Бабочка (ЛП) - Л' - Страница 58

Внезапно в моих ушах раздался грохот, прервавший мои размышления.

— Ты это слышала? — спросил я Абру, мое сердце бешено заколотилось.

— Oui! Я думаю, это прозвучало из подвала.

— Оставайся здесь! — Минуя ненадежный лифт, я поспешил в заднюю часть ателье и помчался вниз по лестнице, когда раздался еще один выстрел.

Глава 56

Софи

Шаги Кендры становились все ближе. Цок-цок. Цок-цок. Мое сердце застучало громче. Дыхание стало поверхностным, вырываясь короткими, резкими выдохами. Окутанная темнотой под слоями черного кринолина я заставила себя успокоить дыхание. Мне нельзя было издать ни звука. Иначе она нашла бы меня. Даже малейший шорох мог стать спусковым крючком. Успокаивая себя, я водила пальцами вокруг себя и натолкнулась на что-то. Небольшой предмет. Кожаные нити приятно холодили кончики моих пальцев. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что это такое. Флоггер Романа! Вот где он его спрятал.

Я схватилась за деревянную ручку, и в голове моментально пронеслось воспоминание. Во времена учебы в средней школе у меня был судьбоносный опыт. Идя домой, я наткнулась на куст, листья которого были оплетены кружевной паутиной. В ее плен попала великолепная бабочка Монарх, такая же, как Бадди, которую вот-вот сожрал бы голодный шмель. Хотя я смертельно боялась пчел и однажды была ужалена, что привело к посещению отделения неотложной помощи, знала, что должна освободить ее. Это была моя миссия. Моя судьба. Найдя толстую палку, я с замиранием сердца ударила по пчеле, и, к моему удивлению, это спугнуло ее. Потом осторожно освободила невредимую бабочку. Мои глаза затуманились, когда она исполнила счастливый танец вокруг меня и улетела.

Я усвоила урок. Судьба — это не свершившийся факт. Судьбы могли быть изменены. Полностью изменены. Воспоминание оборвалось резким толчком. Свет ударил мне в глаза, когда юбка платья поднялась. Я была раскрыта! Кендра нашла меня! Ее зловещие глаза встретились с моими.

— Ха! Вот ты где! Ты можешь убежать, но не можешь спрятаться.

Она направила на меня пистолет и спустила курок. К черту ее! Со свистом я хлестнула плетью по ее голени. Удар! Кендра вскрикнула от боли. Я била ее снова и снова. Удар кожи о плоть отдавалась в моих ушах, как барабанная дробь.

— Прекрати, сука! — крикнула Кендра, наклоняясь, чтобы потереть алые рубцы на ногах. Застигнув ее врасплох, я вскочила на ноги и толкнула ее, опрокидывая лицом на пол. Застонав, она попыталась подняться, но не смогла. Я поискала глазами пистолет. На виду его не оказалось, это означало, что он должен был быть под ней.

— Я еще не закончила с тобой, — прогрохотала я. Адреналин бурлил в моих венах, ярость рикошетила от моей кожи, поэтому уселась на нее верхом, ногами сжав ее бедра.

И огрела флоггером по ее спине. Бах!

— Это тебе за то, что столкнула меня с лестницы.

Она застонала.

Еще один удар.

— Это тебе за попытку отобрать у меня Романа!

— Прекрати! — закричала она.

Ничто было не в силах меня остановить. Ничто! Я только начала. Настало время расплаты!

— Это за всю ту боль и горе, которые ты причинила Роману!

Сжимая флоггер так крепко, что костяшки пальцев побелели, я превратилась в дикого зверя и безжалостно била ее по спине, с каждым ударом все сильнее и быстрее. Каждый жалящий укус кожи был острее предыдущего.

Быстрее. Сильнее. Громче. Никакой пощады.

— ОСТАНОВИСЬ! — всхлипнула она, но ее жалкий вопль только заставил меня быть еще более свирепой. Более решительной. Более дикой. Кровь просочилась сквозь шелковую ткань ее блузки цвета слоновой кости, и я вспомнила ту незабываемую ночь с Романом, когда он порол себя. Рубцы на его спине кровоточили, как красные слезы печали. На мгновение мое безумие уступило печали, но затем во мне снова вспыхнула ярость.

