В паутине лжи (СИ) - Даль Аля - Страница 11

— Тем не менее, ты очаровала меня за одну встречу, — Стефан нашёл мою свободную руку и начал бережно разминать пальцы осторожным нажимом. — И теперь я здесь, перед тобой, хотя ты даже не приглашала меня.

— Но в глубине души я очень этого хотела, — призналась я, не ощущая неловкости. Романтическая откровенность настраивала на другой лад — чувственный. — А знаете, чего ещё я хочу?

Стефан бросил на меня вопросительный взор. Я грациозно встала с места, пересев к нему на колени. Запах его тела опьянял сильнее вина. Стефан не пользовался парфюмом, по крайней мере, я его не чувствовала. Он пах мужчиной. Безумно вкусно, настолько, что невыносимо хотелось попробовать его целиком. Стефан не сопротивлялся моей настойчивости, наоборот: одарил меня тёплой улыбкой и нежно обхватил за талию. Склонившись к его уху, я жарко прошептала:

— Я хочу тебя раздеть.

Не дождавшись ответа, я прильнула к уху, ощутив, как по его телу от головы до пят пробежали мурашки. Стефан добрался до пояса, которым был перевязан мой халат, мастерски разобрался с ним и откинул подальше. Оставшись без одежды, я ощутила прохладу комнаты и невероятно тёплые руки, обжигающие кожу одними только прикосновениями. Конечности мгновенно замёрзли, что неудивительно: на дворе не май месяц, а тепло от печки не вечное.

Чтобы совсем не замёрзнуть, я начала активно помогать мужчине снять одежду. Когда Стефан остался без рубашки, я коснулась влажным ртом его сухих губ, прильнула к его чистому, горячему телу, в надежде побыстрее согреться. Первый поцелуй оказался пылким, коротким, будто засунула руку в горящий костёр и обожглась, резко вытащила ее.

— Ты совсем замёрзла, — заключил Стефан, трепетно ощупывая мои руки. Оторвавшись от губ, я заглянула в его глаза, томный взгляд которых сводил с ума, заставляя чувства скручиваться в узел внизу живота.

— Согрейте меня в кровати, — невинным голосом попросила я, и ему больше не нужно было ничего другого. Он хотел подхватить меня на руки, но я ловко выкрутилась — решила пожалеть его спину, встала на ноги и начала игриво манить за собой, уверенно пятясь к кровати.

Вскоре отступать стало некуда, я ногами ощутила матрас, устланный свежим постельным бельём. Когда Стефан приблизился и вновь обхватил меня за талию и попытался поцеловать, я игриво развернула его спиной к кровати и бережно уложила. Сегодня мы будем заниматься любовью по моим правилам.

Взирая на него сверху вниз, я увидела во взгляде полное одобрение, и по телу пробежала дрожь. То ли от холода, то ли от возбуждения — я не знала. Стащив с мужчины брюки, я обнаружила, что он готов уже давно. Мне очень хотелось попробовать его на вкус, но желание ощутить член внутри было сильнее. Под пристальным взором Стефана я забралась на него сверху и уселась на пах, почувствовала под собой сводящую с ума твёрдость, но не вводила его, растягивала удовольствие, распаляя нас обоих ещё сильнее.

Стефан времени зря не терял: как только я оказалась сверху, прильнул к моей груди. Сначала нежно целуя одну, пылко ощупывал другую, затем с огненным напором тискал и покусывал обе поочерёдно, из-за чего я сильно увлажнилась и едва держалась, чтобы не застонать. Тяжелое дыхание любовника доносилось до моего уха. Мне казалось, что он тоже распалился не на шутку, поэтому перестала ёрзать на члене, пульсирующем от моих движений, и рукой направила его внутрь. От ощущения его члена во мне я закатила глаза и протяжно простонала, ухватившись за жилистые мужские плечи. Помедлив несколько секунд, я начала двигаться, доставляя удовольствие нам обоим. Стефан лежал подо мной и довольно, с восхищением разглядывал мое тело, помогая руками. С каждым движением в комнате становилось невыносимо жарко. Руки согрелись, стопы содрогались разве что от коротких разрядов наслаждения — предвестников большого и невероятно желанного внутреннего взрыва, от которого тело пробирает нестерпимым удовольствием.

— Ты безумно красива, — прошептал он, заглянув в глаза, проникая совсем глубоко, прямиком в мое сердце. Я закусила губу, продолжая ритмично двигать бёдрами. Возбуждение накатывало тяжёлыми волнами. Хотелось сменить позу, ощутить его глубже и сильнее.

