Ученик пекаря - Джонс Джулия - Страница 83

Хват помчался за ним, и вскоре они, порядком запыхавшись, уже спустились вниз. Таул не прочь был немного передохнуть, но Хват уже взбирался на следующий холм.

— Эй, Таул! — крикнул он. — Неужто ты допустишь, чтобы я вошел в город первым?

Таулу ничего не оставалось, как последовать за ним.

Несколько часов спустя они, вконец разбитые, подошли к городу. Запахло рыбой — в Тулее не только ловили ее, но коптили и вялили. Она сушилась на солнце, тонким слоем расстеленная на огромных соломенных матах. Таул с мальчиком прошли мимо множества таких матов, за которыми присматривали малые дети или сторожевые гуси.

Жизнь в городе так и бурлила — огромный рынок занимал всю улицу. Торговцы под яркими навесами выкликали свои товары:

— Ленты, цветочки, брошки для вашей любезной!

— Рыба, рыба, самые крупные на свете омары!

— Перец и прочие специи из далекого Тиро!

— Яблочки, дешевые яблочки, совсем немножко помятые. Если вашим детишкам такие не по вкусу, спеките сладкий пирог.

Таул смотрел и слушал, глазея на товары и прикидывая, чем бы побаловать мальчика.

Хват не переставал удивлять его с тех пор, как они стали путешествовать вместе. Энергия в этом мальчишке никогда не иссякала: утром он вставал раньше Таула, целый день бежал впереди и готов был болтать хоть всю ночь. Он желал знать все о прославленных героях, но любил только те рассказы, где витязь в конце концов обретал груду золота и драгоценностей. Слушая о героях, которые умирали в нищете или раздавали бедным все свои деньги, он только недоуменно качал головой.

Он признался Таулу, что взял с убитых грабителей не только деньги, и достал из своей котомки большой зазубренный нож. Таул предложил научить его, как пользоваться ножом для самозащиты, но Хват сказал, что уже неплохо усвоил эту науку. Видя недоверие Таула, он проделал несколько весьма ловких приемов, чем рассеял все сомнения рыцаря.

В одном ларьке продавались горячие, восхитительно пахнущие пирожки с крабовым мясом. Таул купил два, а третий продавщица вручила ему бесплатно.

— Вы очень добры, сударыня, — с поклоном сказал Таул.

— Пустяки, сударь. Вы нездешний, это сразу видно по вашим золотым волосам, а в Тулее всегда рады путникам. — Женщина ласково улыбнулась, Таул поблагодарил ее и повернулся, чтобы отдать пирожок Хвату, но того и след простыл. Таул подумал, что малый, возможно, решил покинуть его, оказавшись в городе. Что ж, все к лучшему. Пусть остается там, где вокруг люди и всегда можно найти пищу и кров. Таул уселся на широком парапете и съел два пирожка, а третий, завернув в тряпицу, оставил на потом.

Он начал уже дремать на теплом полуденном солнце, когда что-то стукнуло его в висок. Он открыл глаз — мальчишка стоял рядом, ухмыляясь и примериваясь в него другим камешком.

— Ага, поймал я тебя?

Таул соскочил со стены и схватил мальчишку за ухо.

— Чего это тебе вздумалось бросать меня? А если бы ты потерялся?

— Я не упускал тебя из виду, — заверил, высвободившись, Хват.

— И чем же ты при этом занимался?

— Да так... промышлял.

— Ну-ну, — тяжело вздохнул Таул. — И много напромышлял?

— Много, в Тулее есть чем поживиться, доложу я тебе. У покупателей на этом рынке денег больше, чем им необходимо. Я просто снял сливки — излишки, так сказать.

— Сколько всего?

— Не вижу причины сообщать тебе это, мой друг. — Но заносчивая усмешка мигом покинула Хвата, когда Таул сгреб его за вихры.

— Вот что, мой друг: пока мы путешествуем вместе, командую я.

— Ладно, ладно, отпусти только. — Хват с большим достоинством поправил свою прическу. — Раз ты так настаиваешь, я тебе покажу. — Он приоткрыл свою котомку, Таул заглянул туда и увидел груду золотых и серебряных монет, а также несколько браслетов и колец. У него вырвался стон.

— Надеюсь, ты хотя бы соблюдал осторожность, — в Тулее карманников кастрируют. — Таул не имел понятия, как наказывают карманников в Тулее на самом деле, он просто хотел напугать мальчишку.