К черту ее! Око за око, зуб за зуб. Да, я могла легко выбить ей зубы, но что мне действительно хотелось сделать, так это вырвать один из ее глаз. Повредить его так же, как она уничтожила глаз Романа. Подвесить его на окровавленных сухожилиях перед ней. А потом скормить его стае крыс.

Неожиданный голос вклинился в мою маниакальную фантазию.

— Господи, Софи! Что ты делаешь?

Роман!

Когда я собралась нанести Кендре очередной удар, он обхватил меня своими сильными руками и удержал.

— Отпусти меня! — выкрикнула я, пытаясь освободиться.

Но я не могла противостоять его силе. Он поднял меня на ноги, и Кендра отползла прочь. Кровь текла из ее носа, а кожа блестела от пота и слез. Ее глаза сузились, заостряясь, как бритвы, а с губ, покрытых коркой крови, слетело злобное рычание.

— Роман, она пыталась убить меня!

— Роман, не верь ей! — крикнула я. — Она лжет! Она пыталась убить меня!

Сбитый с толку, Роман перевел взгляд с меня на нее.

— Просто посмотри на меня! Я превратилась в кровавое месиво! — Кендра вытерла нос, кровь испачкала ее белую перчатку.

Роман снова посмотрел на меня. Я уверенно встретила его взгляд.

— Роман, не верь ей. Я могу это доказать! Она подделала предсмертную записку от моего имени. — И указала на конверт, все еще лежащий на полу. Потом смотрела, как Херст поднял его и вынул письмо.

Я не отрывала глаз от Кендры, пока он читал его. Моя кровь бурлила от нервного возбуждения. Пистолет… где он?

Роман поднял взгляд и прищурил от подозрения глаза.

— Кендра, Софи не так пишет свое имя.

Кендра нахохлилась в ответ.

— Твоя тупая идиотка-ассистентка даже не может правильно написать свое собственное имя!

— Она не моя ассистентка!

Лицо Романа застыло. Он не купился на ее бредни. Пришло время сообщить ему ужасную новость. Сбросить бомбу, так сказать.

— Роман, она также подделала отчет о ДНК-тесте. — Быстрый вдох. — И убила Аву и твоего ребенка!

— Что???!! — У него отпала челюсть, лицо стало белым как мел. Предсмертная записка выскользнула из его пальцев и упала на пол.

— Она заплатила кому-то, чтобы сломать твою машину.

Вена на виске Романа пульсировала так сильно, что, казалось, могла прорвать кожу. Он сжал кулаки, его грудь тяжело вздымалась. Херст вдыхал и выдыхал, как будто дышал огнем, и я могла поклясться, что пламя вырывалось из его рта. Но слова не срывались с его губ. На его лице застыло выражение простого, невнятного шока и ужаса. А на лице Кендры — дерзкое, несдерживаемое презрение и триумф.

Паника охватила меня, как тиски. Мне следовало вывести Романа из парализованного состояния, пока он не онемел или не взорвался, как атомная бомба. Но прежде всего, я должна была предупредить его.

— Роман, любовь моя, будь осторожен! У нее…

Прежде чем я успела закончить фразу, Кендра схватила меня, сжимая мою талию так крепко, что мне с трудом удавалось дышать. Холодный твердый ствол упирался в мой затылок. Боже мой! Это пистолет! Должно быть, она спрятала его за спиной.

— Кендра, ты что, совсем охренела? — прогрохотал Роман, обретая голос и приходя в себя. — Опусти гребаную пушку.

— Отойди, или я пристрелю эту суку первой!

Роман не сдвинулся с места. И я не могла представить, что творилось у него в голове. Один из нас в итоге погибнет. Скорее всего, мы оба.

Все еще держа заряженное оружие у моей головы, Кендра испустила театральный вздох.

— Ты не оставил мне выбора, Роман, кроме как устранить Аву. Что бы я ни делала, ты пренебрегал мной. Должна сказать, что мне очень жаль ребенка. — Она ухмыльнулась. — О, и прости за твой глаз.

Роман выглядел так, словно весь его мир рухнул. Его боль — это моя боль. Его жизнь — моя жизнь. Если умрет он, мне тоже хотелось умереть. Кендра сильнее воткнула пистолет в мой череп.

— А потом появилась она. Твоя драгоценная маленькая бабочка.

— Не делай ей больно. — Голос Романа — нечто среднее между угрозой и молитвой. — Тебе нужен я. Отпусти ее, и я дам тебе все, что ты хочешь.