Медведь для Маши (СИ) - Золотницкая Дарья - Страница 19

Но как это делается, я не представляю. В общине всё было просто: сосватали — вышла замуж. Обо всём родители договаривались. А здесь другой мир, совершенно для меня непонятный. Михаил привык к иным женщинам. Да и они, думаю, заинтересованы в таком мужчине. Он видный, красивый и когда на него смотришь, то сразу чувство защищённости появляется. Как огромная скала, которая закроет от всех ненастий. И теперь я понимаю, что мужчина, несмотря на свою внешнюю суровость, очень мягкий. Как страх перед ним прошёл, так я сразу это и приметила. И взгляд у него тёплый и жесты плавные, уверенные. Михаил немногословен, что тоже очень привлекает. Мужчина не должен попусту языком чесать, как баба.

Если что-то пообещал, делает. А ещё он уютный и очень манящий. Я даже понять не могу, что со мной происходит, когда он рядом находится. Постоянно чувствую смятение. Как себя вести, чтобы понравиться ему?

Грешные мысли в голове вспыхивают помимо моей воли. Представляю, как Михаил меня к себе прижимает и целует. И от этого непонятно жарко становится. Я не знаю, что с этими чувствами делать. Мне стыдно от самой себя.

Всё утро перед походом в магазин я места себе не нахожу, измеряю комнату шагами, молюсь, прося у господа смелости и решительности. Я должна показать, что смогу прижиться в его мире, стать для него достойной спутницей, а не малым дитём. Ведь он ко мне несерьёзно относится, нянчится.

Поэтому собираю всю волю в кулак и даже на лифте соглашаюсь спуститься. Только недостаёт мне выдержки, хватаю мужчину за руку, прося поддержки. И с облегчением выдыхаю, когда не отталкивает. Держит мои пальцы в своей огромной руке, напитывая меня своей уверенностью.

По дороге в магазин стараюсь внимательно большой мир рассмотреть, подметить детали. Он необычный и немного агрессивный. Все куда-то бегут как оголтелые. Одежда на людях странная, особенно на молодых. И мне такое носить придётся?

В магазине совершенно теряюсь. К нам выходит настолько красивая женщина, что я невольно зажимаюсь, начиная стесняться своего внешнего вида. Дама в эффектном брючном костюме, накрашена, правда, ярко, как распутница, но я вижу, как Михаил на неё смотрит. Заинтересованно. И мне становится совсем грустно. Я не такая. На мне овечий тулуп и некрасивые сапоги. Как я могу понравиться? Конечно, Михаил и не смотрит на меня как на женщину.

Покорно выбираю себе верхнюю одежду, хотя понимаю, что ничего в красивых вещах не смыслю. Просто беру то, что более привычно по внешнему виду. Чёрную дублёнку с меховой отделкой. А когда за сапогами идём, вижу витрину с таким бесстыжим нижним бельём, что меня изнутри, как будто кипятком ошпаривает.

Я мысленно примеряю на себя эти кружева, и сама пугаюсь от порочности собственного нутра. Но наверняка мужчинам подобное нравится. И Михаилу тоже…

Расстраиваюсь ещё больше. Смотрю на проходящих мимо женщин, которые спокойно берут с витрины это бельё и разрыдаться хочется. Изо всех сил сдерживаюсь. Наверняка Михаил по вечерам ходит к эффектной даме, которая не стесняется на себя подобное бельё надевать. Ведь не зря он периодически задерживается на пару часов. Приходит уставший и после душа сразу ложится спать.

А ещё я замечаю магазин со всякими женскими мелочами. Духи, косметика разного назначения. На стене висит фотография полуголой девицы. Мне бы отвернуться и молитву прочитать, а я пялюсь на изображение. Подмечаю, что её тело совсем не такое, как моё. На нём совершенно нет волос. Специально потом выискиваю подобные изображения и окончательно понимаю, насколько я не вписываюсь в привычный для Михаила мир. Я жалкая и некрасивая, да ещё и немая! Не выдерживаю и всё-таки начинаю плакать, когда мы в машину садимся.

— Маш, Машуль… — шепчет мужчина, пытаясь унять мою истерику.

С тревогой в глаза заглядывает, явно не понимая, чем передо мной провинился, а мне из-за этого ещё гаже на душе делается. Изо всех сил стараюсь прекратить рыдать, но никак не получается.

