Повелитель чумы (ЛП) - Теттенсор Е.л. - Страница 24

Затем он снова повернулся к кровати. Проведя рукой по только что сделанному порезу, он взмахнул окровавленной ладонью над серпом мелких костей, лежавших у изголовья лежака. Кости начали дрожать и вибрировать. Они двигались, перестраиваясь в форму, которую Ленуар не мог рассмотреть со своего места. Затем еще один порыв ветра - и наступила полная тишина и темнота.

Всё было кончено.

В темноте раздался глухой удар. Ленуар почувствовал, как Мерден отодвинулся в сторону и пробормотал несколько слов.

- Мекхлет, - слабо произнес знакомый голос. Мерден глухо ответил.

Пальцы Ленуара судорожно сжали маленькую коробочку в кармане - драгоценный запас спичек. Он редко пользовался ими, потому что их было трудно найти, и они были чудовищно дороги. Но сейчас он не колебался.

Пламя спички зашипело, и в его дрожащем свете Ленуар увидел, что Одед рухнул рядом с койкой. Мерден помогал ему встать. Что же касалось самой койки, то в ней лежал маленький мальчик, который, казалось, спал.

Ленуар подошел на дрожащих ногах ближе и увидел, что грудь мальчика поднимается и опускается в правильном, хотя и поверхностном, ритме. Он зажег ближайшую свечу как раз в тот момент, когда спичка начала потрескивать между пальцами.

- Что, во имя Святого Духа, мы только что видели? - прошептал Коди.

- Молодые демоны были сильны, - сказал Одед, словно это был ответ на вопрос сержанта. - Я чуть не потерпел неудачу.

- Но ты справился, - возразил Мерден. - Это было творческое решение, друг мой. Отлично сработано.

Со стороны казалось, что он поздравлял целителя с тем, что тот просто разгадал особенно сложную загадку, настолько будничным был его тон.

- Вы напали на мальчика! - Лидмана сильно трясло - то ли от ярости, то ли от страха.

Мерден бросил на него ледяной взгляд.

- Вы ошибаетесь.

- Хватит. - Ленуар терпеть не мог ссор, а сейчас - особенно. - Главный вопрос, выздоровеет ли мальчик. Одед?

- Должен. Но это только первая часть излечения. Вторую вы видели вчера. Я продолжу, как только отдохну. После этого мальчику нужно дать вот это. - Он поднял фляжку. Ленуар не мог разглядеть, что плавает внутри, чему был несказанно рад. - Несколько капель на полстакана воды каждый час в течение первых пяти дней, а затем - три раза в день, пока зелье не закончится.

Лидман подозрительно покосился на фляжку, но всё же взял ее.

- А что в нём?

- Я напишу вам список ингредиентов, - сказал целитель. - Но сейчас я должен отдохнуть.

Ленуар, Коди и Лидман постарались выбраться из палатки как можно скорее, и как только они оказались снаружи, Лидман дал волю своему гневу.

- Безумец! Шарлатан! Я не знаю, как ему удалось добиться этого отвратительного зрелища - иллюзиями, отвлечением внимания или ловкостью рук, - но это позор, что ему позволили исполнить свой языческий обряд над больным ребенком!

- А если он исцелил мальчика? - спросил Коди.

- Не говорите глупостей! Если и происходит какое-то реальное исцеление, то только благодаря этому, - Лидман приподнял фляжку.

- Возможно, - ответил Ленуар, - но пока это работает, лично я буду безмерно благодарен.

- Вы же не ждёте, что я куплюсь на всё это, — Лидман неопределенно махнул рукой в сторону палатки, — на этот ужасный спектакль. Вы должны арестовать этого человека, инспектор, а не поощрять его! Он мог убить ребенка!

Ленуар почувствовал, как в нем закипает гнев.

- Если это был просто спектакль, доктор, то ребенку ничего не грозило. Определитесь уже. Если вы не способны взирать на происходящее без предубеждений, то, по крайней мере, будьте логичны.

Лидман покраснел, но сделал глубокий вдох - и когда снова заговорил, его голос звучал уже спокойнее.

- Я искренне надеюсь, что этот эксперимент не будет иметь неприятных последствий, инспектор. Что касается моего принятия этого ритуала как формы медицины..., - он усмехнулся и покачал головой. - Это совершенно невозможно. Хорошего вам дня.

