Измерение 23 - долгий путь (СИ) - Альбертович Лев - Страница 83

Когда Саша то ли случайно, то ли нарочно сбил пса, он подпрыгнул на месте, чуть не выпал и оторвав глаза от неба, пришёл в себя.

Почему-то огни кончились.

Редкие ряды котов остались чуть позади. Сообщение о заминированных домах пришло ко всем кроме них. Саша тревожно поглядывая в зеркало заднего вида наконец-то решил свернуть в переулок в начале нейтральной линии, где должна была быть взрывчатка. Танкетка едва вписалась в поворот и они оказались зажаты между двух стен.

Напротив главных ворот стояли оставшиеся собачьи силы плотным полумесяцем. Они сильно удивились, завидев свою одинокую танкетку, но не стали вглядываться в того, кто там сидел и пропустили ее в проулок.

Гаврила не понимающе посмотрел на них. Лев смотрел на ноги, а Тагир уже успевший сесть, на Льва.

— Я надеюсь нету вопросов, почему мы остановились? — уточнил Саша.

В ответ тишина.

— Что будем делать? — наконец то спросила Юля. — Долго мы тут просидеть не сможем же…

— Предлагаю голосовать… За то чтобы ехать или остаться. — ответил Слава. — Кто за то, чтобы продолжить ехать как только обе армии двинутся?

Тагир первым поднял руку. Через минуту это сделал Гаврила и сам Слава. Юля на удивление Феди подняла руку. Он хотел ее собственноручно опустить за нее, но побоялся, после увиденного в прошлом переулке.

— Артур? — спросил Слава.

Лев не ответил.

— Кто за то, чтобы остаться тут и…

— Бред. Это какой-то! — вскричал Саша. Раскидав рук— Пойдём убьют, мы будем между двумя огнями! Останемся тут на волю случая? Или вашего Саида? Я не хочу ему сдаваться! ВЫ можете умирать, мне плевать. Только меня не тащите.

Слава хотел что-то сказать, даже открыл рот, но замолчал.

— Да как ты смеешь такое говорить, это наш дол… — Тагир остановился на полуслове. Он почувствовал импульс. Глаза Льва жгли ему затылок, а окружающие его бараны… Не настолько глупы как хотелось бы. Эти речи не сработают на них. — Однако. — после заминки начал он. — Я соглашусь с большинством ради общего блага, если не посрамит солдатскую честь…

— Тебе честь дороже жизни? — сказал Саша срываясь с места.

— А тебе нет? — Тагир подошёл почти так, что они были нос к носу. — Что же я тут тогда с таким как ты делаю?

— Тот же вопрос.

— Хватит. — вставил Слава. А потом добавил — Этот спор не имеет смысла!

— Честь не имеет смысла!? — проорал Тагир не сдержавшись. А потом уже тише добавил: — А кто тебя вообще главным назначил? М? Я аристократ и я требую, чтобы вы немедля…

— Завали уже хлебальник Тагир. — сказал Лев, крутя головой. Спина у него болела после того, как меха рыцарей из сбросил из своей лапы.

— Прошу тебя, выражаться вежливее, Артур и не влезать в чужой разговор. Когда дело касается чести, я не терплю подобного. — сказал Тагир сложив ладони и указывая на Льва.

— Петух. — пробурчал Саша и уселся на место.

Тагир схватился за шпагу, Федя и Юля успели ухватить его за плечи.

— Повтори и я тебя проткну. — пригрозил Тагир, пока не сопротивляясь на захват.

— П-Е-Т-У-Х. — сказал Саша по буквам, а потом повторил по слогам намекая на слабые умственные способности Тагира.

— Пустите, я сделаю в этой свинье дырки! — кричал рыпаясь Тагир.

Слава влепил ему пощёчину. Резкий звук и последующие рычания Тагира Льву понравились.

— У нас всё ещё проблемы Тагир. — сказал Слава и влепил пощечину в другую щёку. — Оставь свои разборки на потом.

Тагир произнес что то невнятное, вырвался из рук, но остался сидеть на месте.

— И так… Других вариантов у нас нету, а голосование в тупике…

— Есть один вариант. — сказал повернувшись к ним спиной Гриша. Он начал крутить колесико радио. — Но я не факт, что сработает. Связаться с кошачьей линией мы не можем. Однако поймать собачью и выяснить что-то у нас вполне может получиться.

