Тринадцатые Звездные войны - Нивен Ларри - Страница 106

Из раздумий его вырвало мигание экрана телефона. Звонил Яд Ракис, желая похвастаться какими-то всепоедающими червями, которые он имел желание принести на сегодняшние военные игры.

Кресс совершенно забыл об этом, но быстро успокоился.

— О, извини, Яд! Я должен был тебе раньше это сказать. Мне уже все это надоело и я от них отказался. Мерзкие маленькие чудовища. Мне очень жаль, но приема сегодня не будет.

Ракис был возмущен.

— Что я буду делать со своими червями?

— Вложи их в корзину с фруктами и пошли своей любимой— сказал Кресс, прерывая связь.

Он быстро позвонил остальным гостям. Ему не хотелось, чтобы кто-то бродил по его усадьбе до тех пор, пока живы песочники.

Когда он позвонил Идди Норедиан, Кресс понял, что допустил промах. Экран опустел, указывая на то, что вызов не принят. Кресс отключился. Идди появилась часом позже, в обычное время. Была несколько удивлена, что прием не состоится, но довольная перспективой провести вечер один на один с Крессом. Он развлекался ее рассказом, как Кэт отреагировала на отснятую голограмму. При этом он убедился, что Идди никому не сказала об их шутке. Он кивнул головой и с удовольствием снова наполнил бокалы. В бутылке осталось уже несколько капель.

— Мне придется принести новую— сказал он— Пойдем со мной в подвал, ты мне поможешь выбрать. У тебя всегда был лучше вкус, чем у меня.

Она пошла с ним довольно охотно, однако перед спуском в подвал, когда он предложил ей войти первой, она заколебалась.

— Почему выключен свет?— спросила она— И этот странный запах, что за странный запах? Симон?

Она слегка удивилась, когда он ее толкнул. Падая с лестницы Идди вскрикнула, Кресс захлопнул дверь и начал забивать ее досками, которые вместе с гвоздями и молотком приготовил и оставил здесь заранее. Когда он закончил, Идди закричала.

— Больно мне,— звала она.— Симон, что это?

Внезапно она запищала. Минутой позже раздался страшный крик. Он не замолкал несколько часов.

Кресс, желая от него отгородиться, пошел в сенсорий и выступал заказ на пошленькую комедию.

Когда он убедился, что с Идди покончено, Кресс оттащил ее глиссер на север и сбросил в вулкан. Магнитный трал оказался хорошей инвестицией.

На следующее утро, когда он спустился вниз, чтобы проверить все ли в порядке, Кресс услышал странные, напоминающие шуршание звуки, которые доносились из-за двери подвала. Несколько минут он слушал, размышляя, неужели это Идди выжила и сейчас скреблась в дверь, желая выбраться оттуда. Малоправдоподобно, это должно быть, песочники. Он решил держать двери закрытыми, по крайней мере, еще какое-то время. Взяв лопату, чтобы похоронить черную и красную матку под развалинами их собственных замков, он нашел их в великолепном здравии. Замок черных, усыпанный снующими песочниками, поблескивал от вулканического стекла. На самой высокой, достигающей ему до пояса, башне Кресс увидел отвратительную карикатуру своего лица.

Увидев его, черные, прервали работу и построились в две грозные фаланги. Он оглянулся и увидел, что другие отрезают ему дорогу назад. Пораженный, он бросил лопату и поспешно выбежал из ловушки, раздавив по пути несколько черных панцирей.

Замок красных взбирался по стене бассейна. Матка для безопасности разместилась в щели, окруженной песком, бетоном и укреплениями. Красные песочники суетились по всему дну бассейна. Кресс заметил группы, несущие в замок скальника и большую ящерицу. От удивления он отступил к краю бассейна и услышал шорох. Три песочника взбирались по его ноге. Он их сбросил и старательно растоптал, но к нему спешили другие. Они были крупнее по размеру. Некоторые из них достигали величины большого пальца.

Он побежал, когда очутился в доме, сердце его бешено стучало, не хватало дыхания. Он захлопнул дверь и поспешно закрыл ее на замок. Его дом по проекту был непроницаем для насекомых. А внутри он будет в безопасности. Крепкий дринк ему немного успокоил нервы. «Значит, яд им не повредил",— подумал он,— «Об этом надо было думать раньше». Во предупреждала его, что матки могут есть практически все. Надо использовать пестицид. Он выпил для ровного счета еще один дринк, одел комбинезон и прикрепил канистру к спине. Открыл дверь. Снаружи его ждали песочники.

