Так далеко, так близко (СИ) - Эльданова Александра - Страница 3

— Секрет фирмы. Оно тебе надо?

— Любопытно, — сознался я.

— Любопытство погубило кошку, — Майя затушила окурок.

— Но удовлетворив его, она воскресла, — хмыкнул я.

Девушка изумленно уставилась на меня.

— Ты знаешь продолжение этой поговорки?

— Ты меня совсем дубом считаешь? — картинно оскорбился я.

— Чем больше в армии дубов, тем крепче наша оборона. Ты ведь служил, если у тебя такая должность сейчас?

— Служил. Антитеррористическое подразделение "Вымпел". Слышала о таком? — каюсь, произвожу впечатление на девушку и выпендриваюсь.

— Даже больше, чем ты думаешь. А ушел почему? Не смог?

— Ранение. Комиссовали потом.

— Извини.

— Ерунда. Я вполне доволен жизнью.

Украдкой я её всё же разглядывал при свете дня, и чуть не попался, встретившись с насмешливым взглядом ореховых глаз.

— Мне пора, наверное. Спасибо тебе.

А, черт!

— Я тебя подвезу.

— Не надо, ты и так много сделал.

Мы попрепирались, но со мной бесполезно спорить. Да и отпускать её я… Не хочу, что ли? Занятная девушка.

Напоследок я всё-таки всучил Майе свою визитку, на всякий случай. Правда не уверен, что она позвонит. Совсем не уверен.

До тонкой пластиковой папочки с так называемым досье я добрался только глубоким вечером, прихватил кружку чая и устроился в кабинете.

Так… Майя Алексеевна Повицкая, двадцать пять лет. Надо же, а я думал она моложе.

Дата рождения — двадцать девятое мая, место рождения — Санкт-Петербург.

Как интересно-то… И прописка там есть, оказывается. Ладно, смотрим дальше.

Родители: мать — Ирина Леонардовна Повицкая, отец — Алексей Юрьевич Поветров.

Я чуть чашку не выронил. Её отца я знал. Лично. Он был моим командиром и погиб тринадцать лет назад при штурме торгового центра захваченного террористами. Погиб почти на моих глазах. Хороший был мужик, настоящий. За наши спины никогда не прятался, за что и поплатился. Вот кого мне напомнила Майя.

Я всё-таки перелистнул страницу.

Школа, секции, айкидо, соревнования, призы. Это я знаю, а вот о замужестве в семнадцать лет слышу впервые. А кто у нас муж? Гражданин Штейнер Генрих Августович. Ой ё! На двадцать пять лет старше Майи. И тут же конец спортивной карьеры. Это она его так сильно любила или Генрих Августович был таким авторитарным? Три года брака, детей нет. Вдова?! Мать моя, женщина! Что еще я накопаю? В спорт не вернулась. Зато потом занималась каскадерством, тоже три года, затем шесть месяцев тишины, и теперь инструктор по стантрайдингу(2) и разовые работы каскадером. Что у неё было в эти полгода? Бурный роман? Травма? Я могу узнать, конечно, только не буду. Я и так влез далеко. А зачем, спрашивается? Сам не понимаю.

________________________

1 — Немного Нервно — Ты И Твои Женщины

2 — Стантрайдинг — трюковая езда на мотоцикле.

III. Свихнулся? Влюбился?

"Предсказывай или лги, лечи меня от тоски,

Пообещай в ноябре, что скоро весна.

Но только не уходи, кто-то не пьёт один,

А я не могу встречать темноту одна.(1)

Конечно, она не позвонила. Телефон молчал, а я маялся. Глупо. Кому скажи, не поверят. По хорошему, надо позвонить самому, но только это дурацкое покушение. В общем на работе я дневал и ночевал, всё откладывая на потом.

Майю я встретил случайно, через неделю столкнувшись с ней нос к носу у витрины в торговом центре, куда меня занесло в поисках банкомата.

Выглядела девушка, как разбуженный вампир — бледная, под глазами тени. Мне показалось, Майя даже вздрогнула, когда я её окликнул.

— У тебя всё в порядке? — как бы между делом поинтересовался я.

— Да-да, хорошо всё… — врет, и врет неумело.

— Майя?

— Да ничего не случилось, Влад, — девушка улыбнулась.

— Ты… — я глянул на часы и чертыхнулся. — Май, у меня времени совсем нет, чёрт бы его побрал. Может, в выходные встретимся?