— Возьми меня сзади, — сквозь стон умоляла я. Стефан привстал, осторожно снял меня и уложил рядом. Я перевернулась на живот, приподняла бедра. От ощущения того, с каким напором его пальцы вцепились в мои ягодицы, я громко простонала и закусила покрывало. Стефан пристроился сзади и вновь коснулся членом моего лона. Влага стекала по бёдрам, заставляя меня, разгоряченную, содрогаться от холода. Одним движением он заполнил меня целиком, заставив простонать его имя в постель и зарыться в ней лицом. Его размеренные движения доставляли ни с чем не сравнимое удовольствие. Он постепенно набирал темп, а я запустила пальцы к клитору, чтобы измучившая меня похоть наконец нашла выход.

— Ещё, боже, ещё… — сбивчиво шептала я. Стефан брал меня осторожно, но твёрдо и уверенно, так, что я все чаще и чаще начинала сжимать его внутри, чувствуя, что подхожу к пику. Поднявшись на руки, я захотела развернуться к нему лицом, но как только мы вновь соприкоснулись взглядами, я ощутила сильную дрожь в ногах, разбившуюся по всему телу приятным, но, к сожалению, коротким наслаждением. Стефан замер, держа меня в руках, и вдруг сам закатил глаза и сжал губы, закинув голову назад. С десяток секунд он не отпускал меня, пытался отдышаться, но потом уложил на кровать и улёгся рядом, укрыв нас обоих. Кровать была тесной, поэтому даже теперь я слышала, как он восстанавливает дыхание, как сильно бьется его сердце, и могла до самого момента сна наслаждаться запахом его тела.

Давно я не просыпалась с чувством полной эйфории, пронизывающей меня с головы до пят. Ощущение, будто всю ночь плавала в облаках, нежилась под теплым летним солнцем, и даже прохладная постель не испортила настроение. Несмотря на приятные ощущения, я с трудом оторвала голову от подушки. Головная боль вернулась, но ее природа стала понятна, когда я посмотрела в окно. Желтые лучи утреннего солнца проникали через стекло, оповещая мир о рассвете. Значит, я проспала всего несколько часов. А Стефан?

Обернувшись, я обнаружила вторую половину кровати пустой. Стало немного грустно. Нежели мне все это снилось? Нет, не может быть. Слишком реалистично, слишком хорошо и приятно. Я не могла обмануть себя так жестоко. Наверное, Стефан проснулся раньше и ушел, не разбудив меня. Удивительный он все-таки человек. Совсем не кичится статусом, общается с подчиненными на равных. Наверное, так и выглядит сила характера, который даже безграничная власть оказалась не способна испортить.

Что же, раз встала, то нужно собираться на работу. Сегодня должны передать протоколы допросов мужчин, растворившихся в воздухе. Может, и наружка, выставленная следить за домом круглосуточно, что-нибудь да увидела. Встав с кровати, я побрела к умывальнику, но мой взгляд зацепился за бумажку, оставленную на столе. Удивившись, я поспешила взять ее в руки. Это оказалась записка, написанная красивым, аккуратным почерком с резким наклоном влево.

“Завтра до обеда у меня”, — гласила бумажка, подписанная схематичным рисунком хищной птицы, похожей на ястреба. У Стефана, если верить рассказам сослуживцем, была и такая кличка. Забавно. Не будем же мы заниматься любовью в таком людном месте, где у стен наверняка есть не только уши, но и глаза. Значит, речь пойдет о задании, ради которого Стефан ко мне некоторое время присматривался.

Так или иначе, стоит спрятать записку до завтрашнего дня. Я села на корточки, отодвинула ковер и нащупала единственную не вбитую намертво доску в полу. Как можно бесшумнее вытащив, я отложила деревяшку в сторону и опустила руку в мой драгоценный тайник. Шкатулка, которую я достала, блестела, как новенькая. Приходилось иногда обрабатывать ее магией, чтобы не отсырела, не оставила меня без памятных вещей. Резной рисунок виноградной лозы был еще и мудреным механизмом, с помощью которого шкатулку можно было открыть. Я нажала на две левые ветки одновременно, послышался щелчок, крышка медленно откинулась назад. Записку я положила внутрь, рядышком с фамильным талисманом, о котором, я надеялась, никто и никогда не узнает.