Досаждение (СИ) - Левина Ева - Страница 40

— Захар, не надо, — прошептала она, но было уже поздно, потому что Эмиль двинулся им навстречу.

— Чёрный, мне этот утырок звонил…

— Я сказал, не трогать?

— Ты все не так понял. Это было до того, как ты сказал…

Договорить Кайсаров не успел, потому что вышедший из машины Захар немного наклонился и резко ударил его нос головой.

Полина вскрикнула и закрыла лицо руками, но вид хлынувшей из носа Эмиля крови, все равно стоял у неё перед глазами.

Она знала: Чёрный выше, сильнее, а ещё мастер спорта по боксу. Все это казалось каким-то кошмаром, который она снова должна пережить…

Решение пришло молниеносно: Захара нужно отвлечь. Плохо соображая, что делает, Полина растерла по лицу слезы и бросилась из машины, а затем встала между друзьями.

— Это было «до», Захар. Я его простила. Меня никто пальцем не тронул! — интуитивно протянула ладошку к перекошенному от злости лицу Черного и замерла, задержав пальцы в сантиметре от гладко выбритой щеки.

— Пойдём домой, я замёрзла, — все-таки пересилила себя и приложила руку к напрягшейся скуле, сделала ещё один, маленький шаг вперёд, а потом встала на носочки и прижалась лбом к квадратному мужскому подбородку.

Это подействовало.

Пока Черный вёл ее к лифту, Полина даже не обернулась, чтобы снова не привлечь к Кайсарову внимание Чёрного. Однако, ее план не совсем удался, потому что, входя в кабину, Чёрный бросил:

— Отправлю твою защитницу домой, а потом спущусь, и мы поговорим.

— Я не хочу конфликта, Захар, — ответил гнусавый голос Кайсарова, после чего Полина все же обернулась и с содроганием проследила за тем, как парень зажимает окровавленный нос пальцами.

— Захар, не надо, — тут же взмолилась она, но Чёрный только сверкнул бешеным взглядом и нажал кнопку, после чего лифт рванул вверх.

Свои последующие действия Полина помнила плохо… Это было, как наваждение. Словно кто-то налил ей полный стакан коньяка и заставил выпить до дна.

Судят ли за поступки, совершенные в состоянии аффекта? Она надеялась, что нет.

Это ведь совсем не сложно. Шаг вперед… Ещё один. На носочки, чтобы быть повыше, и легкий поцелуй прямо в плотно сжатые мужские губы. Это должно его успокоить… Отвлечь…

В первое мгновенье удивленный Захар замер, но уже через пару секунд пришел в себя, немного отодвинул Полину и горько усмехнулся:

— Какая жертвенность. Странно, что ради Эмиля а не ради того ублюдка, — в голосе Черного были слышны презрительные нотки, которые почему-то больно царапнули слух.

На чистом упрямстве она снова сделала шаг вперед и какой-то момент встретилась с Черным взглядом. Тот вдруг замер, а потом наклонился, почти стукнувшись своим лбом о лоб Полины, посмотрел ей в глаза и сразу поменялся в лице. Словно в замедленной съемке она видела, как серую радужку почти полностью поглотили угольно чёрные зрачки. Что это: гнев или желание? У неё совсем не было опыта, чтобы определить, а время поджимало…

Полина точно помнила, что Чёрный хотел её… Неужели все прошло, и теперь её близость на него не действует?

Пересилив робость, она осторожно коснулась жестких мужских губ своими и замерла в нерешительности. В этот раз Захар её не отталкивал. Он, как голодный зверь на охоте, следил за каждым её движением и часто дышал. Но, когда Полина нечаянно дотронулась до уголка его рта кончиком языка, Черный сгрёб её в охапку впился в губы глубоким поцелуем.

В первое мгновение она испугалась, но потом призвала на выручку всю свою выдержку и робко ответила. Главное — успокоить и отвлечь монстра, а о последствиях она подумает потом.

36

Впервые Полина отвечала на поцелуй Черного, но это почему-то вызывало у него смешанные чувства. Словно за внезапной взаимностью крылся какой-то подвох, хитрость, которую нужно было раскрыть. Но потом он вдруг заглянул ей в глаза и не увидел презрения и брезгливости. Это сорвало ему крышу.