А, чёрт! Сто лет не приглашал девушек на свидание. Точнее девушек, которые жутко нравятся.

— Посмотрим. Давай сначала доживем до выходных.

На том мы и разбежались. Сумбурно, глупо, скомкано. Ладно, надеюсь, Боги смилостивятся и в выходные всё будет иначе.

Выходные… Мне позвонили в пятницу и официальным тоном поинтересовались, знаю ли я Майю Алексеевну Повицкую и кем она мне приходится.

— А с кем я разговариваю?

— С её лечащим врачом.

Не понял?!

— Что с ней?!

— Машина сбила, — буднично отозвался мужчина. — Да еще неудачно так — поздно вечером, да на окраине. Хорошо, нашли вовремя. А визитка ваша, Владислав Тимофеевич, у неё вместе с паспортом лежала. Так что?

— Адрес больницы мне подскажите, — попросил я уже на ходу. — Она в сознании?

— Нет. Была бы в сознании, я бы вам не звонил, а её спрашивал.

Чёрт!

Уже потом, в ординаторской, усталый, почти седой мужчина хорошо за сорок рассказал мне, что Майю нашли практически возле дома, водитель естественно скрылся.

— Вот от наркоза отойдет и побеседуете, — закончил врач. — Перевести её, конечно, можно, но не желательно. Врачи у нас хорошие.

Уже в машине я закурил и тупо уставился в лобовое стекло. В кармане ожил телефон.

— Владька! Мы с Витькой в отпуск собираемся, ты Эдуарда приютишь? — забыв поздороваться, выпалила моя сестра.

— Приючу. Могу прямо сейчас забрать, — ну да, домой всё равно не хочется.

— Приезжай! Я его соберу и тебя ужином накормлю, поди опять полуфабрикатами питаешься!

— Не перепутай только, что с кем делать, — хмыкнул я и отключился.

У нас с Настей восемь лет разницы. В детстве я дико ревновал к младшей, а потом… Потом вырос. Настя абсолютно наивное создание, но её муж Виктор её хоть как-то уравновешивает. Эдуард, кстати, это кот. Огромный британский кошара, который отзывается только на полное имя и обладает гадостным характером. Правда меня терпит, поэтому я его и забираю. Родителям хватает хлопот с моими племянниками — Аськой и Стаськой — четырехлетними двойняшками.

— Владь, у тебя случилось что-то? Краше в гроб кладут, если честно, — спросила Настя, разливая чай.

— Да как сказать. На работе завал, да еще…

— Ты не влюбился часом, большой начальник?

— Сам не знаю, Насть. Я её видел два раза в жизни.

— Романтика какая!

— Не прикалывайся. Я серьезно сейчас.

Сестрица устраивается напротив, подперев щеку ладонью.

— И? Колись давай. Я конечно "мелочь пузатая", но в отношениях с девушками ты всегда был дубом и сапогом. Прости.

— Зараза мелкая! Ну слушай, — и вывалил на бедную Настю события последних дней.

— Я же говорю — сапог! Ты почему сам не позвонил? Владька, я ей богу не понимаю, как ты вообще жениться-то умудрился с таким подходом?

— Наташу спроси. Я же знаю, что вы перезваниваетесь, — хмыкнул я. — Да я элементарно закрутился. У меня начальника чуть не убили.

— Ну не убили же! И вообще, если бы ты своей Майе позвонил, может и машина бы её не сбила! — сестра осеклась. — Извини. Я увлеклась.

— Да правильно всё. Я дуб, дерево бесчувственное. Дальше?

— Раз переживаешь, значит не бесчувственный. Владь, ты серьезно влюбился, что ли?

— Поверить сложно? — мрачно поинтересовался я.

— Зная тебя… Хотя, может пора уже?

— Набегался, хочешь сказать?

Настя улыбнулась.

— Ага. Опять же внуков маме с папой пора новых заводить, а то Аська уже замуж собралась, а Стаська на войну. Говорит, буду как дядь Влад!

Я не выдержал и тоже улыбнулся. Племянников я своих обожаю.

В субботу я с утра отправился в больницу, где мне радостно сообщили, что Майя пришла в себя. Правда в палату не пустили, но врач меня обнадежил, что в понедельник уже можно будет. До понедельника я умудрился поставить на уши всех врачей, проводить Настю и Виктора, оплакать любимую чашку, которую грохнул мохнатый пакостник и даже у родителей побывать, где был встречен радостным воплем племянников. Насыщенные выходные.