Они столпились полукольцом вокруг него. Подкручивая колёсико Лев слышал в основном раздражающий треск помех, один раз была музыка, пели что то уж больно весёлое. Наконец-то спустя пару минут, когда надежда начала гаснуть, они услышали голоса. Сначала был сплошной треск, но достаточно быстро он прекратился. А потом они поймали они нашли что искали.

— Говорит Генерал лейтенант Леманн. — прохрипел старческий голос сквозь неровные помехи. — Говорит генерал лейтенант Леманн. Агент Кёниг, как слышно? Приём.

— Это Кёниг. Слышно вас четко. — отозвался приятный баритон. — Прошу разрешения на эвакуацию через тыльные ворота вместе с пленником. Приём.

— Западные ворота заняты Кёниг. — ответил старик и закашлялся. — Происходит эвакуация раненых важных кадров, пока эти лизозады клюнули на удочку. Мест нету. Приём.

— Что? Вы же сказали, что все рассчитано. — голос не звучал злобно, однако в нём была какая-то опасная обида. — У нас этот невидимый гаденыш, мы должны его доставить, Генрих! Приём.

— Не смейте называть меня по имени, агент Кёниг. — невозмутимо ответил Леманн. — Я не забыл о вас. Тыльные ворота вам закрыты, дозорные сообщили о угнанной танкетки через главный гараж, а сейчас там ведётся бой с отделившийся группой кошаков. Вы не сможете пройти туда, из башни. — он снова закашлялся. — Но я помню о вас. С юга не замечено крупных вражеских подразделений, там находится запасной самолёт на десять мест. Берите пленника и уезжайте. Приём.

— Там нету самолётной катапульты, генерал-лейтенант…

— Используйте улицу… Конец связи.

— Генрих? Генрих!?

Гриша отключил рацию. Они помолчали.

— Невредимый гаденыш значит… — сказал Лев и поразился как точно этот агент описал Джона. — Вы же поняли?

— Только не говорите мне, что мы едем его спасать… Гриш? — устало спросил Саша.

— Либо так… Либо в общее пекло. — ответил тот. — Я думаю ты тоже считаешь, что так лучше брат.

Саша глубоко вздохнул.

— Как думаете, нас за это наградят? — радостно спросил Гаврила.

— Ещё бы выжить к этому моменту… — пробурчал Лев и снова чуть не упал, когда Саша двинулся с места на юг.

— Убьём же этих ублюдков. — сказал Тагир глядя на шашку. Ему хотелось ещё раз ей поорудовать.

Позиция Льва

Агент Кёниг шёл во главе них. Рядом шла Софи, которая запечатала в ровный шар Джона, тот был без сознания. Честно говоря выглядела она не очень, но огорченная и немного озлобленная на Кёнига она старалась не подавать виду. В конце концов Кёниг заместил ей всех, когда забрал ее из дому и его фигура всегда маячила рядом с ней.

За ней похрамывая плелся капитан, который ронял тяжелые слюни на песок. Жара ему не нравилась и он собирался быстрее усесться в самолёт. Его медали, стальные эмблемы и пару мелких протезов слишком сильно грелись от пустынного солнца. Он приподнял голову и посмотрел на солнце и пускай он никогда не узнает этого, разделил ту же мысль, что и Лев. Пожелал солнцу испустить дух.

Когда Кёниг дошел до договоренного места на его удивления самолёта не было. Вместо него красовалась небольшая посудина с открытой крышкой, с маленькими бортами, на огромном шаре. Горелка уже работала пуская огонёк. Пилот приветственно дёрнул за шнур и раздалось гулкое подобие клаксона. Уже разозлившийся Кёниг выбежал в сторону маленького воздушного шара.

— Что ты тут делаешь!? Генр… — чуть не назвав его по имени, он прокашлялся и успокоился. — Генерал лейтенант Леманн обещал нам самолёт. Где он?

— Все самолёты заняты верховным офицерским составом. А запасные уничтожены. Последний под бронью генерала лейтенанта. — объяснил молодой пилот. — Так что вы либо летите со мной… Либо не летите господин… Эм…

— Агент Кёниг. — договорил он.

"Генрих, мы же договаривались ещё пару месяцев назад обо всём. Почему ты меня подставляешь? Уж попробуй у меня получить рекомендации как командир, старая гнилая слива."

— Ну так, что? — спросил пилот. Глаза его пылали чем то важным, что Кёнигу не понравилось. Генрих его обманул.

Кёниг потянул его за лямку своим протезом. Вчерашний щенок, чуть не упал с борта, еле держась руками за ограду.