Их сокровенная тайна (СИ) - Верцун Дарья - Страница 39

— Отпусти его, — настойчиво сказала я. Внутри, словно иглы кактуса, впивалось чувство надвигающегося скандала. Я до боли в сердце не хотела, чтобы эти два самых дорогих мне мужчины ссорились, тем более, что причин для этого в самом деле не было. Меня возмутила реакция брата хотя бы из-за того, что ядовитой болью обожгло чувство горькой несправедливости. Неужели Паша не видел, что я стала счастливее с Дэном? Неужели я не заслужила этого? Но тот, словно не слышал, пуская взглядом яростные стрелы в друга.

— Я тебя присмотреть за ней попросил, а не член в неё свой сунуть.

— Фу, — в негодовании произнесла я. — Никто в меня ничего не сунет! Как ты вообще мог такое сказать?

И тут раздражение уже начало брать верх над Дэном. Его лицо исказилось в озлобленной гримасе, глаза, словно кровью налились. Недолго думая, он занёс кулак, и удар обрушился Паше в челюсть. Тот отшатнулся назад, ошарашенно смотря на друга и потирая покрасневший участок кожи.

— Думай, что несёшь, идиот! — злобно прорычал Денис.

Придя в себя спустя несколько мгновений, брат сорвался в сторону друга.

— Ах ты засранец! — повалив его на пол, навалился сверху, и они продолжили бороться, нанося ответные удары. Первые секунд сорок я стояла, шокировано наблюдая за разворачивающейся катастрофой, и не могла пошевелиться, но выйдя из оцепенения, я тут же попыталась их размирить, но чей-то кулак пронёсся в миллиметре от моего лица, и я, вовремя увернулась.

— Прекратите! Да перестаньте же дурака валять! — я безуспешно попыталась стащить взявшего верх Дэна со своего брата, но всё без толку. Паша заехал Дэну в нос, а тот отомстил, пнув Пашку под дых.

— Ты думаешь, я не знаю, как ты со своими бабами себя ведёшь? — не унимался брат.

— Достал пустозвонством! Она не “бабы”!

— Ты же попользуешься ею и бросишь! Так делаешь со всеми?!

— Что ты сравниваешь жопу с веником?!

— Интересно, кто из них моя сестра — жопа или веник?

Я зло прорычала и рванула в комнату. Наспех переоделась в свою одежду, распахнула дверь и, быстро шагая к вешалке, в сердцах воскликнула:

— С меня хватит! Делайте что хотите, я ухожу! Хоть, поубивайте друг друга к чертям, мне плевать! — щёки горели от злости на двух взрослых мужчин, которые вели себя хуже маленьких детей.

Первым прекратив драку, Дэн попытался подняться, но Пашка зацепил его и тот, споткнувшись, чуть не влетел лбом в спинку дивана. Сбросив с себя его руки, выплюнул:

— Да отвали ты уже! — и снова перецепившись через специально подставленную Пашей подножку, зашагал за мной.

— Идиоты, — проворчала я, сдерживая слёзы. Вот не буду плакать из-за этих придурков, не заслужили. Ведь даже не попытались спокойно поговорить. Даже несмотря на годы дружбы.

Господи, что за проклятье! Почему в моей жизни не может быть всё легко и просто? Почему?!

— Ты куда? — вытирая кулаком тонкую струйку крови с губы, округлил он глаза в искреннем непонимании.

— На все четыре стороны, от вас подальше, — сухо ответила я, наматывая на шею шарф.

— Эй, подожди, — поднявшись на ноги, поспешил к нам брат.

Пристальным взглядом я окинула обоих мужчин. У Дениса были подбиты нос и губа, у Паши начал багроветь синяк под глазом. Оба были потрёпанными, запыхавшимися и сердитыми.

— Нет, я тебя никуда не отпущу, — обратно стаскивая с меня шарф, заявил Денис.

— А я что, спрашивала у кого-то разрешения? — цепко ухватилась я за свою вещь.

— Я с ним согласен, — послышался голос Паши. — Куда ты в таком состоянии?

Язвительно фыркнув, я взорвалась:

— А кто виноват в этом моём «таком состоянии»? Вы два взрослых мужика, что вы устроили? Посмотрите на себя, вы чуть не прикончили друг друга. У тебя вон губа и нос разбиты, — я бегло коснулась пальцем ссадин, от чего Дэн болезненно скривился и дёрнулся. — У тебя — фонарь под глазом, — ткнула я пальцем в грудь брата. — И всё из-за чего? Из-за того, что вы забыли, что есть такой орган у человека — язык — и с его помощью можно разговаривать?!

