Покровитель для оторвы (СИ) - Найт Елизавета - Страница 26

Прямо перед экраном встает его мощная фигура. Крепкое тело, одетое в облегающую футболку и все те же домашние штаны.

И опять наше совместное фото с Катюшей прямо за ним.

«Следователю не удалось поговорить с Людмилой. По свидетельствам очевидцев ее навещала подруга, Екатерина….»

— Дима, я очень и очень тебя прошу, — уставший голос Нелли Эдуардовны заглушает телевизор, — внимательнее относится к выбору своих любовниц.

— Что?

«Что?»

«…После гибели подруги любовница Эдуарда Холмогорова пропала без вести. Если вы знаете что-нибудь о месте нахождения этой девушки, просим вас сообщить по телефону…»

— Я только что прогнала твою любовницу.

— Мама…

— Ей не место в нашем доме.

— Ты ЕЕ выгнала? На улицу? — Дима дергается как от пощечины.

Нелли Эдуардовна безразлично поводит плечами.

— Я не вдавалась в подробности, куда она пойдет.

— Но ты же знаешь, что ей некуда идти, у нее никого нет! — он достает из кармана телефон. — Ее надо вернуть!

— Дима, — голос бабули звучит удивленно. — Я понятия не имею, есть кто-то у Евгении или нет. И меня это слабо волнует. Эта девушка перешла грань и ей абсолютно точно не место в моем доме!

— Жени? — Дима отрывается от телефона и круглыми от удивления глазами смотрит на мать.

— Да. А что есть и другие твои любовницы под нашей крышей?

От ее настойчивой интонации мне становится не по себе.

— Нет, — с секундной заминкой отвечает Дмитрий.

— Вот и хорошо.

«Повторяем, Министерство Внутренних Дел предлагает денежное вознаграждение за любые сведения о Екатерине…»

— Господе, как меня заколебала эта муть! — раздраженный голос Нелли Эдуардовны перекрывает усталый голос диктора.

Экран телевизора гаснет, послушный воле хозяйки.

Пульт ложится на полированную столешницу.

— Это все, мама?

— Пока да. Не забудь про прием, — Нелли Эдуардовна возвращается к конвертам.

— Хорошо, — Дима разворачивается.

— Сынок, — голос матери останавливает его у самой двери. Прямо напротив моего убежища.

Так близко. Я ощущаю его будоражащий запах. Могу рассмотреть волоски на его крепких накачанных руках.

— Я очень тебя прошу не натвори глупостей.

— Ты о чем?

— Ты прекрасно знаешь о чем я, но вот поймешь или нет — не знаю, — женщина опускает голову к письмам, обрывая разговор.

Дима стоит еще несколько секунд и выходит.

А я? А мне остается только ждать.

Глава 18

— Дорогая, все хорошо? — мягкий заботливый голос обволакивает.

Нелли Эдуардовна стоит рядом. Ее проницательные голубые глаза смотря прямо мне в душу.

Я моргаю, желая отгородиться от нее.

— Все отлично, — я стараюсь улыбнуться как можно беззаботнее. Но не уверена, что у меня получается.

— Ты выглядишь великолепно, — она протягивает руку и отбрасывает мне за спину длинный русый локон.

В отблеске сотен светильников мое облегающее фигуру платье переливается и искрится, притягивая ко мне восхищенные плотоядные мужские взгляды и завистливые женские.

Сегодня выдался трудный день. Едва я успела незаметно выбраться из своего укрытия, как бабуля взяла меня в оборот.

Несколько часов в салоне красоты.

Очередная покраска моих ярких волос сегодня дала желаемый результат. Мои пряди приобрели благородный платиновый оттенок, избавившись от розового бунта.

Затем укладка, макияж.

В огромном зале дорогого ресторана собрались гости Нелли Эдуардовны. Я бы хотела не идти на этот вечер, но выбора мне никто не давал.

— Вы тоже потрясно выглядите, — я только сейчас замечаю, как молодо она выглядит, как идет ей темное длинное струящееся платье.

Говорю и закусываю губу. Она терпеть не может мой жаргон. Но она улыбается. Просто и открыто.

— Не теряйся. Здесь слишком много народа, — говорит она. — Я пришлю тебе Диму.

— Нет! — я вскрикиваю.

Ее бровь вопросительно ползет вверх.

Несколько гостей оборачиваются на нас.

