Будь моим парнем на лето, или стань моей девушкой навсегда (СИ) - Палла Иоланта - Страница 41

Олеся

Описать то, как орет тётка, просто невозможно, а она голосит так, что уши закладывает. Несколько минут назад уехала полиция, и сейчас в большом зале ее кафе сидели все мы: виновника торжества — Кира и Денис, лига справедливости — я и Яр, Алебьев старший, явно озадаченный проступком сына, мама, уставшая и задумчивая, Войский старший с каменной маской вместо лица и, собственно говоря, тёть Соня с невидимым рупором, который превращал ее голос в настоящую пытку звуком.

— Ниже падать уже некуда, — бросает ядом тётушка, смотря только на Юрия Петровича, — я знала, что ты гад, но сына подсылать с его девушкой…

— Я не его девушка.

Краснеет Кира, но от взгляда старшего Войского быстро закрывает рот и начинает изучать свои пальцы. Не поняла, почему ее родителей не оповестили, точнее понимаю, что Александр Витальевич постарался, но… Почему он разбирается не только за сына, но еще и за его бывшую? Или не бывшую? Голова кругом. Наверное, если бы не горячие пальцы Ярослава, которые он переплел с моими, то я бы надумала лишнего.

— Все из-за кафе? Господи, да не забираю я твоих клиентов. Когда же это кончится?

Тётя тяжело вздыхает, снижая тон.

— Софья Павловна, на пару слов. — Александр Витальевич спокойно отзывает тётю в сторону и что-то ей говорит, а я чувствую себя ужасно, вспоминая, какой ор тут стоял, пока не приехала полиция, за ней прибыли и все остальные.

Яр с Денисом подрались, потому что последний хотел уйти, а первый ему не позволил. Сцепились словно пара бешеных псов, и теперь у одного был разбит нос, а у другого губа. Самое обидное, что ни я, ни Кира не смогли их остановить. Атакшиева только верещала, а я пыталась вразумить. Зря. Все зря. Кулаки они друг о друга почесали отменно.

Теперь вопросов к Войскому у меня стало намного больше. Он и Денис так друг друга крыли матом, что волосы дыбом вставали, а эти намеки? Между ними произошло что-то серьезное, и я не понимала, что именно. Ни одного, ни второго я не знала, а вот тётя… Она оказалась права насчет Дениса, и из-за этого сомнения в душу залегли такие, что просто словами их не ликвидируешь.

— Лесь, все нормально?

Лицо Яра хмурое. Смотрит на меня, не отрывая взгляда, усиливает нажим пальцами на мою ладонь и тяжело дышит, пока я скольжу глазами на его разбитую губу. Вдруг… Вдруг то, что говорила тёть Соня о нем, правда? Может, мне все-таки стоит опасаться?

— Порядок. Да.

— И почему я тебе сейчас не верю, Смирнова?

Пожимаю плечами и кусаю губу. На данный момент мне очень хочется уйти из кафе и закрыться в комнате. Только вряд ли получится в ближайшее время остаться наедине с самой собой.

— Ярослав, Кира, пойдемте. — Александр Витальевич машет рукой к себе, пока тёть Соня возвращается на свое прежнее место.

— Я остаюсь. — Скрипит зубами Войский младший, чего не сказать о Кире.

Она быстро поднимается и идет к отцу Яра. Тот не повторяет. Лишь прищуривается, и, видимо, этого достаточно для его сына. Есть же в семье знаки, которые сильнее слов, вот и сейчас я наблюдаю именно такой случай. Ярослав поворачивается ко мне, наклоняется к уху, изображая объятие, и сжимает руку так крепко, что я кусаю губы.

— Мы еще поговорим. Не думай ничего лишнего, Лесь. Хорошо?

Я не отвечаю. Даже не смотрю на то, как эти трое уходят из кафе. Теперь атмосфера еще напряженнее. Юрий Петрович расслабляет галстук, скидывает пиджак и садится за стол напротив сына. Желание сбежать еще сильнее.

— Что скажешь, Софья Павловна? Твои условия? — Старший Алебьев испепеляет сына взглядом, а тот злобно смотрит на отца.

— Никаких условий. — Фыркает тётушка, складывая руки на груди. — Пусть полиция с вами разбирается. Они по части преступников, а не я.

— Соня…

Юрий Петрович бросает на тётю многозначительный взгляд, но она лишь фыркает, как дикий зверек.

— Что, Соня? Что ты хочешь от меня сейчас? Милосердия к твоему испорченному сыночку? Не дождешься. Яблочко от яблоньки не далеко упало.

