Трагедии - Еврипид - Страница 334

Пауза.

Агамемнон

(молча блуждает взором по небу, потом к старику, указывая ему на небо) Скажи, старик, какая там звезда

По небу катится?

Старик

(тоже смотря в небо) То Сириус, владыка,

Семи Плеяд созвездия настигла[732]

И возле них небесный держит путь,

А что прошла, ей столько ж остается...

Агамемнон Какая тишь... Ни звука... Хоть бы птица,

10 Иль моря всплеск... Молчанием Еврип[733]

Воздушным будто скован...

Старик Но сдается...

Встревожен ты, мой добрый господин?

Шатер забыт! А между тем в Авлиде

Так мирно все. И даже на стенах

Смениться не успели караулы.

(Жестом приглашает его в шатер и почтительно:) Вернемся, царь...

Агамемнон

(со вздохом и смотря на старика) Как счастлив ты, старик!

Как я тебе завидую, что можешь

Ты век прожить в безвестности... Мне тот,

Кто вознесен судьбою, только жалок...

Старик 20 Но где же счастье, царь, как не у вас.

Агамемнон А долго ли оно нас тешит, старец?

Приманка сладкая, а откусить — претит...

То бог казнит обиженный и счастье

Нам рушит в прах, а завтра, смотришь, люди,

Толпа капризная его на клочья рвут...

Старик

(строго) Что говоришь ты, царь,

Что говоришь?

Или ты мнить дерзал,

Что на бессменное

30 Счастье родил Атрей

Сына вельможного?

Смертнорожденному

Боги в удел дают

Счастье с печалями.

Божье веление,

Рад ли, не рад, терпи...

Но ты всю ночь светильник жег и доску

Писаньем покрывал. Вон у тебя

Она в руках и до сих пор — я видел,

Как ты стирал письмо, потом печатью

Его крепил, потом, печать сорвав,

О землю ударял доской, и слезы, слезы

40 Обильные вдоль щек твоих текли.

И мне порой казалось, что безумец

Передо мной... Ты болен, государь?

Тебя терзает что-нибудь? Поведай

Мне слово тайное. Перед тобою раб,

Доверия достойный, и недаром

Еще Тиндар в приданое невесте[734]

В твой царский дом меня определил.

Агамемнон Трех дочерей на свет явила Леда:

Звалася Фебой[735] первая из них,

50 Жена моя, вторая, Клитемнестрой,

И младшая Еленой.

Женихов

Прославленных в Элладе и могучих

Ее краса манила, и вражды

Зажглось меж ними пламя: уж носились

Кровавые угрозы по устам,

Суля ее избраннику расправу...

Уж голову старик Тиндар терял,

Ее отец, колеблясь, выдавать ли

Иль лучше дочь совсем не выдавать, —

И вдруг его решенье осеняет —

И юношам он молвит: «Женихи,

Клянитесь мне, соединив десницы

60 И пепел жертв обильно оросив,

Спасать от бед избранника невесты,

И если кто, будь варвар то иль грек,

Столкнув его с Елениного ложа,

Тиндара дочь в свой город увезет, —

Клянитесь мне разрушить стены вражьи».

Так царь Тиндар, опутав женихов

И клятвою связав их, дочке отдал:

«Любого, дочь, ты выберешь — плыви,

Куда влечет Киприды дуновенье».

70 Был выбором отмечен Менелай.

О, горе нам!.. Но годы шли... Фригиец,[736]

Решивший спор богинь — так говорит

Предание, в Лакедемон приехал:

Цветами на одеждах ослепив,

Весь золотом увешанный, как варвар,

С царицею влюбленный Приамид

Влюбленною уплыл к родимой Иде,

Пока по свету ездил Менелай...

Но вот домой вернулся царь: язвимый

Любовью и обидою, он шлет

Во все края Эллады, чтоб о клятве

Припомнили ахейцы... На призыв

80 Воздвиглись копья мигом и немедля

Среди щитов блестящих женихи

Под парусом, на бранных колесницах,