Стая Воронов (ЛП) - Маккензи Джо - Страница 43

Один отдёрнул руку. Его рот сжался в тонкую линию.

Когда произошло поражение?

После напряжённой минуты, которая длилась десятилетия, Один кивнул.

— Ты достойна…

Его лаконичный комментарий вернул её сознание в настоящее.

— …в достаточной мере.

Коул и Хугинн Мунинн стояли рядом с ней с широко раскрытыми глазами, словно замороженные той же мощной энергией, в которую её погрузил Один. Тени отступили.

Всеотец развернулся на каблуках и без дальнейших комментариев поднялся по ступенькам к своему трону.

Эм, хорошо. Они закончили?

Коул протянул руку и подтолкнул её локтем. Он поднял подбородок в сторону выхода.

Думаю, да.

Один внезапно испарился и Хугинн Мунинн остался проводить Рейвен и Коула к воротам. Они повернулись, не говоря ни слова, и пошли обратно тем же путём, которым пришли, мимо молчаливых, настороженных воинов. Рейвен остановилась на пороге.

Жуткие красные луны Иного мира светились, как огненные шары в тёмную летнюю ночь, низвергаясь на группу потоками тёмного золота. Сладко пахнущие деревья выстроились вдоль зловещего входа в зал и смотрели перед собой. Два факела затрещали и осветили площадку мягким светом. Жар коснулся лица Рейвен.

Она повернулась к своему биологическому отцу.

— Итак, вы оба мой отец, или только один из вас, или?..

— Мы — две половинки одной монеты.

Она закатила глаза.

— Да, да, да. Я всё понимаю. Ты Бен для его Джерри, Мак для его Сыра, Инь для его Ян.

Хугинн Мунинн приподнял бровь и сделал паузу, чтобы на мгновение повернуться к Коулу.

Он пожал плечами.

Её отец вздохнул.

— Я не уверен, что ты понимаешь.

Что это вообще значит?

— Боже, а Иные могут быть менее загадочными?

Хугинн Мунинн покачал своей, их, неважно, головой. Тьфу, местоимения были такими ограничительными.

— Итак, просто для подтверждения, ни ты, ни Один не наняли, не похитили и не причинили никакого вреда моему брату Беару? И ты никогда не встречался с ним, если не считать того, что наблюдал за нами в детстве?

— Это верно. Если мы обнаружим его местонахождение, мы пошлём сообщение.

Рейвен вытащила чёрное перо из-за пояса.

Коул отпрянул.

Хугинн Мунинн прищурил глаза и наклонился. Его ноздри раздулись.

— Ты уронил это, когда обыскивал укрытие Беара?

Коул напрягся.

— Мы не обыскивали дом твоего брата или какое-либо другое укрытие. Мы доставили открытку только в его квартиру.

Очевидно, лагерь Одина оставался в неведении о безопасном доме Беара.

— Тогда как это туда попало?

Хугинн Мунинн нахмурился. Их плащ развевался вокруг их большого тела.

— Это перо не наше.

— Тогда чьё же оно?

Её отец наклонился к ней.

— Тебе следует спросить своего сопровождающего.

Рейвен резко повернулась и посмотрела на Коула. Один спросил, приходил ли Коул ко двору от имени… Лили… Лилис… Лис… Нет, Ллос. В её голове промелькнули воспоминания. Майк что-то говорил о Ллос. Что это было? Что-то расплывчатое в этом имени навевало на неё школьные воспоминания, но воспоминания о том времени давным-давно ослабли, вытесненные другим жизненным опытом. Что-то о Ллос и Тёмном мире. Слишком неясная и неважная в данный момент, её разум отбросил эту информацию.

Прежде чем она успела потребовать от кого-либо ответов, Хугинн Мунинн широко развёл руками. Её отец разбился на двух больших воронов. Они взмахнули крыльями и улетели в ночь. Волны горячего воздуха ударили ей в лицо.

Её кожу покалывало, когда все волоски встали дыбом. Должно быть, так она выглядела, когда преображалась.

Коул наклонился.

— Как отец, так и дочь.

Она ткнула негнущимся пальцем в его твёрдую грудь. Ой.

— Тебе лучше дать мне несколько ответов.

— Как и тебе следовало бы. Мы заключили сделку, Рейвен. Никаких секретов. Тебе не следовало скрывать от меня перо.

Она открыла рот, чтобы объяснить, но Коул покачал головой.

— Не здесь.

