Стая Воронов (ЛП) - Маккензи Джо - Страница 27

— Ты должен защищать меня, — выпалила она.

Коул выпрямился.

— Нет, ты просила меня защитить твою семью.

Он оглядел квартиру. Его внимание зацепилось за что-то. Его тёмные брови нахмурились. Он сделал шаг к её дивану. Там, на подлокотнике, лежало идеальное блестящее перо.

Рейвен сглотнула.

Он выдернул перо из того места, где оно лежало. У него перехватило дыхание, и он зажмурил глаза. Когда они снова открылись, радужки кровоточили, закрывая белки его глаз.

— Значит, не лиса-оборотень, как твоя семья, тогда…

Он никогда не думал, что она была лисой-оборотнем. Она бы поставила на это свою последнюю пару туфель. Он знал, что она была отчасти Иной, как только они встретились, и попросил её убрать свои контакты, но перо, должно быть, подтвердило его подозрения. Какая бы информация, которую он из неё ни почерпнул, подействовала на него достаточно, чтобы заставить его глаза измениться. И для кого-то, кто излучал уверенность и контроль, это говорило больше, чем любые слова, которые он произносил.

Она стиснула зубы и расправила плечи.

— Ты должен обеспечить мне защиту.

Его брови взлетели вверх.

— Похоже, ты не нуждаешься в защите.

Должно быть, он сделал этот вывод из-за отсутствия крови и кишок, разбрызганных по стенам, но у Рейвен не было возможности помешать Бэйну вернуться. Её блестящее остроумие и навыки бегства только отдаляли бы её.

— Я не согласна.

— О, не волнуйся, — в его тлеющем взгляде таились всевозможные предположения. — Я планирую присматривать за тобой повнимательнее.

— Обещания, обещания.

— Бэйну было бы невыгодно использовать тебя в качестве рычага давления. — Он продолжал вертеть перо между пальцами.

— Как мне связаться с тобой, если у меня не будет телефона, или ты в Иных мирах?

— Призыв — это просто.

Он наклонился, обдавая её своим таинственным лесным ароматом. Его голос дрогнул. Он провёл пером по её носу.

— Просто скажи моё имя.

Её бёдра напряглись.

— Только твоё имя?

Он кивнул и протянул свободную руку, чтобы собрать прядь её всё ещё влажных волос. Он провёл по ней двумя пальцами, пристально глядя, словно гипнотизировал.

— Моё полное имя фейри.

— И это всё? — Она протянула руку за пером.

Он покачал головой.

— Проливая свою кровь или кровь другого.

Сказанное заставило кровь отхлынуть от её лица.

— Просто хватаю и четвертую себя, выкрикивая твоё имя, — она щёлкнула пальцами. — Легко.

Он усмехнулся.

— Хотя мысль о том, что ты будешь выкрикивать моё имя… восхитительна, — он сделал паузу и позволил её волосам выскользнуть из его пальцев. — В этом нет необходимости. И хотя нужно больше крови, чем от укола булавкой или царапины, хватать и четвертовать — это чрезмерно. Мне больше нечего будет защищать, как только я прибуду.

— Не слишком ли утомительно иметь свое имя ключевым словом для призыва? Например, любой мог бы это сделать, и ты бы носился по всему Царству Смертных, чтобы отвечать на звонки. — Она провела руками по тонкому хлопку пижамных штанов. Всё, что угодно, лишь бы не протянуть руку и не коснуться Коула.

— Не совсем. Например, прямо сейчас тринадцатилетний прыщавый сопляк через дорогу занимается оккультизмом. Он использует моё имя как плохую песню, застрявшую на повторе, потому что хочет быть крутым убийцей и думает, что я могу как-то его преобразить. Он даже научился добавлять компонент крови.

Он сунул перо за пояс джинсов, демонстрируя мускулистый торс.

Она облизнула губы.

Он натянул рубашку, чтобы прикрыть перо.

— Компонент крови? — спросила она.

Этот разговор нужно было вернуть в нужное русло, прежде чем её разум сойдёт с рельсов и скатится в канаву.

— Каждое заклинание имеет свою цену. Чтобы призыв был услышан, ты должна питать свой голос, а еда по выбору — это ваша жизненная сущность.

— Кровь.

Он кивнул.