— Ты испугалась? — интересуется, протягивая руку. Явно хочет до лица дотронуться, но опомнившись, отдёргивает пальцы. А мне так хочется щекой к его горячей, большой ладони прижаться… — А давай немного по улице погуляем? — пытается он меня отвлечь? Надевай обновы и пойдём. Я тебя в цветочный магазин отведу. Выберешь любое растение, какое только захочешь.

Ну почему он со мной как с ребёнком? Всхлипываю, но киваю. Михаил выходит из машины, давая мне возможность надеть обновы. В них я чувствую себя немного увереннее, и мне даже кажется, что у мужчины при виде меня взгляд меняется. Или это лишь моё желание? Уже фантазирую и придумываю то, чего и в помине нет.

Мы идём по большой шумной улице. Михаил следит за мной, считывая реакцию. А мне немного страшно и неуютно. Всё здесь чужое и непонятное.

— Смотри, это светофор. Ты должна улицу на зелёный свет переходить, — объясняет мужчина. — Поняла?

Киваю. Чего же здесь непонятного? Впереди замечаю большую светящуюся вывеску с изображением красивых цветов.

— Заходи, — Михаил открывает передо мной дверь, и я тут же попадаю в настоящий рай!

Вокруг буйство зелени и красивых соцветий. Никогда таких не видела! Глаза разбегаются. Я останавливаюсь, оглядываясь по сторонам и пытаясь в себя прийти.

— Походи и приметь, что нравится. Мы посоветуемся с продавцом и купим наиболее подходящие для квартиры цветы.

Я ныряю в самую гущу райского сада и вдруг вижу знакомое растение — алое. Мама держала такое на окне и часто нас с сестрой им в детстве лечила. Незаменимое и очень полезное растение. Делаю в уме засечку. Его обязательно надо взять. А потом натыкаюсь взглядом на герани. У меня розовая, а здесь столько других оттенков, что сердце замирает от восторга. И бордовая, и белая, и малиновая. Легонько касаюсь пальцами нежных лепестков.

— Нравится? — слышу голос Михаила.

Киваю с улыбкой.

— Что-то ещё выбрала?

Как тут выберешь, если всё взять хочется. И небольшое деревце с белыми пряными цветами — комнатный мандарин. Не знаю, что это, но очень красиво и пахнет волшебно. А ещё колючие шарики — кактусы. Есть даже волосатые! Такие забавные! Но я понимаю, что нельзя наглеть, поэтому подвожу мужчину к полке с алое и тыкаю в него пальцем, а ещё пару гераней: красную и белую.

— Ты знакома со сказкой «Снежная королева»? — интересуется Михаил.

Отвечаю утвердительно.

— Там были розы, кажется, но тоже белые и красные, — улыбается мужчина. — Что-то сегодня всё время сказки нас преследуют.

«Потому что, ты меня с ребёнком сравниваешь», — говорю мысленно и тут же грустнею.

Глава 21

Михаил

Я боялся реакции Маши на первую прогулку. Но если не считать внезапной и необъяснимой истерики, то всё прошло довольно неплохо, поэтому я начал придумывать для Маши разные развлечения, способные быстрее социализировать девушку.

На следующий день мы отправились на каток. Вечер выдался просто сказочным. Большие хлопья снега мягко опускались с неба, окутывая всё и всех настоящим зимним волшебством. В свете фонарей он искрился и переливался всеми цветами радуги. Остановился и поднял голову, высовывая язык.

Маша удивлённо уставилась на меня, не понимая, что происходит.

— Я всегда любил в детстве снег есть. Решил проверить, такой ли он вкусный, как казалось раньше. Совершенно не такой. Наверное, в детстве всё ярче воспринимается. И ты знаешь, я давно вот так не гулял. Меня целиком поглотила рутина: работа — дом — спротзал. А благодаря тебе я снова мир увидел.

Маша смущённо опустила глаза, румянясь.

— А ещё мы сосульки ели. Бабка моя так ругалась, просто ужас! Иногда даже ремня от неё отхватывал. Ты ела сосульки?

Маша, улыбаясь, отрицательно мотает головой.

— Существуют вещи, которые человек обязан сделать в детстве. Поедание сосулек в него входит, — авторитетно заявляю.

Мы уже к катку подошли. Сегодня народа немного, и это радует. Маша не так стесняться будет. Вокруг всё увешено гирляндами из крупных лампочек, играет романтическая музыка и слышится смех.