Он потянулся вперёд и заключил её в объятия. Свет померк. Рейвен пискнула, когда мир растворился и Коул, переносил их через тень, наполняя её теплом и его землистым ароматом. Темнота, окутавшая её, рассеялась, открыв её тускло освещённую квартиру. Она повернулась в объятиях Коула. Он не отпускал её. Такие тёмные глаза, как у него, не должны были менять цвет, но они изменились. Подобно различным глубинам тени, его жуткий взгляд то исчезал, то переливался разными оттенками чёрного, серого и серебристого. Глубокий и насыщенный, лёгкий и холодный.

Прямо сейчас, глядя в кажущиеся бездонными ямами, они темнели, превращаясь в пропасть. Притягивая её, заставляя следовать за собой. Его руки напряглись. Его руки сжались у неё за спиной, немного впиваясь.

Она облизнула губы. Воспоминания о его губах на её губах терзали её разум. Она всё ещё чувствовала его вкус.

Его взгляд оторвался от неё и скользнул вниз, к её губам. Он наклонился. Лязг холодильника смягчился. Жужжание её ноутбука стихло. Комната вокруг них исчезла.

— Я не помешал? — вмешался чей-то голос.

Её состояние, похожее на сон, разрушилось. Самодовольный тон в голосе Люка заставил страх пробежать по её позвоночнику, когда она выпрыгнула из объятий Коула.

Коул хмыкнул и потянулся к ней.

Слишком поздно.

Прежде чем его рука сомкнулась на её руке, в комнате вспыхнул яркий свет.

Коул исчез.

Тёмным саваном в комнате, полной света, Люк подошёл ближе и схватил её за бицепс. Его пальцы крепко сжались. Его Иная природа проникла в её кожу и ослабила её энергию. Подобно тушению пламени, его сила действовала подобно гигантской лопате, полной гравия. Бэйн сжимал светящийся шар в другой руке. Их окружал пьянящий запах крови и стали. Боль пронзила её руку до самых пальцев. У неё болели глаза. Шокирующее белое пламя исходило от артефакта, который держали в нескольких дюймах от неё.

— Абсолютный свет, — объяснил Люк. — Конечно, не так хорошо, как Клейом Солаис, но это даст мне минуту или две. — Он притянул Рейвен ближе.

Она наткнулась на его крупную фигуру. Её лицо ударилось о мягкую ткань его рубашки. Нежный аромат его одеколона противоречил тому, что происходило. Она потянула своих воронов, но тёмная энергия зашипела и захлебнулась, как отказавший двигатель Жан-Клода.

— И минута-это всё, что мне нужно.

— Не то, чем обычно хвастаются мужчины.

Люк пристально посмотрел на неё. Он уронил светящийся шар и свободной рукой вытащил маленький красный диск. Он бросил его на землю. Ещё один портал открылся. Он шагнул в неясный красный свет, ведущий в Иные миры, и потащил её за собой.

ГЛАВА 22

Линкольн был великим не потому, что родился в хижине, а потому, что вышел из неё.

— Джеймс Траслоу Адамс

Рейвен несколько раз моргнула. Постепенно искажённое видение комнаты стало менее расплывчатым. В ушах у неё зазвенело от сенсорной перегрузки, и комната загудела. Или, может быть, это была она. Тёмная энергия внутри неё пульсировала, требуя освобождения. Перья хлопали и трепетали у неё в животе.

Она покачала головой. Пушистые волосы коснулись её щеки.

Два дивана у ревущего камина приветствовали её с ясностью. Сосновая отделка стен и земляной запах в воздухе наводили на мысль о бревенчатой хижине. Хотя шторы были задёрнуты, всплеск её тёмной энергии и её продолжающееся извивание наводили на мысль, что Люк унёс её в одно из Иных Царств. Портал не влиял на время, поэтому, хотя она путешествовала в другое Царство, оно отражало её собственное. Было ещё лето, и стояла тихая ночь.

Похожая на тиски хватка на её руке разжалась. Её тёмная энергия поднялась, прижимаясь к её коже. Она ахнула. Нет. Она не могла сейчас перевоплотиться. Не без дополнительной информации. Куда ей бежать? Она боролась с мощной сущностью воронов и оттолкнула её обратно. Птицы немного успокоились, но недовольно каркали. Превращение прямо сейчас не имело никакой цели и поместило бы её в тела меньших, более уязвимых существ. Сначала ей нужен был план побега.