— Он первый начал, — буркнул Паша.

— Да фигу, ты в меня мёртвой хваткой вцепился, — парировал Дэн.

— Зато ты кулаками махать первый начал.

— Потому что орган твой, язык, повёл тебя не в ту степь!

Шумно выдохнув, я топнула ногой. Моему терпению пришёл конец.

— Достали, — прошипела я. — Видишь, — бросила я Дэну в сердцах, — а два с половиной года назад было бы всё ещё хуже!

— Какие два года? — недоумённо произнёс Паша.

Рванув меня на себя, Дэн заключил меня в уютные крепкие объятия и зарылся носом в копну волос.

— Э! Руки! — недовольно гаркнул брат.

— Отвяжись, — отозвался Денис, потершись щекой о мою макушку и оставляя на виске трепетный поцелуй.

От этого ненавязчивого жеста я немного успокоилась. Глубоко вздохнув, прислонилась ухом к твёрдой мужской груди, источающей тепло и чувство надёжности и с удовольствием прикрыла глаза, а открыв, я встретилась с озадаченным взглядом брата, готовясь к тому, что теперь мы непременно должны всё обсудить, и он меня обязательно выслушает и поймёт. Ну или хотя бы попытается.

Денис и Паша сидели по разным сторонам дивана, отвернувшись друг от друга, и упорно делали вид, что один второго не замечает. Покопавшись в морозильной камере, я взяла пару кусков замороженного мяса, каждый обмотала полотенцем и отнесла парням. В ванной нашла перекись и ватные диски, подошла к дивану и опустилась на пол. Прижимая импровизированные холодные компрессы к местам ушибов, оба уставились на меня.

— Чего так смотрите? — спросила я, открывая бутылочку перекиси и смачивая диск.

— Это тебе зачем? — Паша неуверенно кивнул в сторону медикаментов.

— Это не тебе, не переживай, — огрызнулась.

Колотить друг друга они не боялись, и больно им не было, а перекись увидели, и два мужественных лица исказились с явной толикой страха.

Подошла к Дэну и, склонившись над ним, принялась обрабатывать ссадину на губе. Зашипев от боли, он поморщился, но противоречить не стал.

— Ага. Так тебе и надо, — буркнул брат.

— Заткнись, а то сейчас ещё отхватишь, — не остался в долгу Денис.

— Сейчас вы у меня оба отхватите, — пригрозила я. За последние пятнадцать минут я испытала всю палитру негативных эмоций, и с удовольствием выместила бы их на виновниках моего испорченного настроения.

Дэн виновато посмотрел на меня и вдруг тихо засмеялся, пока я прижимала вату к уголку его губы:

— Видел бы ты себя, когда я тебе в челюсть заехал. Такого недоумения на твоём лице я ещё не видел.

Хмыкнув, Паша ответил:

— А ты красиво летел башкой в диван.

Из сдерживаемого смех превратился в раскатистый, и уже, похоже, ни. один из мужчин не злился, чего не скажешь обо мне. Издав утомлённый вздох, я уронила руки и осела на пол, опустив взгляд. Наконец-то, эмоции смогли выйти наружу, и глаза защипало от навернувшихся слёз.

— Ну… — явно не ожидая такой реакции, произнёс Дэн. Обхватил меня руками за плечи, приподнимая, и усадил на диван между собой и Пашей. — Милая, ты чего?

— Кристин, ну правда, вспылили, — сказал брат. — Да с кем не бывает? Зато будет что вспомнить и над чем посмеяться в будущем, — он отложил в сторону ледяной свёрток.

Строго посмотрев на брата, я хмуро сдвинула брови.

— То есть, ты считаешь, что это было смешно? — не дав ему ответить, я обрушила на него свой гнев. — А знаешь, каково было мне? Да вы меня чуть до инфаркта не довели, сцепившись, потому что думала, прибьёте друг друга. Чёрт знает что.

— Слушай, я…

— Нет, я наслушалась и насмотрелась уже достаточно. Думаете, мне было приятно смотреть, как два дорогих мне человека избивают друг друга?

Нервно перебирая пальцами, Паша задерживал изучающий взгляд то на мне, то на Дэне, явно расставляя по полочкам свои мысли после несвойственного ему проявления импульсивности.

— Ты сказала, что «два года назад было бы ещё хуже», — задумчиво произнёс он, оставив мою пламенную речь без ответа. — Что это значило?