Против него стояли обе армии, объединенные перед общим врагом, более Многочисленные, чем он мог бы сообразить. Проклятые матки размножались как скальники. Песочники были повсюду, словно ползущее море.

Кресс поднял шланг и открыл затвор. Серый туман покрыл ближайшие ряды. Он водил рукой то в одну, то в другую сторону.

Там, где стелился туман, песочники скручивались и подыхали и конвульсиях. Для него это не противник. Распиливая пестицид широким взмахом, он смело шагнул вперед, прямо по покрову из красных и черных тел. Армии отступили. Кресс двинулся, решив пробиться через них к маткам.

Бегство тут же прервалось. Тысяча песочников рванулась к нему волной.

Кресс ожидал контрудара. Он удержал позицию, сметая на пути все своим туманным мечом. Песочники шли на него и умирали. Некоторые пробились, он не мог распылять яд, так чтобы охватить все наступающие отряды. Он почувствовал, как они взбираются по ногам, как их клешни впустую пытаются разрезать укрепленный пластиком комбинезон. Кресс злобно продолжал распылять.

Потом он почувствовал мягкие удары по голове и плечами.

Симон задрожал, обернулся и посмотрел вверх. Стена его дома жила, покрытая сотнями песочников. Они взбирались, прыгали и как дождь падали на него и вокруг. Один приземлился на маске лица, пытаясь в течение короткого времени, пока Кресс не сбросил его, подобраться к глазам.

Кресс поднял отверстие шланга, опрыскивая воздух и поливая дом, распылял пестицид до тех пор, пока не уничтожил находящихся над ним песочников. Ядовитый туман упал на него, раздражая горло. Он кашлял и распылял дальше. Когда фронтон его дома был полностью чист, он направил внимание на землю. Они были повсюду, вокруг него И за ним. Десятки бегали по его телу, сотни других спешили, чтобы к ним присоединиться, он направил струю в их сторону.

Через минуту струя пестицида прервалась, Кресс услышал громкое шипение за плечами, сзади выплыло смертоносное облако, окружая его, сдавливая дыхание и опаляя глаза. Он провел ладонью вдоль шланга и убрал ее, покрытую подыхающими песочниками. Шланг был перерезан — они полностью перекусили его.

Покрытый туманом пестицида, ослепленный, Кресс завопил и бросился в сторону дома, по дороге сбрасывая с себя маленькие тела.

Он вбежал в дом, закрыл двери и бросился на ковер. Долго переворачивался туда и обратно, пока не убедился, что раздавил всех песочников. Канистра, уже пустая, слабо постукивала. Кресс сбросил комбинезон и вбежал под душ. Острая горячая струя его обварила, кожа покраснела и стала чувствительной, но ее перестало щипать.

Он нашел свой кожаный костюм, очень тяжелый, нервно вытрясая его перед этим.

— Холера, холера,— бормотал он.

Горло совершенно пересохло. После старательного осмотра холла, убедившись, что там нет песочников, он решил немного отдохнуть. Он сел и налил себе дринк.

— Холера,— повторил он.

Ладонь его дрожала, и часть напитка пролилась на ковер.

Алкоголь успокоил его, но страха не убрал. Он выпил второй стакан и осторожно подошел к окну. По толстому пластиковому стеклу бродили песочники. Он вздрогнул и отступил к аппарату связи. Подумал, необходимо вызвать кого-нибудь на помощь. Он позвонит властям региона, придут полицейские с огнеметами и...

Он прервался на половине набранного номера и застонал. Нельзя вызывать полицию. Он должен будет рассказать о белых в подвале, и полицейские найдут там тела. Наверняка матка уже расправилась с Кэт. но не с Идди Норедиан. Она даже не разрублена. Кроме того остались кости. Нет, полицию можно вызывать только в самом крайнем случае.

Сморщив лоб, он уселся возле телефонного аппарата. Та аппаратура, которой он обладал, занимала всю стенку. С ее помощью он мог соединиться с каждым жителем Бальдура. Он был богат и сообразителен — Кресс всегда гордился своей сообразительностью. Как-нибудь с этим справиться.