Трагедии - Еврипид - Страница 263

Разгадал он тайну девы и не знал пределов славы

1760 В день, когда плененный город от убийцы он избавил,

В обесчещенном и дряхлом узнаете ль вы Эдипа?

Но зачем все эти стоны? Много горя в этом мире,

Если так решили боги, прах ничтожный, покоряйся!..

(Берет посох и направляется к выходу.)

За ним медленно идет Антигона.

Хор Благовонной короной своей

Увенчай поэта, победа,

И не раз, и не два, и не три

Ты увей его белые кудри!

(Покидает сцену.)

ИОН

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Гермес (III)

Ион, сын Феба и Креусы (I)

Хор — рабыни Креусы

Креуса, царица афинская (II)

Ксуф, ее муж (III)

Старик — дядька Креусы (III)

Раб Креусы (III)

Пифия, дельфийская пророчица (III)

Афина (III)

ПРОЛОГ

Сцена представляет свободное пространство перед храмом Аполлона в Дельфах. Фронтон богато изукрашен живописью и скульптурой. В глубине видны горы, ближе к храму — лавровая роща. Рассвет.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Гермес Старинный кров бессмертных — небеса, —

Лоснящий медью плеч Атлант когда-то

Родил с богиней Майю: это мать

Моя была, отец мой — Зевс великий.

И это я, слуга бессмертных, в Дельфы

Пришел, где Феб, заняв срединный храм,[585]

И что теперь творится, и что будет,

Размеренной вещает речью. Есть

В Элладе славный город: в честь Паллады,

Сверкающей копьем, он наречен.

Там Аполлон принудил к браку дочь

10 Креусу Эрехтея, под навесом

Той северной скалы, где кремль стоит...

(Скалам тем имя «Долгих» дали люди.)

Не знал отец, что дочь его, царевна,

От Феба носит бремя; так желал

Сам Аполлон. Когда ж настало время,

Родив в чертогах сына, нежный плод

Под ту же сень, где сочеталась с богом,

Царевна отнесла и на смерть сына —

Малютку обрядила: в закругленной

Положен он корзинке крепкой был...

20 Был соблюден и дедовский обычай

Царевною: рожденного землей[586]

Когда беречь давала Аглавридам

Кронида дочь, она на помощь им

Двух змей еще приставила к ребенку;

С тех пор в Афинах золоченых змей

На шею надевают детям. Этот

Девичий свой убор надев на сына,

Царевна с ним простилась. А ко мне

Взмолился брат: «Ты знаешь край, конечно,

30 Людей тех самородных,[587] край Афины,

Возьми же — там, в пещере, есть дитя,

Рожденное недавно, — там, в корзинке

С его приданым детским, — ты малютку

К святилищу дельфийскому снеси

И положи у входа — это сын мой;

Об остальном я позабочусь сам».

И вот, в угоду брату, колыбель

Плетеную я поднял и малютку

Оставил перед входом в Фебов храм,

Убежище из прутьев приоткрывши,

40 Чтоб там дитя заметили.

И вслед

На небо въехал Гелий, а к порогу

Святилища, гляжу, идет жена...

И уж войти готова в храм, но взор

Роняет на младенца и дивится:

Неужто же кто из девиц дерзнул

Мучений плод подкинуть тайно богу?

«Подальше же младенца от святыни!»

Но слезы растопили сердце ей,

И сыну Феб помог остаться в храме.

Он Пифией был вскормлен, хоть она

50 Не знала, что ребенок этот Фебов,

И матери его не знала; также

И он не знает, кто родил его.

Пока малюткой был он, с алтарей

Питаясь, тут он и играл на воле,

А как подрос,[588] дельфийцы сторожить

Сокровища назначили его,

И он, храмовник верный, в божьем доме

И посейчас живет, от всех почтен.

Креуса ж, мать его, за Ксуфа вышла;

И вот как это было: меж афинян

И жителей Евбеи, что слывут

60 Народом Халкодонта,[589] разлилась

Враждебная пучина. Ксуф к Афинам

На помощь поспешает, и рука

Царевны их и царский сан ему

Наградою явились. Сам он не был

Из племени афинян, — Эолид

И Зевсов внук, он родился в Ахайе.

Детей у Ксуфа нет, а уж давно

Женат он на Креусе. В Дельфы их

И привело горячее желанье

Иметь детей. А Локсий вел к тому,

Должно быть, дело, — это все мне ясно.

При входе в храм он Ксуфу своего

70 Пристроит в сыновья, чтобы в Афинах