Двуликий. Том 1 (СИ) - Василёв Виктор - Страница 43

Сказав это, он вытащил из кармана небольшую призму, подбросил ее в воздух. Мгновение и она превратилась в сотканную из света птицу.

— Это заклинание Феникса. Одно из мощнейших в школе света. Немногие боевые маги могут использовать его, тратят годы на освоение. Но артефакторам не ведомы такие ограничения, — с жаром сказал он. — Мы не превращаем себя в инструменты какой-то школы магии, мы сами их создаем, не загоняя себя в рамки. Успешный артефактор с подходящими талисманами легко заменит целителя, воина или друида. Более того, мы превосходим их все, так как можем всецело использовать творения прошлых поколений, а не начинать путь с нуля.

Сделав паузу, профессор продолжил:

— Именно благодаря артефакторам стало возможно перемещение между мирами, мы создали систему порталов, объединившие наши планеты. Именно мы изобрели накопители, что позволило экспортировать энергию в метрополию и сделать наше королевство сильнейшим. Ни одна из школ не добилась подобных успехов. И это только вершина айсберга, сегодня я расскажу вам что вы сможете сделать с артефактами всего лишь через несколько месяцев учебы.

Не спорю, профессор и его «клешни» выглядели жутко. Но его энтузиазм подкупал. Он с жаром рассказывал про свою школу магии, описывал ее достоинства, приводил примеры из жизни.

Даже я задумался о выборе. Но всего на секунду.

— Есть вопросы, минхеры и мефрау маги? — спросил он, когда лекция подошла к концу.

— Профессор, сталкивались вы с ситуацией, когда маг вашей школы оставался без артефактов? — подняв руку, спросил я.

— Конечно, молодой человек, — подняв руки, сказал Кохорн. — Эта история произошла лет пятнадцать назад… с моим другом. Во время войны его тоже сильно ранили в обе руки. Зачарованный доспех спас его от немедленной гибели, но накопители и управляющий контур были разрушены. Тяжелая броня превратилась в гроб. Остальные артефакты оказались непригодны — битва была жаркой.

На секунду голос старого мага изменился, его глаза затуманились, но потом он продолжил обычным голосом.

— Самостоятельно он снять доспех не смог, двигаться в нем — тоже. Рядом не оказалось никого способного протянуть руку помощи, простите за невольный каламбур. Он находился в сознании, но понимал, что это ненадолго. Поэтому он собрал остатки магии и сформировал небольшой огонек. Им он вывел на земле нужные руны, грунт уплотнился, образовал под ним прочный настил. Тогда он вывел еще одну цепочку рун, а потом еще одну. Земляная платформа поднялась в воздух и стала медленно двигаться в сторону своих. Соображал маг туго, магию творить не мог, но ему это уже и не требовалось. Влитой энергии хватило, чтобы добраться до своих, где его нашел наш доблестный офицер и вынес с передовой.

Сомнений у меня не было, что Кохорн рассказывает о себе. Засветившаяся от гордости на фразе «доблестный офицер» Лист только укрепила мою уверенность.

— К чему я рассказал эту историю про моего друга? Даже израненный артефактор, лишившийся своих инструментов и обоих рук способен позаботится о себе. Артефактор — не маг, увешанный побрякушками. Артефактор — маг, способный создать инструмент из чего угодно в любой обстановке. Запомните это, минхеры и мефрау!

После этой истории парни засыпали профессора вопросами про «друга», он рассказал еще несколько историй, а потом распрощался с нами.

На второй день лекция прошла не в аудитории, но на полигоне.

Профессор принес с собой дюжину артефактов и демонстрировал их эффектность и эффективность. В этот раз он не травил байки, зато бойко и максимально доходчиво объяснял за какое время можно научиться создавать артефакты, за какую сумму их можно продать.

Если истории про героические подвиги запали в душу парням, то сухие цифры чистой прибыли заинтересовали многих девушек.

Меня же описание артефактов и их цены опечалили.

На ярмарку боевой специализации я не пошел, вместо этого тренировался вместе с Луной. Из-за дефицита преподавателей и мероприятий у старших курсов отменили часть занятий.

На занятия у друидов я все-таки решил сходить.

