Открой глаза (СИ) - Мун Алекса - Страница 23

Нужно сбавить обороты, ведь точно убью!

— Какие на хер долги?

В моей голове не укладывается эта информация. Мы черт возьми в цивилизационном мире живет! Какие на хер долги? Этот черт покерный наркоман? Или просто нарик?

— Ты с башкой не дружишь? Как ты мог молодую девушку отдать за какие-то долги?

— Им как раз такие и нужны! Шлюхи!

От смертельного исхода Ефима спасает шелест колёс. Ему даже удаётся вылезти из-под меня и отползти, прихвативши с собой нож. Наивный. Во мне сейчас передоз адреналина и нож ему не поможет.

Не ожидал я конечно, что менты так быстро отреагируют. Думал у меня есть время. Но обернувшись, я удивился. Это не менты. Что-то другое. Кто-то.

Вдоль тротуара затормозил чёрный джип. Оттуда вылезли двое и направились к Ефиму.

— Ох, Ефимка и заставил ты нас побегать! Сутки за тобой бенгали, — молвил один. — Плохи твои дела, ой, как плохи… Босс не оценил подачку. Сказал доставить к нему со сломанными рёбрами. Худой, вроде и за сломанные пальцы что-то было, да?

— Ага! — послышалось недалеко от меня.

— Я… я… — затроил Ефим, отползая.

— Ты, миленький, ты! — откровенно издевается над ним его палач.

— Стой, стой! — не теряя времени я обратился ко второму, — Подачка — это девушка? Где она сейчас?

— Да, отпустили! — произнёс недовольно поджав губы.

Отпустили — это хорошо!

— А куда отпустили?

Бугай будто опомнившись фокусирует на мне свой взгляд из-под сдвинутых бровей и его лицо каменеет. Руки сжимаются в кулаки.

— Ты вообще, кто такой? — разворачивается ко мне всем корпусом.

— Никто, — выставляю ладони вперёд, показывая что я не намерен конфликтовать. — Я уже ухожу!

— Так и петляй отсюда! — дёргано шагает ко мне.

— Все-все, ухожу!

Под аккомпанемент сдавленных стонов Ефима и ругани женщины со второго этажа, я удалюсь к своему авто. Кажется, ситуация приобрела позитивный настрой. Ещё пара часов, и я обязательно найду тебя, Вета!

Глава 21

Вета

— Сегодня в бутик приходил парень один. Тебя спрашивал. — Лера наливает мне чай, а себе засыпает в чашку молотый кофе. Находясь у неё в гостях несколько дней, я заметила, что женщина наплевав на все «правила», любит пить кофе после девяти вечера.

— Какой? — тянусь за белой чашкой из которой дымится чай. Сейчас бы закурить. Затуманить голову ядом, вытравливая оттуда все мысли. Затянуться горьким дымом до сильного головокружения и утонуть в белом облаке, отгородив себя от внешнего мира.

Я так не хочу чтобы начинался завтрашний день. Мне так спокойно здесь, у Валерии. Но я понимаю, что злоупотреблять гостеприимством это совсем не про меня, и завтра мне придётся снова вернуться в съёмную квартиру и постараться начать жить заново. В который раз. Но вот только теперь будет все иначе. Мои глаза широко открыты и больше ни один подонок не воспользуется мной.

— Кучерявый, — Лера произносит одно слово и у меня чуть из рук не выскальзывает чашка. Кипяток больно обжигает пальцы, срывая с губ бесшумное шипение.

Кучерявый. Матвей.

— Он выпытывал у меня твоё место нахождения, — продолжает женщина кидая в меня рулон бумажных полотенец.

Ещё один пунктик Валерии — маниакальная чистота. Кажется, все на этом помешаны. Я начинаю себя чувствовать какой-то замухрышкой.

— И? — нервно дёргаю прямоугольник полотенца. — Надеюсь, ты не сдала меня?

— Сдала, с потрохами! — бодро отвечает она. На изумление вспыхнувшее в моих глазах, поясняет: — Убедительным оказался, засранец!

— Как ты могла? — открываю и закрываю рот, пытаясь ещё что-то сформулировать. Получается с трудом. Точнее, вообще ничего не получается.

За пару дней мы настолько сблизились с Лерой, что не только перешли на «ты», но ещё и полностью распахнули друг перед другом души. От ее истории, мое сердце сжималось и обливалось кровью множество раз, а сейчас, получается Валерия предала меня? Я же доверилась ей. Она знает, что сотворил Матвей. Зачем она это сделала?

