Хочу замуж! (СИ) - Бек Кора - Страница 33

— Какое право вы имеете разговаривать со мной таким тоном, как будто я взяла у вас в долг бутылку водки и не вернула её обратно? — я решила сразу выяснить отношения.

А чтоб хулиган меня правильно понял, свою мысль я постаралась объяснить ему подоходчивее. В обычной жизни я говорю, конечно, по-другому. Более культурно и даже, простите за нескромность, изысканно.

— Ты это о чём? Не понял? — у автолюбителя отвисла челюсть.

Ага, я не ошиблась! С мозгами у хулигана очевидные проблемы.

— Между прочим, — я сделала вид, будто не услышала его глупого вопроса, — я, вообще, водку не употребляю. Пью только вино или шампанское, да и то лишь по большим праздникам.

Ещё не хватало, чтобы этот недоразвитый ночной бомбила подумал, будто бы он имеет дело с отъявленной алкоголичкой! Я действительно пью довольно редко, но, как говорит моя подруга Нюрка, я «всегда попадаю в десяточку». Другие пьют, и не пьянеют, несмотря на все свои титанические усилия достичь скорее эйфории. А я после третьего бокала вина готова выступить хоть на сцене Кремля! Вот, если б артисткой я всё же стала, то только там бы и выступала. Зачем размениваться по мелочам? Талант свой нужно уважать!

— Знаешь, в чём твоя ошибка? — вдруг услышала я голос владельца машины. — Грамотные люди водку не употребляют. Они её пьют. Смакуют. Уважают. И, кстати, голову на плечах потом никогда не теряют. А ты, неразумная, перепила вина, теперь еле держишься на ногах. Садись в машину, подвезу. Что толку-то мёрзнуть на холоде? С тобой говорить сейчас всё равно бесполезно.

Ах ты, нахал! Чёртов алкоголик! Учит меня жизни, а сам, вон, неравнодушен к водке. Я, между прочим, не перепила. Этот кретин просто не видел других сотрудников нашего музея по окончании сегодняшнего вечера.

В сравнении с моими коллегами, я — образец подлинного трезвенника! Подумаешь, плохо стою на ногах. Посмотрела бы я на этого наглеца, если б он потанцевал нынче, как я! Ещё предлагает подвезти. Да, знаешь, кто ты после этого? Подхалим! Ну уж нет, дудочки! Я с тобой не поеду!

— Боюсь, нам с вами, молодой человек, совсем не по пути, — я гордо вскинула голову и кокетливо одну ножку отставила в сторону.

Теперь всё стало на свои места. Ну какой человек, глядя на меня, осмелился б сейчас сказать, будто бы я перепила? Ведь всем известно: подвыпившие дамочки не кокетничают. Им, знаете ли, обычно не до этого. Как девушка порядочная, при других обстоятельствах я, конечно, с незнакомцем кокетничать бы не стала. Но тут дело принципа: бесстыжего нахала проучить требовалось.

А вот с меня в эту дивную минуту можно было бы писать картину. Под названием «Недоступная». Или же: «Неподкупная». Или: «Самая обаятельная и привлекательная». А в принципе, неважно, как этот будущий шедевр будет называться. Ведь известно: в картине истинного художника главенствующая роль принадлежит натурщице, которая способна его имя на весь мир прославить, если он талантом обладает.

Стою я, значит. Венера Милосская отдыхает! Куда ей, бедной, тягаться со мной, когда в отличие от безрукой богини (Вы уж меня за правду простите), я всё своё ношу всегда с собой! Правда, когда я в старших классах училась, бывало некоторые остряки меня обзывали «Девушкой с веслом». Однако, готова побиться об заклад, сейчас они взяли бы свои слова назад.

Да что там Венера Милосская! Увидев меня сейчас, сама Афродита онемела бы и из пены морской вылезать не посмела б! Недаром ещё Достоевский сказал: «Красота — страшная сила».

Я это вдруг так остро осознала, что голову повыше вскинула. От восхищения собою мне даже захотелось сейчас плакать. Я не была морально подготовлена к такому справедливому решению вопроса.

Ведь столько лет я считала себя серой посредственностью, ночами не спала, подушку слезами заливала, а тут неожиданно поняла: все эти годы я просто заблуждалась! Но момент истины настал. И, к счастью, я успела об этом узнать, пока не подурнела от старости!

