать, что делать?!

Демон махал лапищами, раскидывая всех вокруг. Кому повезло — дохли сразу. Слава Босху — не мои люди. Если кому не везло, то он ещё и наступал на них, вдавливая в мозаику мрамора и дуба, что крошились как стекло под его ногами. Кровавый фарш сочился сквозь его пальцы ног. Пальцы ног у демона из преисподней? В этом мире что-то явно пошло не так, если у козлоподобного демона вместо копыт нормальные человеческие ноги!

Ять, о чем я думаю, когда надо искать выход вместо прыжков кузнечиком под лапами Тифоза?!

Нашим хватило мозгов попрятаться за колоннами и в укрытиях. Один я, как дурак, вместе со жрецами путался у него под ногами вместо того, чтобы исполнить тактический манёвр отступления для перегруппирования и переосмысления исхода битвы.

Вон, ещё один суицидник из жрецов, кинулся на него как тот террорист-смертник, обвешанный тротилом. И чего он этим хотел добиться? Мы же как мыши для этой скалы. Алах акбар в помощь, болезный! А демон и рад — нанизал его на свой рог, и отшвырнул подальше уже дохлое тело. Не буду уточнять, какой именно рог.

А картёжник совсем умом тронулся: он опять висел в воздухе, что-то бормоча и колдуя над своими картами.

Да он мне так все карты израсходует, зараза! С чем я потом к Босху явлюсь? С коробкой от этой колоды? Если она вообще есть!

Я схватил первое, что попалось под руку, и запульнул этот комод (комод?! откуда здесь комод и как я его так легко подхватил?! а, ладно, нет времени объяснять) прямо в этого картёжника.

Мне он был нужен живым, потому ни бластеры, ни мечи не подходят для его нейтрализации.

Кто там ближе всех к нему? Анжелика! Как она тут оказалась?! Все должны сидеть и не отсвечивать, чтобы остаться в живых! А, пофиг!

— Анжелика, — проревел я в суматохе избиения кутят, — пеленай картёжника! Он нам нужен живым!

А сам я каким-то чудом переместился на его место, пнув от себя уже бесчувственное тело бывшего повелителя карт, почившего в подсознании под комодом — в сторону девушки, чтобы оттащила и обездвижила нового «языка».

Я схватил остатки колоды и уже не заботился о её сохранности.

Если из неё можно вытащить такого монстра, то ею же можно его обратно и загнать. Лихорадочно перебирал в руках карточки в поисках подходящей контр-меры, но тут раздался женский сдвоенный вскрик.

Повернув на крик голову, я понял, что не успеваю.

Жрецы вовремя «переобулись», плюнув на нас: они явно прекрасно понимали, что это за тварь, и что им не выжить. Всеми остатками живых эльпиров они закидывали эту образину из кошмаров Кинга своими заклятиями и огнём. А отдельная группа культистов творила совсем неимоверное, от чего я и завыл мысленно.