— Я не знал об этом!

Мама резко поднимается, когда эти двое повышают друг на друга голос.

— Сонь, мы лучше пойдем. Или остаться?

— Мам…

Бросаю на нее умоляющий взгляд. Не хочу оставлять тётю одну сейчас. Пусть она и делает вид, что готова весь мир на колени поставить, но это не так.

— Сейчас все уйдем. Полиция вам в помощь, Юрий Петрович. Надо же додуматься до этого?! Такой гнили, Юра, я от тебя не ожидала.

— Да не знал я!!!

— Это твой сын?! Или я ошибаюсь?! Он у тебя работает. Знает все схемы. Поддерживаете семейный бизнес любыми способами, да?!

Они приближаются друг к другу и с такой злостью смотрят, что мне кажется, придется еще раз вызывать полицию.

— Я сам. — Денис подает голос и поднимает голову. — Сам придумал и Киру позвал.

— Зачем? — Спрашиваю вперед тёти и Юрия Петровича. — Мы же дружили, Денис.

— Да, пока ты не связалась с Яром.

— То есть, ты из-за него это сделал?

— Из-за тебя.

Бросает с ненавистью и сжимает кулаки. Тёть Соня чуть ли не стонет. Мама широко раскрыла глаза, а Юрий Петрович запустил руку в волосы.

— Но причем тут я? Вы враждуете, а я крайняя?

По коже не просто холодок пробегает, а настоящий мороз. Тёть Соня чуть не пострадала из-за меня, так получается?

— Он знал, что ты… — Начинает, но отворачивается. — Не важно. Хотите посадить? Садите. Плевать.

— Что ты несешь?! — Юрий Петрович чуть ли не рычит, а мама все-таки хватает меня за руку и сжимает ее так же, как и не так давно Ярослав.

— Всем нужно успокоиться сейчас, — мама смотрит на Юрия, а потом на тёть Соню, — думаю, Сонь, что тебе и Юрию нужно поговорить наедине, а вы, — она указывает на меня и Дениса, — тоже должны между собой разобраться, пока беды не случилось.

— Согласен. — Старший Алебьев не отрывает взгляда от тётушки, которая шумно выдыхает.

— Ладно, пойдем в кабинет.

Мы втроем наблюдаем за тем, как тётя и ее конкурент скрываются за дверью, после чего мама хлопает по столу рукой. Нервный жест. Знаю ведь ее.

— Теперь вы, а я пока всем чая сделаю, — она выпрямляется и кивает, словно сама себе что-то подтверждает, — с ромашкой и мятой. Да.

Она удаляется, но молчание застывает в воздухе. Не знаю, что еще сказать. С чего начать?

— Ты сказал, что все из-за меня. Будь так любезен, объясни.

Складываю руки на груди и смотрю на Дениса. Его движения резкие, слегка дерганные. Нервничает.

— Не обязан. У парня своего спроси святого. Пусть разъяснит и объяснит.

Фыркает и с презрением смотрит на меня, повторяя жест. Скрещивает руки на груди.

— Только не он в кафе к моей тёте залез, чтобы крыс и тараканов подкинуть, а ты. Мотив? Чем я тебе так насолила? Зачем так со мной? Еще и через тётку.

В голове не укладывается, что тот добрый Денис, которого я знала, вовсе не такой, каким казался.

— Неправильный выбор сделала.

— Что? Ты о чем сейчас?

— Не притворяйся дурочкой, — усмехается Денис, пока мое сердце на углях пляшет, — я к тебе подкатывал с разных сторон, а ты нос воротила. Яр же только пальцем щелкнул, и ты к нему побежала.

Лицо загорается от злости, когда слышу то, что несет Денис.

— Ты не знаешь ничего.

Теперь и я злюсь, да еще как.

— Сомнительно, Лесь. — Улыбается Алебьев, медленно поднимаясь из-за стола. — Могу поспорить, что ты о своем парне, как минимум, одного факта не знаешь.

Денис подходит ко мне, продолжая улыбаться, словно знает мировую тайну. Это меня пугает, но я задираю голову и смотрю ему в глаза, стараясь не показывать своего состояния.

— Помнишь всем известный чат? Ты там часто блистала, когда приехала сюда.

— И что?

— Хм, то, что его создал Яр.

Бух… С таким звуком упала маска спокойствия с моего лица. Нет. Не может быть такого.

— Мало ли. Это ни о чем не говорит.

— Ошибаешься, Леся. Ни одна новость туда не попадает без его одобрения. Так что, — Денис делает шаг к выходу, — делай выводы.