— Кровь.

Да, никакое количество повторений этого факта не заставило его потерять отвратительность.

— Значит, тебе не обязательно идти к нему? Он истекает кровью и выкрикивает твоё имя.

Коул ухмыльнулся.

— Нет. Даже на таком близком расстоянии буксир слабый. У него нет ни истинной силы, ни способности подчинить меня. Я, наверное, чувствую это только потому, что нахожусь так близко, — он помолчал. — Призвать меня может быть легко, но контролировать меня — нет. Мне не нужно отвечать на вызов. Думай об этом как об инвазивном типе телефонного звонка. И если я всё-таки отвечу, то я не какой-нибудь демон, запертый в ведьмином круге в полнолуние. Большинство людей слишком боятся моего возмездия, чтобы вызвать меня бездушно. Я мог бы прийти и сделать жизнь твоего соседа невыносимой, или я мог бы остаться здесь в гораздо лучшей компании.

Её щёки вспыхнули.

Он подошёл ближе. Так близко тепло его тела прижималось к её коже. Нежный ветерок его дыхания овевал её щёку. Если бы она высунула язык, то узнала бы, так ли он хорош на вкус, как выглядит.

— С другой стороны, ты, — сказал он. — Моё имя на твоих губах это зов сирены, которому я не могу сопротивляться.

Полосы теней потянулись вперёд и пробежали по её коже. Большие, умелые руки Коула обхватили её лицо, а его губы прижались к её губам, горячие и сочные. Его язык скользнул внутрь и погладил её. Время замедлилось вместе с её сердцем, и комната исчезла. Только Коул и его губы на её губах прогнали все оставшиеся страхи от визита Бэйна. Она растаяла в его губах, и он заключил её в свои сильные, защищающие объятия. Его руки обхватили её, пока тени исследовали её тело. Лёгкие, как пёрышко, струйки обещанного удовольствия, они двигались и дразнили её кожу.

Коул углубил поцелуй и притянул её к своему телу, крепко, там, где она была мягкой. От него пахло мрачными обещаниями и скандальными ночами. Его грудь прижалась к её груди. Всё это время его тени продолжали двигаться и исследовать. Осмелев, их прикосновения усилили давление.

У Рейвен закружилась голова. Её конечности обмякли, сердце растаяло. Её руки вцепились в мягкую ткань его рубашки. Коул предлагал беспрепятственную страсть и удовольствие в своих объятиях.

В объятиях незнакомца.

Рейвен напряглась. Она почти ничего не знала об этом человеке. Он всё ещё может замышлять убийство её собственного брата.

Чёрт возьми, даже когда она кого-то знала, ей всё равно удавалось обжечься.

Коул отстранился, всё ещё держа её в объятиях, его пристальный взгляд искал её. Его губы дрогнули.

— Ты слишком много думаешь, Эйнин.

— Что же мне тогда делать? — прошептала она, всё ещё переводя дыхание.

— Чувствуй.

Он потёр её руки.

О, как ей этого хотелось. Как ей хотелось отбросить осторожность на обочину и прижаться своим обнажённым телом к его. Как ей хотелось забыть обо всех своих бедах и позволить Коулу наполнить её мысли удовольствием.

Взгляд Коула смягчился. Он наклонился вперёд и быстро поцеловал её, прежде чем отпустить. Кожу покалывало там, где его тени оставили её. Она остро ощущала их отсутствие.

— Иди спать, Эйнин. Я займу диван.

Она посмотрела на эту гадость размером с квартиру, которую купила в Интернете из вторых рук.

— Ты собираешься спать на этом?

Его взгляд тлел.

— Я бы предпочёл спать на чём-нибудь другом или с чем-нибудь другим.

Жар залил её кожу.

Он наклонился ко мне.

— Но даже мой самоконтроль не настолько хорош. Я беру только то, что даётся даром.

— Э-э-э…

Он отодвинулся от неё, оставив прохладный воздух там, где когда-то было тепло.

— Какие у нас планы на завтра?

Её мозг с грохотом переключил передачу. Её тело всё ещё винило себя за то, что упустило отличный секс. Что с ней было не так?

Он приподнял бровь.

— Собираюсь допросить старого друга.

— Твоего или Беара?

Она колебалась.

— Обоих.

Мне кажется.