— Нет, не надо. Он, наверное, занят, — стараюсь сгладить свой слишком поспешный ответ.

Весь вечер я только и делаю, как пытаюсь ускользнуть от Димы.

Мой взгляд ищет его среди гостей. И как только я замечаю широкий разворот плеч, сразу отвожу глаза и ныряю в толпу.

Меня пугает что-то потаенное и темное в его изучающем меня взгляде, словно сегодня он видит меня впервые и желает заглянуть в мою душу. С каждым разом его взгляд становится все тяжелее и задумчивее.

— Да, возможно, — «бабуля» растягивает слова. — Прости, дорогая, мне надо развлекать гостей.

— Конечно, конечно, — соглашаюсь я и медленно выдыхаю, стоит «бабуле» отойти.

Выдыхаю и чувствую на себе тяжелые изучающие взгляды. Много.

Поднимаю подбородок и медленно оборачиваюсь.

В стороне стоят шикарные девушки. Идеальные фигуры, дорогие платья, безупречные укладки и струящиеся шелка. Среди них замечаю злобный взгляд карих глаз. Карина!

Девушки о чем-то говорят, не сводя с меня надменных и презрительных взглядов. Сомнений, о ком именно они говорят, лично у меня нет.

Просто скольжу по ним равнодушным скучающим взглядом, словно для меня они вообще не существуют.

Успеваю заметить, как вспыхивает ярость в глазах нескольких из них. Отлично.

Перевожу взгляд с них на зал. А теперь пора куда-нибудь сбежать. Только медленно и торжественно.

Подхватываю изящным отрепетированным жестом с подноса фужер с шампанским и медленно иду в сторону огромного стола с закусками.

Между оголенных лопаток чувствую их злые взгляды. Плевать.

Делаю несколько шагов, ставлю нетронутый фужер на поднос официанту и вырываюсь из душного зала в коридор.

Кровь стучит в висках, каблуки стучат по паркету.

Неожиданно кто-то хватает меня за руку. Не успеваю оглянуться. Сильные руки перехватывают меня за плечи и заталкивают в первую попавшуюся дверь.

Холодный липкий страх сковывает внутренности.

— Ааа, — я пытаюсь закричать, но мужская ладонь закрывает мне рот.

— Тише, девочка, — в хриплом шепоте я узнаю Димин голос.

Впиваюсь ногтями в его ладонь, стараясь оторвать ее от своего лица.

— Ты сдурел? — почти кричу я.

— Нам надо поговорить, — в полумраке закрытой комнаты блестят его глаза.

— Нам не о чем говорить, — сама не знаю почему, понижаю голос. — Я уже все тебе сказала.

— Нет, девочка, ты не можешь просто так уйти, — он надвигается. Его горячее дыхание обдает меня нотками терпкого алкоголя. — Не после того, что было.

— А что было? — я вскидываю подбородок. Глаза быстро привыкают к мраку. — Потрахались, разошлись. С кем не бывает? Ты же не думал, что это всерьез и надолго?

Я стараюсь придать своему голосу развязной надменности, но он все равно дрожит.

— Говоришь, потрахались и разошлись? — его ладони на моих плечах начинают медленно скользить вверх, заставляя сердце бешено стучать в груди.

Каждое его касание вызывает нервную дрожь. Между лопаток пробегает холодок.

В то время, как внутри вспыхивает огненный ураган.

— Да, — шепчу. Голос подводит меня.

— Неправильный ответ, — он наклоняется ниже. Чувствую, как моего лица касаются его растрепавшиеся пряди.

Его колено вклинивается между моих ног, заставляя развести их.

— И я тебе это докажу, — шепчет он мне на самое ухо.

Его горячее дыхание вызывает новую волну дрожи. Которая очень быстро разгоняет вскипевшую кровь по организму.

Меня словно обдает кипятком. Вмиг становится нечем дышать. Тело горит и плавится от его умелых касаний.

Его ладонь проходится по моей руке, едва касаясь. Длинные пальцы, нежно поглаживая, обрисовывают ключицу.

Низ живота живо отдается мучительным спазмом.

Тыльной стороной ладони он проходится по краю глубокого выреза, задевая слишком тонкую и чувствительную кожу на груди.

Я вздрагиваю и рвано втягиваю воздух в себя.

— Нет, — я упираю ладошки ему в грудь.