— Учить меня быть осторожным все равно что учить рыбу плавать. Притом я слышал, что здесь за это могут разве что выпороть. — Хват ухмыльнулся. — Ну и как ты думаешь поступить с моей добычей?

— Предлагаю снять комнату в скромной гостинице, просто, но сытно пообедать, а потом пойти и купить лошадей. Еще нам понадобятся седла, овес и припасы в дорогу.

— Годится. Только я эти галеты видеть уже не могу — я слишком молод, чтоб остаться без зубов.

— Ладно, купим взамен вяленой рыбы. — Теперь застонал Хват. — Не ропщи, Хват, — подмигнул Таул. — лучшего я тебе предложить не могу.

Они отправились, и Таул попросил старую цветочницу указать им какую-нибудь приличную гостиницу. Вопрос порядком обидел ее.

— У нас в Тулее, сударь, все гостиницы приличные. А вам, пожалуй, лучше всего подойдет «Вареная креветка».

— А где она находится, сударыня?

— У гавани, само собой, там же, где и все гостиницы. — И она ушла, прежде чем они успели спросить, как пройти к гавани.

— Ничего, найдем сами. Пошли.

— Таул, а хватит ли у нас, по-твоему, денег на двух хороших лошадей? Может, мне опять сходить на промысел?

— Две хорошие лошади нам ни к чему, Хват. Мне хватит и одной, а ты поедешь на пони.

— На пони? Я не для того трудился до седьмого пота, чтоб ехать на пони.

— А ты раньше когда-нибудь ездил верхом?

— Нет, но...

— Поедешь на пони, и кончено.

В конце концов они вышли к гавани, где царило кипучее движение: игроки кидали кости прямо на улице, продажные женщины предлагали свои услуги, грузчики таскали тяжелые ящики с рыбой. Скоро Таул углядел яркую вывеску с изображением креветки.

Чистота и порядок в гостинице приятно удивили Таула. На полированных деревянных панелях, окаймленных медью, висели картинки, живописующие креветок и способы их ловли. К путникам вышла скромно одетая девушка.

— Что угодно господам? — спросила она, присев перед Таулом и улыбнувшись Хвату.

— Комнату на одну ночь для нас двоих и что-нибудь поесть. Что вы нам посоветуете?

— Вареные креветки, разумеется. Сейчас я принесу вам целую миску и вкусный пирог, тоже с креветками. Что еще пожелаете?

— А кроме креветок, у вас ничего нет? — спросил Хват. Таул лягнул его в голень.

— Мы с удовольствием попробуем ваши креветки. Я попрошу еще кружку эля, — Таул коварно улыбнулся, — а мальчику дайте воды.

Поев, они отправились на поиски торговца лошадьми и нашли его неподалеку от гавани. При входе в лавку зазвонил колокольчик, и торговец подскочил, словно захваченный врасплох.

— Мы хотели бы купить лошадь и пони.

— Прекрасно! У нас тут нечасто покупают лошадей. — Лошадник разглядывал их, близоруко щурясь.

— Но у вас они есть?

— Ясное дело, раз я ими торгую. Пошли. — Он проводил их в конюшню, где большинство стойл пустовало. — Вам жеребчика, сударь?

— Покажите мне лучшее, что у вас есть.

— Есть отличный жеребец, сударь, — раньше он принадлежал самому лорду Флейхаркелу...

Но Таул уже не слушал торговца, углядев славную гнедую кобылу. Рассмотрев ее поближе, он оценил ее стройные сильные ноги и мускулистые бока. Она нуждалась в чистке, но была в неплохом состоянии. Хозяин, приметив интерес Таула, тут же перестроился:

— Я вижу, сударь, что глаз у вас отменный. Чудная кобылка, принадлежала знаменитой госпоже Даранде...

Таул пропускал его речи мимо ушей: лошадники — известные лгуны.

— Сколько?

— Десять золотых. — Таул повернулся и пошел прочь. — Восемь, — крикнул хозяин.

— Семь и пони для мальчика в придачу.

— Да ведь это все равно что даром отдать. Я заплатил за нее вдвое.

— Как хотите, — стоял на своем Таул. — Вы не единственный торговец лошадьми в городе.

— Хорошо, идет, хотя это настоящий грабеж.

— Отлично. Еще нам нужны седла и овес. Расплачусь за все завтра утром, тогда и заберу товар. Всего хорошего, сударь.