Мною враз такое сильное возбуждение овладело, что я явственно ощутила, как у меня на голове волосы вдруг зашевелились. Я даже замерла на мгновение. Да ведь это знак свыше!

Я стояла, прикрыв от счастья глаза, и светлые слёзы скатывались по моим щекам. Согласитесь, не каждому дано познать гармонию с окружающей природой.

Я вдруг почувствовала себя избранной. Мне уже почти удалось войти в состояние абсолютного блаженства, как небольшая досадная мелочь спустила меня с высоких небес на грешную землю.

У меня неожиданно замёрзла голова. Я осторожно руку к макушке протянула, а на голове-то, оказывается, пусто! Тогда я подняла взгляд. Моя, связанная мамиными руками шапка, беспечно висела на высоком дереве.

Позабыв враз о будущей картине, о своём соперничестве с Венерой Милосской и с Афродитой, я, пытаясь дотянуться до злосчастной шапки, принялась подпрыгивать под деревом. Боюсь, со стороны я напоминала большого зайца-мутанта. Но ведь это же мамин подарок, когда ещё она другую шапку свяжет? И кстати, у меня не такая большая зарплата, чтоб столь необдуманно нужными вещами на улице разбрасываться!

Несмотря на то, что в школьные годы я некоторое время посещала секцию по баскетболу, упрямая шапка никак не хотела сдаваться на милость своей, отчаянно замерзающей хозяйки.

Тогда, желая мне помочь, водитель машины поближе подошёл. При свете фар я его узнала, и от нашей неожиданной встречи дар речи ненадолго потеряла.

Это был Виктор. Тот самый бомбила, что нынче утром подвозил меня до работы. Почти что знакомый. Ох, и принесла же его так не вовремя нелёгкая!

Пока этот ночной волонтёр с помощью отнятой из моих рук ветки доставал мою легкомысленную шапку с высокого дерева, я успела привести себя в порядок. Поправила растрепавшиеся волосы, припудрила чуть покрасневший на холоде носик и даже сумела застегнуть свою неправильную дублёнку.

Видать, плохо выделанная кожа на морозе скукожилась до нужной кондиции, и пуговицы из некачественной пластмассы тут же юркнули в положенные им петли.

Мы сели в машину и поехали. По дороге выяснилось, что Виктор этим вечером несколько часов просидел в своём «Мерсе», дожидаясь, пока я выйду с работы. И вот, наконец, он дождался. Да только я, как на грех, на крыльце застряла, потом ещё и песню запела. Тогда он решил обратить на себя моё внимание: включил фары и начал сигналить. До другого, более романтичного способа, Виктор почему-то не додумался.

Ну, а я приняла его за хулигана и собралась было немножечко поскандалить. Хотя, в принципе, я — человек законопослушный и мирный, но ведь так хочется, чтоб всё в нашей жизни было по справедливости!

Вот с такого забавного недоразумения и началось наше общение. В ту пору я находилась в самом расцвете сил и лет. Мне было всего лишь двадцать пять, а Виктору — двадцать девять. Наверное, с учётом такой вполне разумной разницы в возрасте, из нас могла бы получиться хорошая пара.

Но не сложилось. Оглядываясь назад, я думаю, всё дело было в Викторе. Впрочем, обо всём по порядку.

32

Уж не знаю, за какие ошибки ветреной юности, а может быть, за грехи моих близких, но только в вопросе личной жизни меня преследует просто фатальное невезение. Порой я думаю, что свою роковую роль здесь могла сыграть наследственность.

Нет, конечно, я не бабушку сейчас имею в виду. Она-то вышла замуж по любви и, кстати, даже в церкви тайно обвенчалась, когда ей не исполнилось и 20-ти лет. Бравый молодой офицер из Ленинграда влюбился буквально с первого же взгляда в бойкую и очень красивую украинскую дивчину, проживавшую в старинном граде Киеве, куда подававшего надежды военного направили по делам службы.

Из этой командировки привёз офицер в свой родной город невесту. А уже спустя год родилась у молодых дочь, которую в честь героини Льва Толстого назвали Анной. Это и была моя будущая мама.

Говорят, будто люди с одинаковыми именами имеют схожие судьбы и характеры. Однако это, довольно-таки спорное утверждение, к моей матушке точно ни в коей мере не относится. Отучившись на библиотекаря, она сразу же устроилась работать по специальности и, в отличие от Анны Карениной, ни о замужестве, ни о любви даже не помышляла.