— Вам нужно поговорить. Он придёт сегодня на поздний ужин. Еду я уже заказала.

О чем нам с ним говорить? Он все сказал своим поступком.

Несколько раз моргаю. Не верю в услышанное. Нет, она шутит. Просто у этой женщины специфическое чувство юмора. Но уверенная стойка и серьёзный, проницательный взгляд, говорят об обратном, а когда в квартире раздаётся звук дверного звонка, я вовсе подлетаю со своего места, начиная лихорадочно искать пути отхода, наконец-то осознав, что Валерия не шутит.

— Я перехватил вашего доставщика и заплатил ему, — голос Матвея вонзается в кожу острыми мурашками, оставляя бесчисленного количество невидимых кровоточащих точек.

Я его не вижу. Мне достаточно его услышать, чтобы моя нервная система с разгону врезалась в каменную стену, подвергая себя не мгновенную смерть. Так жестоко, только что умерла моя последняя нервная клетка. Она отчаянно висела на тонком волоске, болтаясь между жизнью и смертью и вот про секунды назад случилось второе.

Пальцы стали неконтролируемо дрожать и я хватаюсь за чашку, чтобы не выдавать эмоции так откровенно. Отвернулась. Уткнулась глазами в тонкую плазму, висящую на стене.

Можно представить, что я в собственном вакууме. Ничего не слышу и никогда не вижу. Абстрагироваться. Но шаги незваного гостя становятся все отчётливее и отчётливее, и мой ненадёжный вакуум предательски рассыпается, когда за спиной, в нескольких метрах от меня, звучит хриплое «привет».

— Я вас оставлю, — быстро отзывается Лера, ретируясь.

НЕТ! — мой немой крик так и остаётся не услышанным. Взрывается внутри меня, оседая горьким осадком.

Медленно выдыхаю через сомкнутые зубы и хочу развернуться. Уйти вслед за хозяйкой квартиры. Чтобы нас с Матвеем разделяла дверь, а лучше целые километры.

— Детка, — его руки мягко ложатся на мои напряженные плечи и я дёргаюсь, будто между лопаток вонзили нож. Из рук выскальзывает чашка, разбиваясь об пол, разлетаясь звонким эхом по пространству кухни.

Когда он успел подойти?

— Не трожь меня! — шиплю, чувствуя как глаза начинают печь. Горячие дорожки стекают вниз по щекам и падают к разлетевшимся по полу осколкам. — Я не хочу тебя видеть, уходи!

Против воли взгляд цепляется за его лицо парня, где красуются несколько ссадин. Опускается на изувеченные костяшки рук.

Он с кем-то подрался? Плевать! Меня это не интересует!

— Вета, детка! Ты должна меня выслушать, — умоляюще просит он.

— Я ничего, никому не должна! — рычу в ответ и от боли закусываю нижнюю. Кажется, я наступила на осколок. — Черт! — скулю жмурясь.

— Что случилось? Не двигается!

Матвей мгновенно понимает, что случилось. Подхватывает меня на руки и усаживает на столешницу.

— Я сама! Все! Хватит! — истерический крик слетает с моих губ. Я совершенно не чувствую боли, только ту, что гудит между лопаток, где прочно «сидит» его воткнутый нож.

Матвей не слушает меня, обхватывает ледяными пальцами мою ступню и осматривает рану.

— Нужно промыть, — коротко сообщает и я снова оказываюсь у него на руках. — Где здесь ванная?

— Нигде! Отпусти меня! Я сама разберусь! От твоего присутствия будет только хуже!

Бью словами наотмашь, а ему хоть бы что… Матвей совсем не слышит меня.

— Сам найду!

Интуитивно, к моему удивлению, парень быстро находит нужную комнату и, пнув коленом включатель, заносит меня в освещенную ванную. Садит на столешницу умывальника.

— Здесь, где-то должна быть аптечка. Надеюсь.

Бесцеремонно начинает лазать по ящикам и шкафчикам ища нужный предмет.

— Матвей, уходи отсюда! Я не хочу с тобой говорить!

Парень дергает вверх головой, откидывая меня секундным нехорошим взглядом и возвращается к поиску. Становится дурно.

Это что вообще было? Это я должна на него так смотреть, а не он.

— Нашёл! — слышится победный клич и мою лодыжку снова обхватывают ледяные пальцы.

Запрокидываю голову вверх и, не скрывая своего раздражения, шумно выдыхаю.