Если бы рядом была любая другая, то Захар присвоил бы поцелую "два" по пятибальной шкале. Но это была та, которую он до дрожи хотел уже целый месяц, поэтому каждый робкий вздох и неумелое движение заводили его так сильно, что он готов был взять Полину прямо в лифте. Останавливало только то, что Черный не знал точно, был ли у неё опыт в интимных отношениях с мужчинами. Одна только мысль том, что его Полину мог кто-то трогать, заставляла его звереть, поэтому он сам не отдавал себе отчета в том, что все крепче сжимал дрожащее женское тело и еще сильнее углублял поцелуй.

Наверно, девчонка растерялась, испугавшись напора, потому что когда лифт приехал и остановился на нужном этаже, она даже вздохнула с облегчением. Чёрный, наоборот, с большим трудом оторвался от припухших губ и грубовато подтолкнул Полину к выходу из кабины.

— Иди.

— Ты же не собираешься возвращаться и заканчивать начатое? — Полина не смогла сдержать дрожь в голосе, и умоляюще посмотрела в почерневшие глаза Захара.

— Иди домой, я сказал.

— Нет!

Брови Чёрного поползли вверх, а взгляд потяжелел:

— Интересно, в какой момент ты стала такой строптивой, маленькая? Или дело в Эмиле? Почему ты так его защищаешь? — вдруг в его голове окончательно сложился пазл. У неё что-то было с Кайсаровым?

Как будто прочитав его мысли, Полина сжалась и уже более робким голосом попыталась оправдаться:

— Я никого не защищаю. Просто не хочу конфликта…

— Ясно, — Чёрный хотел ей верить, но внутри у него уже поднималась настоящая буря. Если Эмиль трогал её, целовал, раздевал, то он мертвец… Чувствуя, что закипает, Захар прикрыл на мгновенье глаза и снова приказал:

— Иди домой.

Но в Полине, видимо, проснулся дух мятежа, потому что вместо того, чтобы послушаться, она снова встала на цыпочки и поцеловала его в плотно сжатые губы.

Чего она добивается? Считает Захара настолько недалеким, что надеется отвлечь его от Кайсарова поцелуем?

К чёрту мысли о Эмиле, к чёрту ревность и вообще все на свете… Раз девчонка сама практически дает ему зеленый свет, то больше нет смысла с ней носиться. Сегодня он возьмет то, из-за чего нормально не спит уже целый месяц и, наконец, успокоится. И если у Беловой что-то было с Эмилем, то потом он свернет шею Кайсарову, а её заставит смотреть на это…

Чувствуя, что находится на грани, Черный замер и сосчитал про себя до трех, а потом всё равно сорвался и буквально набросился на Полину. Несмотря на робкие ответные действия, она была максимально зажатой. Но это совсем не мешало Чёрному, а наоборот ещё больше распаляло его. Каждое новое свидетельство ее неопытности немного успокаивало и дарило надежду на то, все-таки она невинна, хотя после сцены на парковке в это верилось всё меньше.

Он начал срывать с нее одежду еще в коридоре. Сначала на пол полетела куртка, а за ней свитер, за секунду стянутый с девушки через голову. Когда Чёрный содрал с неё обувь, Полина ненадолго опомнилась и завозилась в его сильных руках, но Захар резко подхватил её под бедра и понес в спальню. Поставил на ноги у кровати и продолжил начатое. Расстегнул узкие джинсы, обтягивающие хрупкую девичью фигуру и одним резким движением опустил их до самых щиколоток. Оставшись в одном белье, Полина часто задышала, но не сопротивлялась и продолжала испуганно следить за каждым движением Захара. Это одновременно заводило и злило его. Неужели так боится, что он подпортит фасад ублюдку Кайсарову?

Чувствуя жар в паху от самой сильной эрекции в своей жизни, Чёрный быстро скинул обувь и одежду, а затем навис над испуганной Полиной. Её молочная кожа покрылась мурашками, а сама девчонка шумно сглотнула слюну, явно боясь смотреть Захару ниже пояса.

От осознания того, что она отвечает ему и даже смотрит без презрения, Чёрный дурел, понимая, что теперь точно не отпустит её. Все действия Полины были рваными и неуклюжими, но Черного это возбуждало сильнее, чем все умелые приемы по соблазнению от его бывших. Если бы он знал, что она невинна, то точно наступил бы на все свои самые низменные желания, чтобы не пугать и быть мягче… Но противный червь сомнения точил Черного, а похоть только добавляла несдержанности, поэтому он совсем её не жалел.