— О, Маркус, садись! — воскликнул Юлий, когда я вошел в аудиторию. Помимо него здесь сидели три девушки — рыжая, брюнетка и блондинка. Я с трудом вспомнил их имена: Лина, Эйра, Вельга. Правда, кто из них кто я бы не сказал. Три подружки постоянно ходили вместе.

Я одно время думал, что они сестры, но фамилии у них оказались разные. Правда, вспомнить их я так и не смог. Не видел смысла запоминать.

Других студентов не было.

— Я думал, людей будет больше, — пожав руку приятеля, сказал я.

— Большинство собрались в артефакторы и боевые маги. Здесь только те, кто всерьез собрался стать друидом. Что ты здесь забыл, друг мой?

— Задам тебе тот же вопрос, но я уже догадываюсь какой будет ответ, — тихо сказал я, садясь рядом.

Юлий сально улыбнулся.

— Нет, ты не прав. Я действительно заинтересован. Особенно после того, как Влад сказал, что мне у друидов делать нечего и нашей семье это не нужно.

Понятно, старший брат решил действовать от обратного. Интересно, если Юлию сказать, что что-то делать нельзя — он обязательно это сделает? Или это исключение из правил?

— Ты не думал, что я тоже заинтересован?

— Ты? Нет, Маркус, ты не из тех ребят, что будут выращивать цветочки и возводить плотины. Будь ты целителем, я бы к тебе не пошел, прибьешь же ненароком, просто по привычке.

— Спасибо на добром слове, — не скрывая иронии, сказал я.

— Всегда пожалуйста. Глаза у тебя страшные. Такие обычно у боевых…

Почему он так решил и откуда Юлий это знает, я узнать не успел. Появление преподавателя оборвало беседу.

Сначала я заметил тяжелый посох, высотой почти в три элла. Светлая древесина была полностью обвита густой вязью рун. На фоне этой «палки» полностью терялась преподавательница — молодая женщина ростом в два элла.

Светлые волосы, добродушное лицо, простое зеленое платье. Массивный золотой перстень с рубином не вязался с ее образом.

— Здравствуйте, студенты. Ирис Дагерад — так меня зовут. Маг, профессор, самая молодая выпускница университета, кавалер ордена золотого сердца и прочая, и прочая. Но оставим в сторону регалии. Вы уже послушали истории Кохорна, байки Омена. Все они хороши, в них даже есть зернышко правды. Боевые маги — разрушители. Артефакторы — приспособленцы. Целители — конопатчики. И лишь мы созидатели. Именно мы творим совместно с природой новое. Боевые маги могут хвастаться, что загнали левиафанов в заповедник, но кто построил его стены? Мы. Целители спасают жизни, но если бы не богатые урожаи и мощные города, в их трудах не было бы смысла. И это тоже обеспечиваем мы. Артефакторы создают свои поделки, но они скованы материалами и гульденами. У нас таких ограничений нет.

Сделав драматическую паузу, женщина продолжила.

— Раз вы пришли сюда, значит понимаете важность этой школы, перед вами не нужно распинаться. Поэтому я сразу проведу вводную лекцию, готовьтесь записывать.

«Пока это худшая демонстрация из всех», — подумал я, доставая тетрадь. Правда, ужас на лице Юлия меня немного развеселил. Пришлось вручить ему несколько листов и ручку, их он просто с собой не взял.

Лекция вышла интересной, но после нее я задумался о протезе, как у Кохорна — рука отваливалась.

Когда Дагерад закончила, девушки ее обступили и завалили вопросами. Что-то подобное я видел, когда одноклассницы окружили беременную учительницу.

Следом за студентками отправился Юлий, правда, если дамы светились от энтузиазма, то младший Алькасар напоминал преступника, идущего на эшафот.

— Удачи, — хлопнув его по плечу, сказал я. Парень слабо улыбнулся.

— Спасибо, но я точно справлюсь без нее!

Сказав это, он с решительным видом направился к профессору. Я же поспешил выйти из аудитории. Присутствовать при это я точно не хотел.

Глава 18. Открытия

Из аудитории я вышел крайне задумчивым. Лекция оказалась полезной, но много мне не дала.