С этими словами он развернулся на каблуках и зашагал прочь.

Через мгновение появился его помощник с неизменным гроссбухом в руках.

- Простите, инспектор, это был доктор Лидман?

- Да.

- Я хотел ему сообщить, что сестра Ора нашла следующих желающих попробовать новый способ исцеления.

- Тогда, наверно, вам следует ему об этом сказать.

Помощник не понял намека.

- Четырех пациентов должно хватить, как вы думаете?

- Я понятия не имею.

Молодой человек постоял, переминаясь с ноги на ногу, а потом прошептал:

- Как всё прошло?

- Я не врач, сэр, - сказал Ленуар ледяным тоном. - Что касается доктора Лидмана, я совершенно уверен, что он без колебаний выскажет вам свое мнение по этому вопросу. Если вы поторопитесь, то сможете его поймать.

Помощник, наконец, убежал.

Наступило долгое молчание. Ленуар и Коди наблюдали за тем, как приходили и уходили из чумных палаток священники, монахини и студенты-медики, меняя друг друга в непрерывном потоке работы. Это немного успокаивало.

- Как вы думаете, инспектор, что мы там видели? - тихо спросил Коди.

- Даже не знаю. Возможно, как и говорит Лидман, всё это было иллюзией.

- Какой-то фокус?

Ленуар пожал плечами.

- Несколько грамотно расположенных зеркал, немного отвлекающего внимание дыма...

- А гигантский рой?

- Возможно, Одед - талантливый пчеловод.

Коди слабо улыбнулся.

- Возможно.

- А возможно, это не имеет значения. Если состояние мальчика улучшится, мы сможем убедить Лидмана изготовить новые порции этой настойки, и, возможно, этого будет достаточно.

- Слишком много «возможно».

Ленуар был согласен.

- Что дальше? - поинтересовался Коди.

Ленуар потёр ноющий затылок и вздохнул.

- Едем домой.

* * *

Ищейки шли прямо на него. Нэш опустил глаза, делая вид, что изучает свои записи, и поправил шарф вокруг лица, чтобы он больше скрывал его черты.

Он понимал, что у него паранойя; ищейки никак не могли узнать его по бунту. И все же было невозможно подавить желание спрятаться, будто они каким-то образом знали, что он сделал.

Он остановился и отвернулся, яростно записывая что-то в своем гроссбухе, чтобы скрыть свой явный интерес.

На дороге послышались шаги. Пульс Нэша участился. Если бы ищейки присмотрелись повнимательнее, они бы сразу поняли, что он не студент-медик. Он был слишком стар, и его одежда была слишком скромной. А раз он не был студентом-медиком, священником, врачом или ищейкой, то у него не было причин здесь находиться. Он уже придумал легенду, которая позволит ему свободно передвигаться среди мужчин и женщин, ухаживающих за больными, но ищеек эта история не удовлетворит. Напротив, она, вероятно, приведет его в тюрьму.

- Идите-идите, ребята, - тихо сказал им Нэш, когда они проходили мимо. - Здесь не на что смотреть.

Он даже не осмеливался взглянуть на ищеек, продолжая нацарапывать грубые ругательства на странице гроссбуха, просто чтобы карандаш не замер подозрительно на полуслове.

Постепенно шаги стихли, и, когда Нэш поднял голову, ищейки уже направлялись к мосту Адлмана, стягивая шарфы с лиц, как будто собирались уходить. Он вздохнул то ли облегчённо, то ли разочарованно.

Часть его на самом деле хотела вступить в бой с ищейками. Он устал таскаться по улицам. Как бы самодовольно он ни относился к подстрекательству к бунту всего лишь несколькими словами, произнесенными шепотом, он предпочитал более прямой подход.

С другой стороны, было бы сумасшествием столкнуться с ними на открытом месте, где они могли бы легко вызвать подкрепление. Если уж на то пошло, лучше справляться с ними по-тихому.

Чертовы ищейки. Его работодатель был прав, когда беспокоился. День за днем они приходили, вынюхивали, задавали вопросы. Нэш тоже что-то вынюхивал - вслед за ищейками. Его работодатель хотел знать, что они задумали, и как много им известно. Таким образом, он мог оставаться на шаг впереди них. А если они окажутся слишком близко, Нэш должен будет позаботиться о них. Нэш не возражал. Ему уже не в первый раз приходилось усмирять надоедливых ищеек.